Катори Ками – Банановый остров (страница 11)

“Только не кончи слишком быстро!”- мысленно просил Кай. Он хотел успеть насладиться этим крупным крепким членом, дрожью пальцев на собственном затылке и шумным, тяжелым дыханием.

Но быстро кончил вовсе не Йенс. В какой-то момент в глазах стало по-настоящему темнеть от возбуждения, и Кай поддался ему: запустил руку в трусы и сжал пальцы вокруг головки. Этого и пары быстрых движений хватило, чтобы с мычанием слить на песок.

Стоило удовольствию отступить, оставляя за собой только короткие щекотные вспышки, как руки на затылке стали еще жестче. Одна переместилась Каю под челюсть, заставляя запрокинуть голову, вторая надежно удерживала, не давая отстраниться.

Кай понял, чего хочет Йенс, за секунду до того, как большой, каменно-твердый член скользнул глубоко в горло.

Так глубоко и с такой силой его еще в рот не брали. Шалея от незнакомых ощущений, Кай отмахнулся от первоначальной инстинктивной реакции, расслабился и доверился чужим рукам, всем своим существом понимая: Йенс не причинит ему вреда. И точно. Большой член входил до предела, распирал собой горло, перекрывал дыхание, но ровно до такой степени, чтобы доставлять этим удовольствие, а не боль.

Кай успел прочувствовать все: и как разом напряглись все мышцы Йенса, и тот миг небытия перед тем, как удовольствие сорвет тормоза и бросится по телу, сминая все на своем пути. Наверное, если бы не кончил только что, Кай слил бы вместе с Йенсом, даже не прикасаясь к себе, - просто от ощущения сопричастности.

Он не сразу поднялся с колен: сидел, уткнувшись лбом Йенсу в бедра и просто дышал. Не было ни мыслей, ни чувств - только абсолютное удовлетворение.

Наконец Йенс помог ему встать и - к удивлению и удовольствию Кая - снова его поцеловал.

- В реальности лучше, - шепнул он коротко.

Кажется, Кай был готов кончить и в третий раз, если бы был второй. Его хотели - девушки, почтенные матери семейств, молодые парни и мужчины "элегантного" возраста. Ему об этом говорили - на тусовках, на красных дорожках, в бесчисленных сообщениях в соцсетях. Одна поклонница даже писала бумажные письма. Но никогда и никто не поднимал его рейтинг парой слов.

Отвечать вслух Кай не стал: просто поцеловал Йенса в ответ.

На обратном пути в лагерь они молчали, но это не ощущалось как неловкость. И, забравшись под навес, Кай даже не сомневался, подкатываясь Йенсу под бок. Тот обнял его за плечи и тесно прижался к коже больным бедром. Желать доброй ночи Кай не стал, а вот в быстром поцелуе в темноте отказать себе не смог.

Впрочем, Йенс не стал отказывать тоже.

7. День 3. + Марвин Флин

Марвин с удобством расположился в шезлонге, закурил первую на сегодня сигарету и пригубил кофе.

Кофемашина была капсульная, и настоящим этот латте можно было назвать с большой натяжкой, но, учитывая, где сейчас был Марвин, напиток оказался божественным на вкус.

На ближайшие почти семь недель его домом будет переделанный грузовой контейнер. Но в нем был установлен генератор, а на крыше расположились солнечные батареи, так что у Флинна был не только горячий кофе, но и холодные пиво, газировка и соки.

А на понедельник и пятницу была договоренность, что будет приходить катер с материка. Приветливая женщина лет тридцати из местных согласилась готовить и упаковывать в биоразлагаемые одноразовые контейнеры готовые блюда, а администратор съемочной группы - закупать разные фрукты, шоколадные батончики и сигареты. Марвину оставалось разогревать еду в микроволновке и "хоронить" отходы в яме неподалеку от обустроенного в лучших традициях сортира - никаких "поз орла", добротный стульчак! - чтобы быть абсолютно довольным жизнью.

Он не должен был ехать сопровождающим. Черт возьми, он в принципе не должен был участвовать в этом дурацком шоу! Марвин был всего лишь оператором, и как так вышло, что он оказался вдруг ответственен за целую кучу знаменитостей - один Маккензи чего стоил! - ведало только какое-то местное развеселое божество.

Самое смешное: на этом острове у него даже камеры не было. Оператор без камеры! Это где такое видано?

Зато под ногами болтался чемодан с лекарствами первой необходимости, бинтами, жгутами и уже набранными шприцами "От того" и "От другого". Пока знаменитости изволили добираться до отправной точки путешествия, попивая Дом Периньон в удобных креслах первого класса, Марвин трое суток в поту и почти в бреду запоминал, как и что сделать, чтобы свалившаяся на его шею всемирно известная задница дотянула до вертолета с парамедиками и реанимационным оборудованием на борту.

Но пока что шел третий день, а никто даже диарею не схватил. Или мужественно справлялись своими силами?.. Камеры, спрятанные в разных углах острова, пришлось по-тихому подправить. Это входило в его задачи - следить, чтобы картинка была хоть немного отлична от “дерево, дерево, камень”. Так что в первую же ночь Флин запаковался в дождевик и переустановил камеры так, чтобы те были направлены на лагерь. Также в его распоряжении была парочка передвижных камер и два дрона. Всем этим богатством он с удовольствием развлекался от рассвета до заката. Впрочем, камеры ночного видения были тоже, но, кроме разгуливающих по джунглям Маккензи с Риттером, смотреть в них больше было не на кого.

Сейчас же все и вовсе дрыхли. Марвин глянул на часы: начало девятого. По предположению съемочной группы, незадачливые робинзоны с самого рассвета должны были курсировать по острову в поисках пищи и воды. Но в лагере была тишина.

Не мертвая - Марвин аккуратно опустил дрон и "заглянул" в щель между листьями. Все мирно спали, а листья раздвинули, видимо, чтобы впустить свежий воздух.

Марвин хотел было уже развернуть дрон, мельком скользнув взором камеры по спящим, когда вдруг заметил кое-что, не вписывающееся в предполагаемую картинку: неютно сгрудившихся на небольшом клочке земли тел. Кое-кому явно спалось вполне комфортно: Риттер вытянулся во весь рост, подложил руку под голову. Его длинные ноги высовывались из-под листьев, а почти голая земля определенно была привычной “постелью”. Свободной же рукой он обнимал уткнувшего ему в грудь Маккензи. Тот обхватил Риттера, как обезьянка дерево, и спал сладким сном младенца.

- Ну охренеть… - прошептал Марвин и поспешно увел дрон в сторону.

Костер потух, но на этот счет Марвин больше не беспокоился: если Риттер умудрился разжечь его под дождем, то в погожий день сделает это играючи.

Послышался сигнал зуммера: батареек в налобных камерах осталось максимум на пару часов. Марвин допил кофе и принялся собираться в недалекий и в целом приятный поход: пора было навестить островитян, не прячась под покровом ночи.

8. День 3. + Том Фостер (утро)

Тихое жужжание вкрадчиво проникло в уши, и Том все-таки нашел в себе силы открыть глаза. И тут же довольно улыбнулся: наградой за подвиг ему стал совершенно великолепный вид залитого солнцем океана. Несколько секунд он наслаждался картинкой, а потом осторожно приподнялся на локте и огляделся.

Маленький дрон поспешно улепетывал с "места преступления". Том подавил желание показать в камеру язык - понятно же, что их не оставят без присмотра, да и всякие панорамные съемки тоже нужны.

Жужжание небольшого моторчика, по всей видимости, разбудило только Тома. Остальные дрыхли, вольготно разлегшись на увеличенной вчера площади их общего спального места. Ачестон прижимался к нему со спины, с другой стороны тихонько сопел Хиллерманн. Том даже удивился - от человека его возраста и сложения он ожидал громоподобного храпа, а не вот такого осторожного посапывания. К счастью, храпунов вообще не оказалось, только Вилли Кертис иногда бормотал во сне, видно, привык без конца работать языком.

Но гвоздем этой сонной вечеринки была парочка Маккензи-Риттер. По крайней мере, при взгляде на них иначе как парочкой их назвать было невозможно. Под изумленным взглядом Тома Риттер во сне скользнул рукой по спине прильнувшего к нему Кая, прижал покрепче, а потом сунул руку тому в трусы, по-собственнически устраивая ладонь на ягодице. Маккензи от такого произвола не то что не проснулся - наоборот, засопел, кажется, еще пуще прежнего.

Интересно, а только ли заготовкой воды они вчера занимались? Шатались по джунглям черт знает сколько времени, Вилли даже предлагал на поиски отправиться, да Хиллерманн отговорил: фонарь-то был у Риттера и Маккензи, а без него как бы не пришлось спасать спасателей. Вернулись эти двое мокрые, довольные и завалились спать. Маккензи сказал, что в океане купались - будто не хватило им влаги за время дождя.

Улегшись обратно, Том слегка пофантазировал, как это могло бы быть: парочка вышла определенно колоритной, хоть было и не слишком понятно, что в Маккензи могло понравиться суровому вояке. Хотя личных предпочтений ведь никто не отменял. Самому Тому, например, нравились высокие и в меру мускулистые, ни в коем случае не качки. А по характеру: добродушные и веселые. Кто знает, может, худой язвительный Маккензи был как раз во вкусе Риттера?..

Или наоборот, не во вкусе, но порой так хочется отойти от привычного уклада жизни. "Выйти из зоны комфорта", как сейчас модно говорить.

Том осторожно, чтобы не потревожить соседей, перевернулся на другой бок. Ачестон спал, раскинувшись на спине, с другой стороны к нему прижимался Вилли. Тощий, бесцветный и, наверное, незаметный, если бы не его стендап-шоу.