Катрина Фрай – Аффект (страница 32)

Я сказала это, только чтобы его позлить.

В материалах, переданных Бену Паркеру, не фигурировало информации о препарированных записях охранной системы. Поэтому, адвокат не мог знать, что убийца явился в дом до полуночи. Кроме того, он не стал бы прикрываться Паркером, будь его алиби ложным. Раз он работал в Вашингтоне до полуночи, значит, на него как на подозреваемого можно было не рассчитывать.

Затем, я стала с любопытством наблюдать, как Лиам шепчет что-то на ухо Анне Паркер, упавшей ему на грудь вся в слезах.

Я удивилась ещё сильнее, когда Лиам провел ладонью по правой щеке Анны и поцеловал её в левую щеку, после чего завел спокойную беседу с Беном Паркером. Следующим на его траектории был какой-то седовласый политикан, но контакта не произошло, разговор был короток.

Как я и предполагала, Лиама никто не сопровождал: он зашагал в одиночестве по бесцветной зимней траве, мелькая среди холодных монументов, воздвигаемых живыми в память об умерших.

– Мистер Хилл!

Он остановился и обернулся. Как во время церковной службы, я встретилась с ним глазами, и мне показалось, что я уловила в них заинтересованность. Но это выражение быстро пропало, сменившись обычной холодной непроницаемостью.

Я направилась к нему, призывая себя не торопиться. Инстинкт подсказывал мне, что спешащие к Хиллу люди – особенно женщины – чересчур привычная, надоевшая ему картина. Я медленно переставляла свои длинные ноги, слыша, как хлопают по замерзшим коленям мои брюки.

– Мне хотелось бы с вами поговорить, – произнесла я, оказавшись с ним лицом к лицу, и продемонстрировала свой полицейский значок, заметив, что он задержал на нем взгляд, прежде чем поднять глаза.

– Посещение похорон убитых входит в ваши профессиональные обязанности, детектив? Кажется, Глория Берч?

У него был очень приятный голос с симпатичным налетом английского акцента – прямо-таки подогретый виски с густыми сливками.

– А у вас забавная привычка гладить на похоронах, по щеке, жену вашего шефа?

– В первую очередь, детектив, я – друг семьи, – ответил он спокойно. – А вы, кажется, совсем замерзли.

Я засунула похолодевшие руки в карманы пиджака.

– Вы хорошо знаете семью погибшей?

– Достаточно хорошо.

Лиам наклонил голову, внимательно наблюдая за мной. Ещё немного – и я залязгаю зубами, а ледяной ветер взъерошит мои волосы, и они закроют мою симпатичную мордашку.

Я увидела приближающегося к нам Брайна и сделал ему знак рукой, что все нормально, справлюсь сама.

– Давайте зайдем в дом детектив, думаю, там уже наливают горячий чай, у вас хватит времени, чтобы зажарить меня с потрохами.

– Просто расспросить, – процедила я сквозь зубы, внезапно рассердившись на него за излишнюю самоуверенность. – Лучше ответьте коротко на пару вопросов прямо сейчас, мистер Хилл, или мы договоримся о более официальной встрече у меня в кабинете.

– Терпеть не могу зря тратить время, – отозвался он. – По-моему, в этом мы с вами похожи.

Немного поколебавшись, я направилась в дом Паркеров в самую гущу толпы. Лиам улыбнулся, жестом пригласил меня войти.

– Ну, вот. – Он уселся рядом со мной в гостиной на диване. Где было свободное место. – Глоточек бренди, чтобы согреться?

– Нет. – Я уже наслаждалась теплом в доме и боялась, что совсем раскисну, если выпью чего-то спиртного.

– Понял, на работе вы не пьете. Тогда кофе?

– Отлично!

Поблескивая золотым браслетом на запястье, он позвал официанта, который разносил гостям кофе и чай. Народу было так много, что они все перемешивались вместе с персоналом.

– Со сливками?

– Черный.

– У нас одинаковый вкус. – Чуть погодя он протянул мне фарфоровую чашечку на изящном блюдце. Он взял кофе мне и себе.

Запах горячего кофе вскружил голову. Я сделала глоток и чуть не застонала от наслаждения.

Настоящий, а не подделка из растительного концентрата, которым нас потчуют в участке. Натуральный продукт, лучший сорт, полный кофеина! Не во всяком магазине достанешь такой.

После второго глотка я едва не разрыдалась.

– Что-то не так, детектив?

Это было очень похоже на восторг женщины, урчащей как кошка, от поглаживания умелой мужской руки.

– Знаете, как давно я не пробовала такого прекрасного кофе?

– Не знаю, – ответил он с улыбкой.

– И я не знаю. – Я зажмурилась от наслаждения, снова поднося чашечку к губам. – Вы уж простите, я сейчас не могу работать, дайте мне пару минут насладиться этим напитком.

– Как хотите, -безразлично произнес Хилл.

Нам подали напитки и поднос с фруктами и сырами, от одного вида которых, у меня потекли слюнки. Но я решила, что пора приступать к делу.

– Вы давно знакомы с семьей Эвансов?

– С Элизабет да, а Макса я не так давно знаю, мы познакомились недавно на какой-то вечеринке.

– Но вы назвали себя другом семьи.

– Родителей Элизабет я знаю много лет, – ответил он не задумываясь. – Сначала это были чисто деловые контакты по работе, а потом возникла дружба. Элизабет тогда ещё училась и жила в Европе, поэтому наши пути редко пересекались. Мы более тесно начали общаться с ней всего лишь несколько дней назад. Я пригласил её поужинать. И вот, через несколько дней она погибает, это чудовищно, мне до сих пор не по себе.

Лиам вынул из внутреннего кармана пиджака плоский золотой портсигар и закурил. Я прищурилась.

– Разве вы не знаете, что в общественных местах курить запрещено?

– Только не в частных домах, таких как этот! – Он улыбнулся мне сквозь легкую дымовую завесу. – Вам не кажется, детектив, что у полиции и так есть чем заняться, чем допрашивать адвоката семьи и следить за его правонарушениями?

– Я считаю это вредной привычкой.

– Я коллекционирую, например огнестрельные оружия, это тоже плохая привычка?

«Это надо взять на заметку» – подумала я.

– Еще одно проявление вашей индивидуальности?

– О, оружие обладает загадочным очарованием! Особенно старинное оружие. Какой мужчина не мечтает его иметь? Но это не всем доступно.

– И слава богу. Зато убийства и тяжкие повреждения, причиняемые с помощью такого оружия, теперь в прошлом. Если не считать случаев, подобных убийству Элизабет Эванс. По-моему, следует установить более строгие правила пользования личным оружием.

– Вы так привержены правилам, детектив Берч?

Вопрос был как-будто невинным, но мне послышалось в нем оскорбление, и я расправила плечи.

– Без правил наступает хаос.

– А вам не кажется, что хаос – это жизнь?

«К черту философию!» – раздраженно подумала я и спросила напрямик:

– В вашей коллекции есть пистолет, скажем сорок пятого калибра?

Лиам медленно, задумчиво затянулся. Огонек сигареты, длинные изящные пальцы, аура богатства и вседозволенности…

– Как-будто бы, да. Её убили именно из такого пистолета?

– Не сочтёте за труд продемонстрировать мне свой экземпляр, если я к вам заеду на днях?

– Разумеется, когда пожелаете.

Как просто! Излишняя простота всегда вызывает у меня подозрение.

– Когда вы в последний раз видели Элизабет?