Катрин Бенкендорф – Сети (страница 3)

Я высыпала порезанную грушу в овсянку и села за стол завтракать. Открыла журнал по психологии, попыталась найти что-то про сны, но безрезультатно. Да и что я хотела там найти? Чтобы кто-то мне авторитетно заявил, что во сне нас могут посещать люди, которых мы никогда раньше не видели, но которые, тем ни менее, реально существуют? А еще, желательно, чтобы было написано, где их потом искать, ага.

Я отложила журнал, доела овсянку и вымыла за собой тарелку. Заварила зеленого кофе, добавила в него свежих сливок и пошла с кружкой в кровать. Может, надо снова заснуть? Вдруг он опять придет?

Недолго думая, я завела будильник на половину девятого, поставила кофе на тумбочку и забралась под одеяло.

«Пожалуйста, приди снова. Ты мне так нужен», – подумала я и почти сразу же отключилась.

Но он, конечно же, мне не приснился.

Я не услышала, как звонил будильник. Опоздала на работу на полчаса. Прибежала растрепанная, запыхавшаяся, в первой попавшей блузке, джинсах и с огромными синяками под глазами. Но, к моему удивлению, магазин был уже открыт.

Я осторожно открыла дверь. За прилавком сидел начальник. Когда я вошла, он смерил меня строгим взглядом, но ничего не сказал. Молча, он взял журнал с отчетами, пролистал его, без особого любопытства и опять закрыл.

– Завтра придет партия розовых гортензий. – сухо сказал он вместо приветствия.

Я кивнула в знак согласия, не понимая до конца, спрашивает это он или констатирует.

Начальник недовольно посмотрел на меня:

– Опять? Мэл, опять? Мы же уже обсуждали это! Гортензии – очень плохо продаются, зачем ты их снова заказала? Ты хочешь работать в убыток?

Я отрицательно покачала головой.

– У меня есть идея для новой композиции. Она, поверьте, никого не оставит равнодушной. – пламенно заверила я.

Но на начальника мои уверения никак не подействовали.

– Розы и гвоздики – вот кто не оставляет равнодушных, а не эти твои… – начальник скривил уродливую мину. – …гортензии!

Вот я попала. Еще и опоздала. Не видать мне премии в этом месяце.

– Так что же, мне вообще их больше никогда не заказывать? – осторожно уточнила я.

– До тех пор, пока их не начнут покупать – нет! – закричал начальник.

«Но как же их начнут покупать, если я их не буду заказывать?» – хотела спросить я, но вовремя осеклась. Сейчас спорить с боссом – себе дороже. «Плохое настроение, наверное…» – подытожила я.

– А эти… – начальник ткнул в бланк заказа на гортензии. – Что б все до единой продала! – сказал он и вышел, хлопнув дверью.

Да, утречко не задалось. Я сняла с плеча сумку, положила ее под кассу, хотела достать телефон, чтоб перевести в беззвучный режим, но поняла, что забыла его дома. Вот совсем не кстати: Ленка мне обещала позвонить сразу после этой их операции по вживлению чипов.

«Просто надо меньше грезить о всяких незнакомцах из снов», – подумала я и принялась наводить порядок в магазине.

Во время обеденного перерыва, я пошла в продуктовый магазин неподалеку, потому что захватить себе что-то перекусить из дома, конечно же, не успела.

Взяла пару бананов, яблоко и пошла в кондитерский отдел за печеньем. Но, зайдя в ряд, я обнаружила там нечто такое, что увидеть ну никак не ожидала.

Странный механизм, похожий на робота, бесшумно продвигался в мою сторону и сканировал товары на полках. Его белоснежный корпус поблескивал в искусственном освещении магазина, а впереди у него было что-то типа экрана, на котором веселый смайлик мило мне подмигивал.

Вот так дела.

Я быстро схватила с полки первое попавшееся печенье и побежала на кассу.

– А что это у вас там за робот такой? – поинтересовалась я у кассира, когда подошла моя очередь.

– А, это Талли. На той неделе привезли. Он инвентаризирует товарные запасы, следит, чтобы все было на своих местах и с правильными ценниками. У нас тут же все его полюбили. Самую неприятную работу теперь делает за нас. – сказала девушка на кассе. – С вас сто пятьдесят три рубля.

Я расплатилась и вышла из магазина. С миром происходило что-то из разряда фантастики… Хотя, раньше ведь и сотовая связь представлялась чем-то невероятным, а увидели бы люди в девятнадцатом веке самолеты – подумали бы, что это демоны наш мир захватили. «Любая, хорошо развитая технология, неотличима от магии», – сказал Артур Кларк и, вероятно, был прав.

Наверное, это я отстала от жизни.

Я зашла в кофейню неподалеку, заказала кофе с маршмеллоу и пошла в парк, в котором мы вчера сидели с Ленкой. Как она там, интересно. Я села на свободную лавочку и отхлебнула глоток из бумажного стаканчика. Есть что-то совсем не хотелось. Да и думалось с трудом: все мысли перемешались.

Я стала наблюдать за прохожими. В особенности – за теми, у кого зияли черные дыры на месте глаз. Неужели и правда они больше не «живые люди»? Тогда «кто» или «что» они? Надо было попытаться это выяснить. Но как? Не пойти же напрямую спрашивать: «Вы, уважаемый, уж простите, но мне очень нужно знать: вы вообще – живой? И если можно: опишите в двух словах свое состояние». Может, я все время что-то упускаю, что-то важное, что их объединяет? Я пригляделась получше. Единственная закономерность, которую я нашла, заключалась в том, что черных дыр не было у маленьких детей и у стариков. В остальном это были совершенно разные люди.

Неожиданно ко мне подошел парень, он был в черных очках, так что я не могла сказать, есть ли у него глаза. Он протянул мне листовку, на которой яркими буквами красовался заголовок: «Только у нас, первый в городе робот-барист. Обслужит быстро, качественно и за те же деньги».

Опять робот?! У меня голова кругом шла. Мир вокруг стремительно менялся, и я не поспевала за этими переменами. Еще вчера утром – все было как обычно. А сегодня – роботы уже делают кофе. Интересно, а в будущем людям будут нужны цветы или мне стоит поискать другую работу?..

Я допила кофе, выкинула стаканчик в урну и вернулась в магазин, на этот раз за десять минут до открытия.

Почти сразу за мной в дверь вошла женщина лет сорока и принялась пристально разглядывать букеты. У нее были ярко подведённые серые глаза. «Живая», – подумала я, сама не заметив, как стала делить людей на живых и нет.

– Девушка, а вот это что за цветы? – спросила у меня женщина, показывая на лизиантусы. Я ответила. Она насупила брови, как будто мой ответ ее не удовлетворил.

– А это? – продолжала интересоваться она.

– Это орхидея. – ответила я.

– Ах, и правда. – спохватилась она. – Красивые какие. А можно сделать букет только из них?

– Ну, разумеется. – ответила я, параллельно вспоминая, сколько у меня их осталось в наличии. Ведь орхидеи относились тоже к разряду «плохо покупаемых», за которые меня отчитывал начальник. – Сколько вам штук?

– Ну, штучек пять. – ответила женщина, и я пошла в холодильник за цветами.

Когда я вернулась в зал, в магазине стояла Ленка и широко улыбалась. Только это была не совсем та Ленка, которую я знала. На месте ее удивительных зеленых глаз зияли две черные бездны. Я остолбенела и не могла пошевелиться.

– Эй, подруга, ты чего? Удивлена, что я жива осталась после чипирования? – видимо, хотела пошутить она, но это было не смешно.

– Девушка? Вы мне завернете цветы или как? – тормошила меня покупательница, и я на автомате собрала букет и протянула ей.

– А денег-то сколько? – спросила она, доставая кошелек.

– Что? Денег? – я с трудом соображала, что она от меня хочет. – Ах, денег… Пять орхидей это.. Семьсот пятьдесят рублей с вас.

Женщина протянула мне деньги и ушла. А я осталась наедине с моей некогда лучше подругой.

– Мэл, ты как будто мертвеца увидела, ей богу! – Ленка меня передразнила. – Видела бы ты себя…

«Видела бы ты себя», – подумала я. И попыталась вести себя как обычно, насколько это возможно.

– Да я… Просто не ожидала тебя здесь увидеть. Рабочий же день в разгаре… Как ты? Как все прошло? – спросила я, делая невероятное усилие над собой.

– Ох, да прекрасно все прошло! Две минутки – и чип уже вживлен. Вот. Посмотри. – Ленка вытянула руку. На коже был видел едва различимый след, как от укола. – Ты лучше смартфон свой давай, заценишь как этот чип работает.

– А я его как раз дома забыла сегодня… – ответила я, еле ворочая языком. Я старалась, как могла, не смотреть Ленке в лицо. Разглядывать эти черные дыры у незнакомых людей – это одно, но когда такое случается с некогда близким тебе человеком – это совсем другое. Это все равно, что смотреть, как люди едят – и самому есть. Два разных ощущения.

– Да ты часом не заболела, подруга? – спросила Ленка.

– Возможно… – ответила я и покашляла. Меня и правда начинало лихорадить.

– Ох, бедная… – сказала Ленка и дотронулась до моего плеча. Я резко отстранилась от нее. Меня всю передернуло от ее прикосновения, настолько оно мне было противно и омерзительно.

– Да ты чего? – Ленка обиделась. Что ж, пусть. – Странная ты какая-то сегодня. А я, в общем-то, за цветами зашла. Три желтых розы дашь?

Я кивнула и достала ей цветы. Завернула в крафт-бумагу и протянула Ленке.

– Я безналом оплачу. – сказала она и провела рукой по кассовому терминалу – тот подтвердил операцию. Чип работал исправно.

– Позвони, когда поправишься. – сказала она и вышла. Я выдохнула.

Эх, Ленка.

Всю следующую неделю я просидела дома. Взяла больничный за свой счет, накупила продуктов, заперлась на все замки и провалялась в постели, почти не вставая. Ленка звонила один раз, но я не ответила ей. Я не знала, о чем с ней говорить. Я не знала прежде всего, с кем на самом деле я буду говорить.