Катя Брандис – Секрет сфинкса (страница 1)

Катя Брандис

Секрет сфинкса

Katja Brandis

WOODWALKERS. FEINDLICHE SPUREN

Cover and inside illustrations by Claudia Carls

© 2018 by Arena Verlag GmbH, Würzburg, Germany.

www.arena-verlag.de

© Теремкова О., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Александре, Сэмюэлю и Леону посвящается

Во время школьного обмена с Коста-Рикой я нашёл новых друзей и союзников – и привёл в бешенство своего злейшего врага Эндрю Миллинга. Нам нужно выяснить, кто или что такое Арула и почему для Миллинга это так важно. Скорее всего, эти сведения пригодятся нам в борьбе против него. Но сначала мы должны найти нашего друга-выдру Фрэнки, который тайком увязался за мной, – с тех пор его и след простыл. Что же с ним произошло? Может, людям что-то известно. Но они порой ведут себя довольно странно и даже опасно, когда дело касается оборотней…

Жил-был рейнджер

Когда небо было серым, словно шифер, и оттуда лилась и лилась вода, мы иногда прятались под выступом скалы. Так было и в тот день спустя несколько недель после того, как я впервые побывал в городе людей. Мия сочиняла истории, чтобы нас развлечь, а кончик её хвоста взволнованно подёргивался.

– …но тут явились двое в серо-зелёных костюмах, хотели накинуть на меня лассо и потом сделать из меня чучело. Однако я вдруг обрела суперсилу и способность летать и обогнула горную вершину, чтобы напасть на них сверху…

Мама зевнула, обнажив желтовато-белые клыки.

– Ты имеешь в виду этих людей в шляпах? – уточнила она. – Шляпах, похожих на плоский камень, на котором вапити навалил кучку?

– Вот именно, – кивнула Мия. – Я как раз собиралась броситься на них с воздуха, но тут…

– Эти люди не стали бы делать из тебя чучело, – возразила мама. – Их называют рейнджеры.

Мия обиделась, что мать снова перебила её, но я навострил уши. Родители уже не раз упоминали это слово – «рейнджеры».

– А кто это такие – рейнджеры? – спросил я. Тогда, до моей запретной вылазки к гейзеру Старый Служака, я этого ещё не знал.

– Это люди, которые следят за тем, чтобы люди и животные мирно сосуществовали в национальных парках, то есть на нашей территории, и ничего не разрушали, – объяснила мама.

– Здо рово! – Я был впечатлён. – Значит, эти рейнджеры нам не враги?

– Нет, – сказала мама и встала. – Если хотите, можем взглянуть на одного из них. Только ведите себя тихо: эти люди часто бывают вооружены. Не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось.

– Ещё чего! Я останусь здесь! – промяукала Мия, которая, очевидно, всё ещё дулась, а когда я с воодушевлением вскочил, она ни с того ни с сего на меня напала. Я, конечно, этого не стерпел – бросился на неё и попытался повалить. Мы сплелись в светло-коричневый меховой клубок и упали прямо на отца, не слишком-то нежно его разбудив.

– Уберите лапы от моего носа! – прошипел он. – Нимка, выведи их наружу – им надо размяться!

За грубый тон он получил от мамы лапой по морде, правда, когти она выпускать не стала:

– А что я, по-твоему, сейчас делаю?!

Я весь дрожал от нетерпения, когда мы с матерью отправились в путь по сосновому лесу. Я даже не погнался за белкой, пробегающей по упавшему дереву.

– Но вы же всегда велели нам держаться здесь, в лесу, подальше от людей. Или мы примем человеческое обличье? – Превращаться мы тренировались совсем недавно – во время вылазки в город.

– Тихо! – прошипела Нимка, крадясь вперёд на широких мягких лапах. Я с испугом осознал, что она уже кого-то заметила. Да, теперь я тоже чувствовал запах человека, и вскоре мы подобрались достаточно близко, чтобы его увидеть.

– А, это ОН – так я и думала, – сказала мама, и я с удивлением почувствовал радость в её мыслях. Я недоверчиво пригляделся к рейнджеру. Это был крепко сложённый мужчина с волосами цвета осенней листвы, в тёмно-зелёных штанах, серой рубашке, на которой поблёскивало что-то золотистое, и в точно такой шляпе, какую описывала мама. На спине у него было что-то похожее на матерчатый горб – рюкзак, как беззвучно пояснила мама, а на поясе – продолговатая ярко-красная штука.

– Он и в самом деле вооружён! – с ужасом заметила сестра. – Кто он такой? Ты его знаешь, да?

– Да, – призналась мама. – Это Том. Мы с ним друзья.

Мы с Мией были так ошарашены, что шерсть у нас на загривке встала дыбом.

– Как… что… но ведь… – только и сумел выговорить я.

Мама выглядела немного смущённой:

– Я впервые заметила его ещё несколько лун назад. Я задрала вилорогую антилопу, но потом поняла, что поблизости пролегает туристическая тропа. Мимо как раз проходили люди, и я не могла откусить ни кусочка. Но потом, к счастью, явился Том. Он перекрыл тропу, и мы смогли вернуться и спокойно поесть. Очень мило, правда? Вот так мы и познакомились.

У мамы есть друг-человек! Уму непостижимо! Втроём мы осторожно посматривали сквозь кусты в сторону рейнджера.

– Позже я узнала, что его зовут Том – так его называли другие люди, – рассказала Нимка. – Мне это, конечно, тоже понравилось: ведь «Том» на человеческом языке означает «кот»! С тех пор мы время от времени видимся.

Человек по имени Том как раз наносил пшикалкой разноцветные знаки на ствол дерева. Наверное, метил территорию. Мне это показалось немного невежливым: разве он не знает, что это наши владения?

– Это знаки для меня, – гордо объяснила мама. – Чтобы я знала, что он тут был.

На меня это произвело сильное впечатление.

– Иногда он мне машет. – Нимка заурчала, глядя на рейнджера. – Вот как сейчас.

Том махнул рукой и хлопнул себя по шее. Наверное, он приветствовал не только маму, но и москитов.

– Но почему он вооружён? Он боится тебя? – Мию мамин рассказ, кажется, не совсем убедил.

– Нет, конечно же, нет! – возмутилась Нимка. – Это только против медведей! Такая штука с перцем.

Том не оборачиваясь шёл по тропинке, а мы за ним. Он не замечал ни нас, ни самца гризли, который обретался неподалёку. Поняв это, мама сильно встревожилась, и я тоже заволновался. Обычно медведи, почуяв или услышав человека, сразу исчезают, но этот гризли даже не думал уходить. Он считал себя здесь главным и никому не уступал дорогу.

Тем временем гризли решил пощипать травку на ближайшей поляне. Он стоял там и жевал траву, напоминая светло-бурую мохнатую гору. Увидев медведя, рейнджер тут же остановился и повернулся к нему вполоборота. Правильное решение: гризли не любят, когда им смотрят в глаза – он воспринял бы это как вызов.

– Он умён, твой Том, – сказал я, но Нимка была в таком напряжении, что не обратила на меня внимания. Она пригнулась и не спускала глаз с человека и медведя, которые находились от нас на расстоянии примерно одного древесного ствола и пока ещё нас не замечали, потому что мы подобрались к ним с наветренной стороны.

– Я не доверяю этой скотине, – коротко пояснила она.

– Я тоже – это же тот самый, который тогда обнаружил нас в логове и хотел прикончить, – пожаловалась Мия. – Самый настоящий мерзавец.

И именно он нам, как назло, сейчас повстречался!

Том, находишийся на расстоянии примерно одного древесного ствола, начал медленно отступать, приговаривая успокаивающим тоном: «Хороший мишка, славный мишка, мы друг друга не тронем, ладно? Всё в порядке, приятель». Однако рука Тома лежала на перцовом баллончике у него на поясе.

Медведь сдвинулся с места и вразвалку пересёк поляну, мимоходом выдёргивая из земли растения и отправляя их в пасть. Ещё немного – и он окажется совсем рядом с рейнджером. Тем временем Тому, похоже, стало ясно, что встреча может добром не кончиться: я даже на расстоянии почуял его страх.

Медведь, видимо, тоже почуял страх Тома – и кое-что ещё. У Тома в рюкзаке, судя по всему, был провиант, потому что медведь поднял голову, принюхался и сделал несколько шагов в его сторону.

– Пожалуй, самое время пальнуть по нему из перцового баллончика, – заметила Мия.

– А вдруг гризли от этого рассвирепеет – тогда точно хлопот не оберёшься, – возразил я.

– Я должна что-то сделать, – решительно заявила мама. – Вы останетесь здесь, ясно?

И прежде чем мы успели возразить, она уже ускользнула светло-коричневой тенью.

Я понятия не имел, что она собирается предпринять, и невольно прижал уши, оскалился и тихонько мяукнул. Прижавшись друг к другу, мы с Мией ждали, что произойдёт. Мы оба знали, что гризли не только намного крупнее, но и значительно сильнее, чем пумы. В бою у нашей матери не было бы шансов против этого зверя.

Нимка подбежала к краю поляны, остановилась неподалёку от Тома и зашипела на медведя. Это подействовало: великан замер и озадаченно повернулся к ней.

Тому бы сейчас отступить и убраться, пока гризли занят нашей матерью. Только мистер Рейнджер, на беду, словно оцепенел и пробормотал несколько слов, которые имеют отношение к человеческим выделениям. Что бы это значило? Ему что, вдруг приспичило? Во всяком случае он, похоже, не слишком обрадовался встрече с нашей мамой. Медведь колебался недолго: со вздыбленной шерстью и злобным рычанием он помчался вперёд – прямо на маму и Тома! Разрази меня гром!

Ш-ш-ш-ш! Том выхватил красный баллончик, и оттуда ударила длинная мутная струя. Гризли, рыча, отшатнулся, повернул в сторону и поспешно ретировался. По крайней мере, от него удалось отделаться.

Но, к сожалению, маме тоже досталось: чихая и мяукая, она бежала к нам в укрытие: