Катя Брандис – Водный заговор (страница 40)

– Э-э-э… Надо было держаться подальше – а я просто запутался в этой дурацкой штуке, – признался я.

Теперь все уставились на меня.

– Ты запутался в снасти под водой?! – Шари побледнела. – Ты мог погибнуть! Как долго ты там пробыл?

– Понятия не имею – целую вечность, я там чуть не окочурился. Миссис Пелагиус меня освободила.

– Вау, – сказала Финни и, недолго думая, надела браслет на правое запястье. – Подарок с историей.

– Что ты вообще делал один в море? Новичкам всегда лучше плавать с кем-нибудь, – сказал Барри, глядя на меня так, будто я сардина, а не тигровая акула.

– Я уплыл один – ну и что? – Я сердито сверкнул на него глазами. – Что в этом особенного?

– Очень глупо с твоей стороны. – Элла презрительно скривилась. Ясно, что она по-прежнему терпеть меня не может, и сколько бы гангстеров, отравляющих природу, я ни поймал, ничего не изменится.

– Она права, – сказала Юна, которая обычно была на моей стороне. – Но ты хотя бы старался не попадаться на пути белой акуле?

Чёрт, я не думал, что разговор может обернуться ещё хуже!

– Э… Скажем так – она попалась на пути мне.

– И ты всё это скрыл! Просто замечательно. – Джек Кристалл слышал мой рассказ и явно не был в восторге.

– А, вспомнил: наверное, это всё случилось после истории с родителями Шари, – рассказал Ной. – Когда она смылась, а мы узнали, что в окрестностях плавает белая акула. Помнишь, Блю? Мы искали её в одной стороне, а Тьяго – в другой.

У Шари округлились глаза:

– Ты знал, что где-то поблизости белая акула… и всё равно поплыл меня искать?!

Она медленно подошла ближе, глядя мне в глаза. Я заставил себя выдержать её взгляд.

– Так получилось, – сказал я и тут же рассердился на себя, что ляпнул такую глупость. – Просто я переживал.

– Очень мило с твоей стороны. – Шари всё ещё смотрела на меня взглядом, который я не забуду и через тысячу лет.

Крис, казалось, боролся с собой. Но потом он заговорил.

– Это не единственное, что он для тебя сделал, – сказал он Шари. – Ещё он поговорил с твоими родителями, и, видимо, это помогло.

Как благородно со стороны Криса. А ведь мог бы и промолчать.

– Тьяго поговорил с… Это правда? – Шари, широко улыбнувшись, посмотрела на меня. – Я отчитала твоих родителей – а ты моих. Как забавно.

Я кивнул, криво усмехнувшись. Шари хотела положить ладонь мне на плечо, но потом передумала и вместо этого взяла меня за руку:

– Идём! Сейчас будет дискотека – а танцевать на суше почти так же классно, как носиться по волнам!

Шари вытащила меня на танцпол в разноцветных пятнах света. Финни поставила регги – свою любимую музыку. Как назло, следующая песня была не из тех, под которые можно мелкими шажками двигаться в обнимку. Но всё равно было чудесно дрыгаться напротив Шари, видеть её задорный взгляд и улыбку. Теперь она знает, что нравится мне, что ради неё я рисковал жизнью! Изменится ли что-нибудь между нами? Наверняка – иначе и быть не может.

В перерыве между песнями к нам вдруг подошёл Нестор со стаканом ярко-жёлтого фруктового сока.

– Хочешь пить, Шари? Манго, маракуйя и лайм – твой любимый сорт. Специально для тебя смешал.

– Нет, спасибо, не сейчас, – ответила она немного раздражённо.

Ученик второго года обучения Тан Ли – во втором обличье водная черепаха – всю дорогу таращился на Шари. Теперь он решился подойти.

– Ты суперски танцуешь, – сказал он. – Ты здесь самая красивая девочка.

– Спасибо, – сказала Шари, а потом просто продолжила танцевать со мной.

Я мысленно вздохнул. Ещё один! И как меня угораздило влюбиться в самую популярную девочку во всей школе!

После следующей песни Шари и Блю вместе отправились в туалет, а мы с Ноем остались стоять возле танцпола. Мы немного дурачились и болтали о знакомых учениках второго года обучения. Например, о крачке Шелби, восторженном члене летучего отряда школы «Голубой риф», и Джеми, во втором обличье раке-отшельнике, который сейчас без особого успеха пытался научиться танцевать брейк-данс.

– Так почему ты поплыл в одиночку, несмотря на опасность? Ты что, тоже в неё влюблён? – Ной всё ещё был в приподнятом настроении, и когда он ухмыльнулся, чтобы меня подколоть, на его покрытом чёрно-белым гримом лице сверкнули белые зубы.

Я застыл. Он меня раскусил. Да, я тоже в неё влюблён. Но признаться в этом теперь было ещё невозможнее, чем раньше.

– Глупости, с чего ты взял? – спросил я. – Просто мы учимся в одной школе, дружим, поэтому мне, конечно, пришлось…

Ной внезапно смолк, глядя мне за плечо. Я с тревогой обернулся – и… увидел, что Шари и Блю вернулись. И что они всё слышали – я понял это по выражению лица Шари.

– Пойдём, – холодно сказала она подруге, и они ушли на другую сторону танцпола. Немного погодя я увидел, как она танцует с Крисом – вид у того был крутой и небрежный. Видимо, у него это врождённое.

На душе у меня было паршиво – и поделом мне. Почему я не отважился просто ответить «да» на этот вопрос? Может, тогда я уже сегодня смог бы поцеловать Шари. А теперь, наверное, я всё испортил. Чёрт, зачем я ещё ляпнул «глупости»?! Совсем идиот! И почему я не могу говорить о своей влюблённости так же просто, как Холли и Ной?

– Всё в порядке? – спросил меня Джаспер, который снова был в человеческом обличье. На лбу у него засохли остатки сливок. – Непохоже, чтобы ты веселился.

– Мне плохо, – сказал я. – Наверное, переел.

Зашибись: теперь я ещё и вру своему лучшему школьному другу!

– Слушай, а кто этот тип вон там впереди? Я его не знаю. – Джаспер указал на мальчика в яркой одежде: коротких не по размеру штанах и зелёной рубашке поверх сине-жёлтой футболки. Незнакомец бешено отплясывал, дёргая руками и ногами, чем-то напоминая ковбоя на родео за секунду до падения с лошади, вставшей на дыбы.

Я присмотрелся:

– Может, кто-то из старшеклассников?

– Не-а. Я его раньше не видел.

Хотя на душе у меня скребли кошки, мне тоже стало интересно, что это за парень. Может, кто-то тайком пробрался в школу? Но кто и зачем?

– Давай спросим, как его зовут, – предложил Джаспер, и когда незнакомый мальчик направился к буфету, мы двинулись за ним.

– Привет, я Тьяго, а ты кто? Ты новичок в школе?

Мальчик рассмеялся:

– Нет. Мы с тобой вчера вместе выступали с рефератом.

Я тут же забыл, как мне паршиво:

– Нокс?!

– Он самый. – Наш одноклассник отправил в рот лососевый рулет.

– Но разве не ты говорил, что ноги тебе не идут? – опешил Джаспер. – Ты ещё ни разу не был человеком – всегда оставался в аквариуме!

– Можно ведь и передумать, правда? – ответил Нокс. – Так, пойду дальше танцевать. Просто потрясающе, сколько всего можно делать ногами!

Он был прав, и своими ногами я вскоре воспользовался, чтобы отправиться в хижину и спокойно поразмыслить. Точнее, собирался. Но Караг, Тикаани и Холли меня перехватили.

– Надо попрощаться – мы улетаем завтра рано утром, – сказал Караг и обнял меня. – Так здорово было снова побывать у вас.

– Точно, – добавила Тикаани, и я обнаружил, что даже вампиры бывают милыми. – Ты классный, Тьяго.

– А рисунки, которые ты нам подарил, просто гениальные. – Холли, поставив на пол своё ореховое деревце, обняла меня – её тело напоминало туго натянутую пружину. – Спасибо! Если бы ты не попросил нас приехать, я бы никогда не познакомилась с Ноем.

– Это вам спасибо. – Я был тронут. – Без вас нам бы не удалось поймать этих гангстеров. Желаю хорошо добраться… И вспоминайте о нас иногда, ладно?

– Можешь не сомневаться, – сказал Караг.

Я повернулся и быстро зашагал к хижине, чтобы не разреветься.

Конфеты особого сорта

В выходные дядя Джонни снова забрал меня и повёз в Майами. Я раздумывал, как рассказать ему о своём проколе на вечеринке, но он едва знаком с Шари и вряд ли поймёт, как она мне нравится. Ведь он уже целую вечность один. Кроме того, он и сам был не слишком весел.