Катя Кожевникова – Сказ о Яре и Чернаве (страница 3)

– Что же делать мне с тобой? – тихо причитала Яра, закидывая в печь последние дровишки. Надо было идти колоть новые вместо отца. Про случай с соседками она уже и думать забыла.

К вечеру девушка окончательно умаялась: работать по дому приходилось за двоих. Скоро запасы и деньги подойдут к концу, если отец не сможет вернуться в кузню. Может быть, добрые соседки-бабушки помогут, подкормят по старой памяти. Но не ходить же побираться! Да и хорошо в деревне относились только к самому кузнецу, а от дочери его почти все шарахались. Как дальше быть?

Отец уснул на тёплой печке. Во сне лицо его казалось моложе, спокойнее, а кашель отступал. За окном стемнело, Яра оделась в тёплое и вновь пошла знакомой дорожкой – к Милице. Бабка даже если хворь не вылечит, то хоть словом добрым утешит, байку расскажет, кусочком хлеба поделится. Милица с детства жалела и оберегала Яру, защищая её от нападок других детей. И сейчас подросшая девушка привычно искала утешения у заботливой знахарки.

В доме Милицы пахло хлебом и травами, причудливыми отварами. Трещал огонь, а хозяйка сидела на лавке в полумраке, под светом лучины.

– За травушками от кашля пришла, Ярославушка?

– Нет, бабушка. – Девушка вздохнула. – За советом и утешением. Что, если батюшка мой не поправится?

– Что ж об этом думать и себя заранее пугать? Пока мы живы – радуемся тому, что нам послано.

– Пока мы живы… – задумчиво повторила Яра.

Сказки Милицы раньше всегда успокаивали её, а теперь заставляли глубоко задумываться о жизни и смерти, о силе волшебной и о том, что людям простым не по плечу.

– Бабушка, а что ты про Навь говорила, давно, в детстве ещё? Что тот, кто туда пойдёт, силу большую приобретёт…

– Выкинь из головы Навь, глупая! Только безумцы о ней помышляют. Это земля колдунов да мёртвых, живым туда ходу нет!

– Так ли нет?

– Нет! Мёртвой водой дорога туда обозначена. А за живой водой в Навь сунешься – так навечно там и сгинешь!

– Живая вода? Бабушка! – Ярослава схватила старушку за руку. – Так есть средство чудодейственное от любой беды, напасти и хвори? Есть?

– Да то байка волшебная. Никто из живых, кроме ведьм и колдунов, в Навь попасть и вернуться оттуда не сможет.

– А как же мёртвая вода? Она ведёт к Нави? Как найти её? – настаивала Яра.

– Вот упёртая ты! Нет никакой мёртвой и живой воды! Так народ честной кличет воду испорченную, затхлую, смертельную да опасную. Убить такая вода может хоть человека, хоть лошадь. Всё! Больше ничего не скажу, лиса хитрая! Выкинь из головы глупости! – Милица сердито топнула ногой.

– Бабушка, а если я отправлюсь лекарство искать, присмотришь ты за батюшкой моим?

– Ишь, что удумала! Блажь себе вбила всякую, да и я хороша, задурила тебе с детства голову байками… Пойми: Навь существует не для живых и не для простых людей. Это царство мёртвое, опасное, запретное. Как туда попасть, доподлинно никому не известно, как уйти – тем более. А вот бед натворить, не подумавши, каждый может. – Милица погрозила пальцем и удручённо вздохнула. – Ты бы лучше об отце думала, как его выходить или хоть жизнь облегчить. Знахаря более умелого можно и в дальних сёлах поискать. Тебе теперь всё хозяйство вести самой, приданое хорошее собирать, мужа найти бы доброго да заботливого. О жизни надо думать, не о старых байках!

Яра больше её не расспрашивала. Ей и так нашлось над чем поразмыслить.

Пока хлопотала по дому, Яра вспоминала, как много батюшка делал для неё, заботился всегда, иногда тихо, незаметно, ненавязчиво. Жили они на то, что ему удавалось заработать сложным своим ремеслом. Всемил с утра до ночи плавил железо, превращая его, словно колдун, из одного в другое, выковывал прочные и долговечные изделия. Он следил, чтобы в доме всегда были дрова, не забивалась печка, не задували ветра в щели, не гнили доски и крыша. Носил тяжёлые ведра с водой даже зимой, чтобы Ярославе не пришлось отмораживать пальцы. В детстве рассказывал дочке истории, пел песни, а когда она подросла – всегда выслушивал обо всех чаяниях, для любой беды мог найти решение или совет. Кузнец никогда не взваливал на дочь свои переживания, хотя и горько ему было видеть, как в деревне обижают Ярославу. Но всё бросить и уехать из родного дома сложно, страшно.

Всемил болел, а дом скрипел, ворчал, пошатывался, рушился привычный уклад. Ветер злобно выл в трубе, хотя Яра почти без остановки топила печь, чтобы дома было тепло и сухо, колола дрова, добывала хворост. Но прежнего уюта не было. Дом чувствовал, что с хозяином что-то не так, и тоже боялся будущего, разделяя все страхи Ярославы.

Время не щадило здоровье отца, и чем быстрее оно утекало, тем тревожнее было девушке. Понимала она, что не справляется одна со всем хозяйством и делами и уходом за больным. Он уже практически перестал вставать с печи, с трудом ел, а сыпь на теле налилась жёлтым гноем. Если дальше станет хуже, то как быть? Бесконечно металась Ярослава между делами, готовкой еды, топкой печки, иногда успевая покормить отца простой похлёбкой. А если заразится сама Ярослава, то на чьи плечи лягут все заботы?

Как бы Милица ни ворчала, а знала Яра, что за батюшкой она присмотрит вместе с другими добрыми бабушками. Так было и раньше. Да и в деревне кузнеца любят, пропасть не дадут, особливо если рядом не будет непутёвой дочки. Вот и сейчас одна из добрых соседских семей начала приносить к двери еду, делясь тем, что сами для себя наготовили. Жалко им кузнеца.

Не могла Ярослава не думать о том, что колдовством сильным или водой чудодейственной можно снять всю хворь и все проблемы как по мановению руки. Устала она, и мучили её эти мысли, мешая спать. Старания принесли плоды, травы и уход помогли – отец стал меньше кашлять, снова начал есть сам. Одного его оставить совсем больного было страшно. Но пока отцу легче и он может сам что-то делать, надо решаться. Или терпеть болезнь до победного и надеяться на чудо, или сотворить чудо самой.

Что может пригодиться путнику в дальнем странствии? Особенно если он идёт туда – не знаю куда. Попасть туда можно так – не знаю как, а принести то – не знаю что. Ярославе нужно было любой ценой добыть лекарство для отца. У живых ответов на её вопросы не было. Значит, только создания из Нави могут знать, как победить смерть? Смерть. Думать об этом слишком страшно. Само слово сжимало горло холодными тисками, душило, причиняло боль и нагоняло ужас. Разве можно такое допустить?

Отец всё больше спал – и днём, и ночью: сон помогал сдерживать кашель и хворь, как и бабкины отвары.

Два дня понадобилось Ярославе, чтобы всё обдумать и решиться на поход. Тщательно собирала она сумку в дорогу: помимо тёплой одежды надо взять с собой нож и шнурок – вещи полезные. Огниво, чтобы костёр разжечь, если он вообще способен гореть в Нави. Немного хлеба и вяленого мяса, сухих ягод. Гребешок деревянный, чтобы косы длинные не спутались. И две маленькие фляжки: с обычной водой и пустую, чтобы было куда воду живую налить. Али мёртвую – уж как повезёт.

Грамоте Яра не была обучена, записки не могла отцу оставить. Поэтому весь дом прибрала, заготовила побольше дров, еды, воды и трав для отвара. Нашла свою праздничную рубаху, испорченную золой, завернула в неё пустую кружку и положила осторожно под дверь у избушки бабки Милицы. Она поймёт, что Яра была здесь, куда и зачем отправилась.

Укутавшись плотнее во все платки и свиту[4], не оборачиваясь, чтобы не засомневаться, Ярослава тёмной ночью выскользнула из дома и зашагала от деревни в лес. Если кто-то и сможет найти в Нави живую воду, так точно только ведьма.

Либо ведьмина дочка.

Часть третья. Как найти мёртвую воду

Всю жизнь Ярослава старалась быть хорошей и не верила, что есть в ней та колдовская тьма, которую приписывали её матери и так боялись соседи. Сторонилась всего неизведанного, волшебного, даже безобидные наговоры на воду бабушки Милицы пугали Ярославу. Но вместе с тем и притягивали: как много не знает человек и какие таинственные силы управляют всем на свете?

А теперь она добровольно ушла из деревни в путь – Навь искать. Тяжело и страшно было Ярославе, не хотелось дом покидать и отца, но и сложа руки сидеть было нельзя. Решения принимать она не привыкла, ответственность всегда лежала на плечах Всемила. Но раз всё равно всю жизнь кличут ведьмой, так, может, это судьба? Неужели всё же правы люди? Пора смириться и поверить, что на роду ей начертано с силами потусторонними якшаться. Всё равно уже нырнула в омут с головой: ослушалась Милицу, отца одного оставила, сбежала. Вот уж соседушки позлорадствуют! Ведьмина дочь ушла вслед за матерью. Можно было, конечно, остаться, но неужели сердце выдержит смотреть, как отец хворает и умирает? Мучилась Яра от смятений, сердце разрывали чувства противоречивые.

Да и легко сказать – сходи в Навь. А где её найти? Два дня вспоминала Ярослава все знакомые байки-россказни, думу думала, про воду мёртвую забыть не могла. И теперь надеялась только на случайность. Всегда храбрые путники искали волшебные тропы там, где лес да вода, по тому же пути, стало быть, и этой истории идти.

Издревле лес – источник и благодатей, и бед. Всё таинственное, незнакомое, коварное или полезное оттуда приходило. Все волшебные поверья с водой и лесом связаны. Вот их и отправилась искать Ярослава. Только ближайший лес ночью да в зимнюю стужу стал совсем неприветливым. Все знакомые тропинки замело. Земля снегом и льдом покрылась. Темень и пронизывающий ветер отводили любого прохожего, загоняя людей в тёплые дома, под защиту крыши, стен и печки. Да кто ночью студёной в лес пойдёт? Только самый отчаянный.