Катрина Фрай – Сквозь тьму (страница 5)
– Не бери в голову на счёт меня, Глория. Я всё понимаю. Поэтому не тороплю. Работа детектива учит нас терпению. У меня его предостаточно. Плюс за плечами развод. Я как никто могу тебя понять и принять ту боль, которая сидит и съедает изнутри. Просто знай, если захочешь поговорить, я рядом.
– В этом-то и проблема, – отвечаю, заглянув в его тёмно-карие глаза. – Ты слишком хорош для всего этого. Ты заслуживаешь лучшей женщины, спутницы, любовницы. Называй, как хочешь, но пока с моей стороны это «нет».
Том нахмурился, поднялся с кресла и, слегка коснувшись моей щеки, произнес:
– Это значит «нет» сейчас или «нет» насовсем?
– Не знаю… Давай разрешим времени расставить всё по местам и посмотрим, что будет дальше.
– Справедливо. У меня есть для тебя одно предложение. Только обещай подумать, прежде чем дать ответ.
– Вся во внимании. Ты чертовски заинтриговал…
– Расслабься. Я потолковал со своим капитаном, и он предлагает тебе место у нас, в отделе убийств. Линейным детективом. Прости, что не предупредил раньше. Не хотел заранее давать ложную надежду. Просто мы как то разговорились о стрельбе, и я ненароком проговорился о знакомстве с тобой. Слово за слово… сама понимаешь. Капитан обрадовался, что ты теперь живёшь в Рочестере, и сказал, что негоже в наше время разбрасывается такими ценными кадрами. От его имени он попросил меня зайти к тебе и поинтересоваться, заинтересует ли тебя подобная вакансия? Приступать можно прямо завтра, только загляни в отдел кадров, оформи бумаги. Кажется, твоя частная практика не приносит того куража, о котором ты мечтаешь?
– Ты серьёзно? – потеряв дар речи, вымолвила я.
– Абсолютно! Когда я шутил?
– Конечно, я согласна! Согласна! Господи, а я тебе битый час распиналась о своей жизни, думая, что ты пришёл навестить меня. Оказывается, ты принёс благую весь. Прости, Том, что поставила в неловкое положение.
– Глория, ты все мои сигналы распознала правильно. Ты действительно нравишься мне, очень. И я не против свидания, но не будем торопить события.
– Спасибо. Огромное спасибо за всё, что ты делаешь для меня, – от радости я готова была прыгать до потолка.
– Обращайся, – с улыбкой ответил Том, спускаясь по ступеням крыльца. – Надеюсь увидеть тебя завтра в отделе!
Том улыбнулся и помахал рукой на прощание, а потом, неспеша, пошёл к машине, припаркованной на другой стороне улицы.
Я смотрела, как зажглись автомобильные фары, зашумел мотор, и как он удаляется, растворяясь в ночи полностью скрываясь за обочиной.
«Он милый», – подумала я.
Честно говоря, мне бы хотелось наладить личную жизнь и наслаждаться по полной. Дело во мне. Может, в очередной раз не стоит бросаться в бездну с головой и разрушать чью-то очередную жизнь? С завтрашнего дня я смогу возродиться, как феникс из пепла. Место в отделе вернёт меня к нормальной жизни. Я благодарна Тому, то, что он сделал для меня бесценно. Это человек сумел распознать, в чём я нуждаюсь. Теперь главное попытаться заткнуть дыру в душе´ работой, а не компанией человека, которому я не безразлична.
Сегодня в первый раз за год я засыпала с улыбкой.
***
Утром в четверг, 18 сентября, я приехала в полицейское управление злая, как собака. Я и сама не могла вспомнить, чтобы когда-нибудь пребывала в таком скверном настроении. Злость даже оставила вещественный след – во время завтрака я порезала палец, и теперь на нём красовался пластырь.
Нехотя отвечая на утренние приветствия коллег, я быстро прошмыгнула в кабинет и захлопнула за собой дверь. Всё же личный кабинет – прекрасная привилегия для детектива с моим опытом. Можно не слушать весь беспредел, который твориться в холле.
С капитаном Берти Уилсоном мы сразу нашли общий язык, как только я появилась в отделе. Потребовалось меньше часа, чтобы оформить необходимые бумаги для получения значка и оружия. А потом всё закрутилось, завертелось, как на карусели. Погрузившись в текущие дела, за неделю я успела раскрыть одно несложное дело. Капитал Уилсон был в восторге. После этого мне выделили отдельный кабинет. Правда, он раньше предназначался под складом для хранения хозяйственных нужд, но за пару дней кабинет привели в рабочее состояние. Моей радости нет предела. Пока я числилась на хорошем счету. Меня ценили за упорство и сообразительность.
Нынче утром мной владела только ярость и растущее недовольство. Вчерашний вечер выдался из тех, какие хочется поскорее забыть.
Закрыв дверь поплотнее я уже как пять минут сидела за столом в кабинете и смотрела в одну точку. Надо приступать к работе.
С большим трудом заставляю себя несколько раз сделать глубокий вдох-выдох и, наконец, вновь перевоплощаюсь в полицейского.
На столе зазвонил телефон. Том.
– Привет, Глория! Ужасно переживаю, что Даниэлю Паркеру дают право на рассмотрение апелляции, о его невменяемости. Они вправду могут перевести его в учреждение для душевнобольных?
– Не знаю… мне не просто об этом говорить… У Паркера много денег и связей. Его папаша – бывший помощник сенатора Хэриса. Однажды он вытаскивал сынка на свободу. Почему бы не сделать второй раз? Даниэль Паркер умён. Я не верю, что он слетел с катушек. Нет. Нет…
– Жуть какая-то.
– И не говори, я просто раздавлена и очень зла. Чертова продажная бюрократия готова опять выпустить монстра на волю, Том! Если Паркера переведут в больничку, он точно сбежит. Хорошо, если не переубивает весь персонал.
– Глория, тут один человек хочет непременно с тобой поговорить.
– Со мной? По какому делу?
– Кто-то пропал из его близких.
Я посмотрела на кучу отчетов и бумаг на столе:
– А Ричард не может им заняться?
– Он ловит инопланетян.
– Чего?
– Ловит зеленых человечков, которые сбежали из летающей тарелки, приземлившись на участке одной полоумной старухи.
– А что, мы таким тоже занимаемся?
– Капитан послал Ричарда разобраться. Однако он не сумел найти контакт с заявителем. Старушка добралась до прокурора, – Том подавил смех.
– Мать твою! – протянула я.
– Тут и не такого насмотришься. Ну, так я направлю к тебе?
– Ладно, по ходу, у меня нет выбора.
– Точно. Потому что он просит именно тебя.
– Это случайно не журналист под прикрытием несчастного?
– Нет. Я проверил.
– Ты золото! Пропускай его.
Через минуту-другую в дверь робко постучали, причём так неуверенно и тихо, что я засомневалась, вправду ли услышала стук. На всякий случай прокричала: «Войдите». И дверь тотчас отворилась.
Как показывает практика, первое впечатление о человеке решает всё.
В постороннем, который стоял на пороге и неуверенно переминался с ноги на ногу, не было совершенно ничего примечательного. На вид лет тридцать. Темно-коричневый костюм, коротко подстриженные светлые волосы и очки в роговой чёрной оправе. Только одно бросалось в глаза. Незнакомец встревожен. Судя по всему, не одна я ночью не сомкнула глаз.
Я поспешила подняться с места и протянуть ему руку:
– Детектив первого класса уголовной полиции Глория Берч.
– Приятно познакомиться. Мне хорошо известно, кто вы. Поэтому я и пришёл именно к вам. Крис Олдридж, – представился посетитель. – Переду сразу к делу. Моя любимая пропала около недели назад. Помогите найти её.
Такой прямолинейности я не ожидала.
– Давайте-ка начнём с начала, Крис. Присаживайтесь, пожалуйста.
Он осторожно садится на стул, словно боясь, что он сломается под его весом. А потом он вдруг начинает плакать, мучительно и отчаянно.
В растерянности я отхожу и встаю у окна. Необходимо переждать первые эмоции.
Через несколько минут Крис успокоился и вытер глаза ладонями.
– Извините, детектив Берч, – тихонько произносит он.
Я обернулась, и мне показалось, что сейчас он упадёт в обморок.
– Послушайте, Крис…
Он обрывает меня на полуслове:
– С моей Мишель случилась беда. Она не могла просто исчезнуть. Я подозреваю, что её могли убить! Понимаете? Вы-то точно должны понять. Вы ведь та самая Глория Берч, которая засадила за решётку маньяка! Да? Когда я узнал, что вы теперь работает в полиции Рочестера, то сразу пришёл сюда. К вам.