Катори Ками – Турнир партнеров (страница 40)
Гарри трансфигурировал из старой коробки клетку и засовывал туда упирающегося котёнка, в то время как Драко умело складывал его одежду короткими взмахами палочки.
- Так, цыц! Ну-ка успокойся! - строго сказал гриффиндорец, и Коспер с обречённым выражением на усатой мордочке затих.
- Я думаю, что как бы то ни было, а тебя они послушаются, если ты им прикажешь не хулиганить, - ответил слизеринец, начиная укладывать в чемодан книги.
- Такое ощущение, что как минимум в Дурмстранг перебираюсь! - хмыкнул Поттер и занялся содержимым тумбочки.
- Сдурел? - притворно нахмурил брови Малфой. - Фиг бы я тебя туда отпустил! Там наверняка даже мыслесвязь не работает!
- Ага, «Голова абонента выключена или находится вне действия сети», - усмехнулся Гарри, но напоролся на непонимание в глазах Партнёра.
Он как раз объяснял про сотовые телефоны, когда в спальню вошёл Рон. Увидев слизеринца, рыжий поначалу застыл в дверях и хотел было ретироваться, но тут Малфой обернулся, и ему пришлось постараться придать лицу независимое выражение и пройти в комнату.
Его выдержки даже хватило на то, чтобы тихо поздороваться.
- О, привет, Рон… - зеленоглазый гриффиндорец явно растерялся.
Тут Уизли обратил внимание на наполовину полный чемодан, в который Драко продолжал методично укладывать вещи Гарри.
- Ты куда-то едешь? - поинтересовался он, борясь с нехорошим предчувствием.
- Эээээ… - замялся Поттер. - Не совсем… Скорее переезжаю.
Рыжий почувствовал, как сердце провалилось куда-то в живот. Однако он до последнего отказывался верить очевидным фактам.
- Это что-то связанное с подготовкой? - Уизли мысленно выругал себя за то, что совершенно не сумел скрыть надёжду в своём голосе.
Гарри же странно порозовел.
- Не совс… - начал он, но Драко его резко перебил:
- Зай, давай маглловскую одежду оставим, мой шкаф будет в шоке, если мы положим в него ЭТО. И бельё тебе, наверное, теперь не нужно.
Малфой прямо-таки наслаждался произведённым эффектом: на него ошеломлённо смотрели две пары глаз. Зелёные - с удивлением от необычного обращения, смешанным с восторгом, а голубые - с тоской, болью и каким-то странным пониманием. На какой-то миг ему стало жаль Уизли, но слизеринец тут же успокоил себя мыслью, что чем раньше рыжий поймёт, что Гарри принадлежит ему и только ему, тем лучше будет всем, в том числе самому Рону.
Задумавшись, блондин пропустил момент, когда выражение лица парня изменилось.
- В подземельях, значит, решил поселиться, да? - прошипел Уизли. - Почему бы тебе на их грёбаный факультет не перевестись-то сразу, а?
- Факультет тут не при чём, Рон, - тихо ответил Поттер. - И мне казалось, что мы всё обсудили.
После этих слов рыжий сразу растерял всю свою злость и уныло сгорбился.
- Но ты тогда не ответил… - прошептал он, глядя в пол.
- Что ж, - Гарри поднялся и в упор посмотрел на друга, - отвечу теперь. Мой ответ: ДА!
Гриффиндорец решительно застегнул чемодан и взмахнул палочкой, поднимая его в воздух.
- Пойдём! - бросил он Драко и холодно добавил. - Всего хорошего, Рон.
Подождав, пока Партнёр скроется из виду, Малфой медленно подошёл к рыжему парню. Повинуясь внезапному порыву, он почти участливо сказал:
- Всё честно, Уизли! У тебя было пять с половиной лет, чтобы завоевать его. Но теперь он мой!
И подхватив забытую Поттером сумку, он вышел из спальни.
Рон некоторое время стоял, не в силах пошевелиться. Он понимал, что слизеринец абсолютно прав, но, Мерлин, как же это больно! Если раньше он ещё сомневался, что же именно испытывает к Гарри, то тогда, застав брюнета обнимающим Малфоя и почувствовав, как собственное сердце рвётся на куски, парень со всей ясностью осознал, насколько пугающе острым было его желание оказаться на месте слизеринца. Невыносимо было видеть Партнёров вместе изо дня в день, такими счастливыми, такими довольными, такими весёлыми в то время как самого Рона сжигала жгучая, едкая, противная до тошноты ревность. Спасал только крохотный огонёк надежды, что несмотря ни на что, эти двое всё же оставались просто очень хорошими, близкими друзьями. И вот сейчас, глядя на сиротливо брошенные на кровать старенькие джинсы, в которых Гарри когда-то приезжал к ним в Нору, ужасно стесняясь того, что они безнадёжно ему велики, рыжий почувствовал, как защипало в глазах.
«Всё честно, Уизли! У тебя было пять с половиной лет, чтобы завоевать его…»
«Ты любишь его?»
«Ты тогда не ответил…»
«Что ж, отвечу теперь…»
«… теперь он мой!»
- Что ж, Малфой, ты прав, - первая слезинка скатилась по веснушчатой щеке. - Всё честно…
* * *
Гарри лежал на кровати Драко и тупо пялился в потолок уже примерно полчаса. Сам слизеринец писал работу по чарам на завтра. Ещё вчера Партнёры решили, что несмотря на то, что носить Связующий Артефакт больше не нужно, на уроки в «их» дни они всё равно будут ходить вместе. Малфой понимал, что трогать гриффиндорца сейчас не стоит, и решил дать ему время самостоятельно справиться со своими переживаниями, даже не делая попыток пробраться в его сознание. Он успел написать две трети эссе, когда Поттер наконец встал с кровати и молча присоединился к нему. Покончив с чарами, парни занялись зельями. За время Партнёрства Драко хорошо поднатаскал Гарри в этом предмете, поэтому в этот раз тому даже не понадобилась помощь, и они провели это время в молчании. Наконец с домашним заданием было покончено. Малфой бросил вопросительный взгляд на гриффиндорца, подошёл к кровати и, не дождавшись от брюнета никакой реакции, лёг на тяжёлое зелёное покрывало. Через некоторое время Поттер всё так же молча присоединился к нему и крепко обнял слизеринца, зарываясь носом в серебристые волосы.
- Я чувствую себя предателем, - тихо прошептал он.
- Он сам виноват, - отозвался блондин довольно резко.
- Мне кажется, тут нет правых и виноватых… - Гарри отпустил Драко и откинулся на подушки. - Я должен ещё раз с ним поговорить!
- Нет, не должен! - серые глаза зло блеснули. - Хватит, он тебе уже всё сказал, ты ему уже всё сказал и даже я, как ни странно, вроде бы всё ему сказал, кроме того, что если он ещё раз к тебе подойдёт, я отрежу кое-кому рыжие кучерявые яйца!
- Драко, он мой друг! - попытался возразить Поттер, хотя от последней фразы слизеринца ужасно хотелось рассмеяться.
- Бывший! - отрезал Малфой.
- Но…
- Никаких «но», Гарри, а не то у меня сейчас начнёт болеть голова, я притворюсь, что умираю, отвернусь к стенке и безжалостно усну!
- Ха, - услышав игривые нотки в голосе любовника, гриффиндорец почувствовал, как дурное настроение отступает, - тогда мне ничего другого не останется, как одиноко дрочить, периодически заглядывая тебе под одеяло в поисках вдохновения и громко стонать в твоё маленькое ушко.
- Дааааа? - заинтригованный слизеринец приподнялся на локте. - Круто! Начинай прямо сейчас!
- Гм, - усмехнулся Поттер, - тогда пока!
- В смысле, «пока»? - изумился Драко. - Ты уходишь?
- Нет… - в зелёных глазах заплясали лукавые бесенята. - Отворачивайся!
* * *
Следующие две недели пролетели как один миг. Оказалось, что быть анимагом совсем непросто. Каждый день Гарри тренировался управлять кошачьим телом, но первое время получалось из рук вон плохо. Лапы заплетались, хвост мешал, когти то втягивались, то вытягивались, приходилось контролировать каждый мускул, что ужасно утомляло и выматывало. Скорее всего, самостоятельно Поттер постигал бы эту науку ещё добрых полгода, если не больше, но у него неожиданно появился помощник, благодаря которому дело быстро пошло на лад. Дело было так: Гарри дожидался Драко с тренировки по квиддичу и честно пытался готовиться к предстоящим экзаменам, до которых осталось чуть больше месяца. Но его внимание отвлекли Коспер и Меркуцио, выбравшие в качестве осаждаемой крепости любимое кресло блондина.
- Ну-ка, кыш оттуда! - прикрикнул на животных гриффиндорец, и тигрёнок тут же изящно спрыгнул с оккупированного предмета интерьера.
Поттер невольно позавидовал тому, как ловко это у него получилось, припоминая свою неудачную попытку в теле тигра перепрыгнуть через лужу и смех Драко, когда он с размаха плюхнулся прямёхонько в центр этой самой лужи. Гарри решил сделать перерыв и попробовать поиграть с Меркуцио. Он превратился в тигра и осторожно подошёл к малышу. Какого же было его удивление, когда тот склонился перед ним в явно подчинённой позе, а в голове раздался мурлыкающий голос:
«Что я могу сделать для Старшего?»
С тех пор он стал общаться с душой того тигра, что жила в любимой игрушке слизеринца. Оказалось, что это был старый цирковой тигр, много лет проживший среди людей, мудрый и добрый. Он поведал гриффиндорцу, что раньше его звали Карбарас, но Меркуцио ему нравится больше, что он долгое время был настоящей звездой в цирке братьев дрессировщиков, один из которых тоже был анимагом, правда, пантерой, но это всё равно позволяло им общаться и делать совершенно потрясающие трюки, и что Драко вплоть до последних полутора лет спал с ним в обнимку. А ещё он признался, что благодарен людям, которые подарили ему это юное тело взамен дряхлого и старого. Когда Гарри поделился с тигром своей проблемой, тот лишь по-отечески усмехнулся, что было очень забавно, учитывая, что, несмотря на возраст, он выглядел всё же полосатым котёнком-переростком, и сказал, что когда-то давно ему отдали на воспитание двух несмышлёнышей пары месяцев отроду, и у них были такие же проблемы.