Катинка Энгель – Полюби меня. Навсегда (страница 26)

Мое тело словно воспламеняется. Я так хочу, чтобы она была рядом со мной, близко, ближе, еще ближе, тело к телу, кожа к коже. Но пока слишком рано. Моя рука дотрагивается до ее щеки. Большим пальцем я глажу нежную кожу Эми и оставляю следы белой краски. А при попытке стереть только размазываю ее сильнее.

– Извини, пожалуйста, – сквозь смех говорю я, до сих пор стараясь вытереть краску основанием ладони.

– Ничего страшного, – откликается Эми, – но, видимо, это означает, что теперь тебе придется оставить меня себе, раз ты меня пометил.

– В этом и заключался мой план с самого начала, – заявляю я и осмеливаюсь осторожно поцеловать ее в губы. Не уверен, можем ли мы загадывать так далеко в будущее и не против ли она, но собираю всю свою волю в кулак и добавляю: – Слушай, я хотел тебя кое о чем спросить.

Она смотрит на меня.

– Я прошел в финальный этап одной премии. Ничего важного в ней нет… или все-таки есть. Ладно, да, она важная, и меня пригласили на ужин, который устраивает факультет. Я могу прийти не один и подумал, может, ты… – я не отваживаюсь закончить предложение.

– Если у меня будет время, с удовольствием приду, – соглашается Эми и нежно целует меня в уголок рта.

Вдруг из соседней комнаты доносится громкий звонкий смех и радостные крики. Мы непонимающе переглядываемся. А в следующий миг на кухню влетает Тамсин. Она за руку тащит Риса и широко улыбается. Рис тоже улыбается, глядя в пол.

– Скажи же, – требует Тамсин и пихает парня в бок.

– Ладно… – начинает он, – …если предложение еще в силе… – Парень поднимает глаза, отпускает ладонь девушки и сует руки в карманы брюк. – Мы с Тамсин хотели бы сюда переехать.

Тамсин подпрыгивает на месте и хлопает в ладоши. Похоже, она счастлива. Очень счастлива!

– Естественно, предложение в силе, – отвечает Эми. – Когда вы собираетесь въехать? – У нее на лице тоже сияет улыбка, и я сам заражаюсь общей радостью.

Тамсин подбегает к Эми с намерением ее обнять. Однако та делает шаг назад.

– Ох, прости, забыла, что ты не любишь обниматься. – Вместо этого подруга обнимает меня. – Разве это не замечательно? – спрашивает она.

– Да, правда замечательно. Я так рад за вас, – говорю я и смотрю на Риса, который явно расслаблен. Он смотрит на нас с Тамсин… и улыбается.

– Что тут за шум? – любопытствует Зельда.

Они с Джинни возвращаются с бутылками воды.

– Мы с Рисом будем жить вместе, – объявляет Тамсин, не прекращая улыбаться.

– Думаю, это значит, что до конца нашего совместного проживания в квартире убираешь ты. – Малик, который тоже присоединяется к нам, дает Рису пять. И поясняет: – Мы поспорили. Я знал, что Тамсин не откажется. Но Рис… Ну вы же его знаете – воплощение оптимизма.

– Заткнись, – в шутку огрызается друг.

– Поосторожнее, мужик, – парирует Малик. – С этого момента со мной нужно обращаться очень бережно, как будто трогаешь хрусталь бархатными перчатками. Меня же бросает сосед.

– Я одолжила бы тебе свои бархатные перчатки, но, к сожалению, забыла их у родителей, – заявляет Зельда. – Они такие красивые, длинные. – Она показывает, что перчатки доходили до локтя.

– Мы найдем тебе нового соседа, Малик, – вмешивается Эми, – на следующей неделе я знакомлюсь с одним кандидатом.

– Спроси у него, что он любит есть, – просит Малик, – по вкусовым предпочтениям можно очень многое узнать о людях.

– И что же ты узнал обо мне? – подключается Зельда.

– И обо мне? – с интересом смотрит на него Тамсин.

Малик ухмыляется:

– Что ж, с тобой все очевидно, Зельда. Ты самый сладкий человек, которого я знаю. Когда другие рассыплются в пыль, ты – в сахарную пудру.

– Жуть, – отвечает она, – но мне нравится.

– Ты, Тамсин, любишь надежность во всех ее формах. Эксперименты в определенных рамках. Приключения, которые в любом случае закончатся хорошо.

– И ты прочел это по моей любви к пасте? – Тамсин недоверчиво смотрит на Малика.

– Паста бывает разной формы и цвета, но всегда остается пастой – знакомой и в то же время новой. – Малик пожимает плечами.

– А какая у тебя любимая еда? – спрашивает Эми, повернувшись ко мне.

Хочет тоже присоединиться к игре? Я смотрю на нее, и на душе становится теплее. Она так расслаблена в окружении друзей. А мне повезло быть одним из них.

– О да, – подхватывает Тамсин, – посмотрим, попадешь ли ты в цель с кем-то, кого не так хорошо знаешь!

– У меня, вообще-то, нет любимого блюда, – говорю я. – Но если надо выбрать, то я бы сказал: все, что запечено с сыром. – И добавляю: – Извини, – потому что вряд ли Малик сумеет как-то этим воспользоваться.

Однако он сосредоточенно смотрит на меня, задумывается на несколько секунд, а потом произносит:

– Ты убежден в том, что в конце все будет хорошо. У тебя есть фундаментальная вера в себя и в мир, который тебя окружает. Ты твердо веришь в счастливый конец – в жизни, в любви, – парень подмигивает Эми, – и в еде.

На мгновение у меня пропадает дар речи. На самом деле я никогда об этом не задумывался, но уверен, что Малик правильно меня описал. Тот факт, что до сих пор моя жизнь была беспроблемной, ни разу не заставлял меня усомниться в этой фундаментальной вере. Подсознательно я всегда считал себя счастливчиком.

– Совпадает на сто процентов, – смеется Тамсин. – Малик, ты мог бы выступать с таким номером!

– Ты – то, что ты ешь, – кричит Зельда. – Редко поговорка так идеально вписывается! Это будет названием твоего мирового турне!

Скромное «Я даже не знаю» Малика тонет в дружном хохоте. Джинни катается по грязному полу, хотя я даже не уверен, что она все поняла. Хотя Джинни самый умный ребенок на много миль вокруг. Возможно, она могла бы стать ассистенткой Малика.

Когда за окном потихоньку начинает смеркаться, мы решаем доделать оставшееся завтра. И так много сегодня успели. Покрашены все помещения, кроме коридора и ванной. В спальне уже лежит ламинат, а за последний час Эми установила во всех комнатах светильники.

– Мы так много сделали, – заявляет она, – что у меня возникло желание сделать ремонт и в офисе. Он ему определенно не повредит.

Рис и Малик тут же предлагают свою помощь, но Эми отмахивается:

– Не все сразу. Но если у кого-нибудь останется чересчур много свободного времени, прихожая будет рада покраске.

Чуть позже, когда всех охватывает эйфория, Джинни спрашивает:

– Можно мне пойти к Рису и Малику?

– А ты спросила Риса и Малика? – уточняет Эми.

– Рис спросил меня, – подбоченивается Джинни, словно Эми должно быть стыдно за свой вопрос.

– Малик завтра испечет панкейки, – подключается Рис, который в этот момент переступает порог кухни. – Джинни ни в коем случае не должна это пропустить.

От меня не укрылось, что он бросил взгляд на меня. На лице парня Тамсин появляется ухмылка. Он хочет нас подстраховать? Трогательно, однако настолько далеко мы с Эми точно пока не зайдем.

– Ну ладно, тогда увидимся завтра утром, – соглашается она, и Джинни с радостным визгом скачет по пустой кухне.

Я тоже собираюсь уходить. Но когда поворачиваюсь к Эми, чтобы попрощаться, она шепчет:

– Не хочешь остаться еще на какое-то время?

– А ты не против?

В качестве ответа она берет меня за руку и целует в губы. Причем так естественно, что это кажется мне почти нереальным.

Глава 19

Эми

Меня охватывает странное волнение. Благодаря множеству помощников соседняя квартира уже выглядит неплохо. Похоже, мы действительно много успели. И я готова к следующему шагу. Хочу, чтобы Сэм переночевал у меня. Это дарит приятное ощущение, естественное. Возможно, я немного спешу, однако в голову не приходит ни одной причины, почему у меня не получится. Имею на это право, постоянно твержу я сама себе, хотя чувствую, что глубоко во мне зарождается сопротивление. Но сейчас, когда все в курсе и, кажется, никого это не беспокоит, мы можем рискнуть сделать еще один шаг. Сэм, который так со мной терпелив, этого заслуживает. Он должен знать, что мне с ним хорошо. Остальное я откладываю на потом.

– Думаю, я хочу упасть, – произношу я, и мой голос эхом отражается от голых стен.

У Сэма расширяются глаза. Какие красивые глаза!

– Ты уверена? А вдруг от запаха краски у тебя затуманился разум? – И опять эта лукавая ухмылочка.

– Я уверена. И неважно, в краске ли дело или в моем безумии.

Сейчас или никогда – вот что я чувствую. Пока мозг не успел меня остановить, я поворачиваюсь спиной к Сэму. Главное – не допускать никаких мыслей.

– Я тебя поймаю, – говорит Сэм, повторяя свое обещание, и его голос пробуждает что-то у меня внутри.