Кати Беяз – Мемуары Ведьмы. Книга вторая (страница 24)

Я видела, как та содрогнулась лишь при одном упоминании касания этого существа. Бабушка невольно положила свою левую руку поверх правой, желая стереть воспоминания от этих прикосновений. Очевидно, событие из ее юности относилось к таким, которые остаются с человеком на всю жизнь.

— Я очень сожалею, что вам пришлось пережить. Но почему бы вам не обратиться к тому, кто все это устроил? — вернувшись из нахлынувших воспоминаний, резко отозвалась она.

— Понимаю, вы вполне вправе ответить подобным образом. Самым ранним утром я вызвала шофера и указала место, куда хочу поехать. Но мы заблудились. Расспросив местных жителей, мы все же нашли деревню, но теперь уже не могли найти ее дом! Мне казалось, я прекрасно помнила такое незамысловатое месторасположение и ее огромный особняк, что возвышался над остальными деревенскими домами. Но его там не было! Бегая от дома к дому, я так и не смогла найти дом ведьмы.

Немного успокоившись, я решила съездить за Ириной. Она без труда указала мне на забор колдуньи, дом которой словно вырос из земли прямо перед моим носом. Но даже его чудесное обнаружение не решило моих проблем. Хозяйка дома с трудом вспомнила меня. Эта бесстыжая артистка просто играла со мной, словно кошка играет с мухой, обломавшей свои крылья. Она во всех подробностях расспросила меня, с чем я к ней исконно обратилась, и, удостоверившись в наличии моих волос у себя на полке, сказала, что все сделала, как я и просила. Когда же я заявила, что кто-то ужасный преследует меня, она лишь улыбнулась и, словно я сделала комплимент ее способностям, приложила руку к груди. Но потом, неожиданно перекрутив все факты, сообщила, что это исходит никак не от нее, а от кого-то другого. Того, кто завидует ей с самого детства! Когда же я спросила на прямую, кто навел на меня эту кошмарную тень, она тут же указала на вас. Я была в замешательстве. На этот раз я совершенно не верила ей. Но помня всю вашу неприязнь, я просто не могла снова обратиться к вам с еще более ужасными новостями. Тогда я попросила ее избавить меня от этой тени. Театрально оторвав лист из старинного блокнота, она написала черной перьевой ручкой огромную сумму денег, которая была неподъемной даже для такого человека, как я! Меня это окончательно возмутило, и, хлопнув дверью, я попрощалась с черной ведьмой навсегда.

— Что именно вас возмутило? Вам не понравилась сделка или ее способ работы? — вдруг оживилась бабушка.

— В вас сейчас видимо говорит злость на меня и дух соперничества, но вы же понимаете, что меня просто поймали на крючок? Вы можете помочь мне, — неожиданно смягчив свой голос, добавила она, — я прошу не за себя, я прошу за своего ребенка!

Слушая все это и обнаружив для себя, что эти двое были очень достойны друг друга, теперь я следила за реакцией бабушки. Она же, покрутив свою кружку в руках и сделав пару глотков, наконец, заговорила, нарушив затянувшуюся паузу:

— Когда-то давно я столкнулась с этой сущностью. Тогда я не знала, как победить ее или даже просто отогнать. Что сказать, прошло пятьдесят лет, и я до сих пор этого не знаю.

Глава 4

Женщина вытаращила на нее свои глаза бусинки.

— Да вы что же тут творите? Не зря она ваша подруга! Вы же с ней настоящая мафиозная группировка!

Она резко встала из-за стола и, швырнув тяжелый стул в сторону, уверенными шагами направилась к выходу, когда прозвучал спокойный бабушкин голос:

— Но вы можете остаться у меня до обновления Луны. Здесь он вас не достанет, этот дом закрыт для него. Магии свойственно отваливаться куском засохшей грязи, если она не находит отклик в человеческой душе. К тому же именно здесь я смогу помочь вам сохранить свою беременность.

Она обернулась. Ее лицо выражало полное непонимание, словно бабушка сейчас обращалась к ней на своем колдовском языке.

— Но я предупреждаю вас, вы здесь вряд ли помолодеете. Вам придется отказаться не только от своего ритуала, но и от прежних ценностей и ложных убеждений.

Ошарашенная таким предложением от чуть знакомого человека, женщина наконец-то расплакалась самыми настоящими слезами. Она подбежала и обняла бабушку, а потом и меня.

Ей приходилось делать множество непривычной работы и довольно рано вставать. Но по ее же словам, она нигде и никогда еще так сладко не спала, как в нашем доме. Иногда она уезжала по делам в город, но дотемна всегда возвращалась обратно. Сегодня все планы были отменены. С ночи шел ливень, который размыл все дороги. Она лениво потянулась, накинула на плечи теплый пуховый платок и снова села к нам за стол. Мы перебирали травы, которые не на шутку распахлись от чрезмерной влаги.

— Этот запах напоминает мне Африку, — вдруг сказала она.

— Вы были в Африке? — волнительно вскрикнула я.

— Да, это удивительная страна.

— С удивительными магическими обрядами… — улыбаясь, и не поднимая глаз, добавила бабушка.

Актриса вздрогнула то ли от холода, то ли от волнения. Но вскоре спросила:

— Откуда вы знаете?

— Наша, ведическая магия — это магия Солнца и все в ней имеет ход по часовой стрелке, так же как Земля движется вокруг своего светила. Твоя магия идет против часовой стрелки, так показал мой маятник, а значит это магия Луны. Повторяя Земное вращение вокруг своей оси, она направлена против стрелки часов. Это другая магия, порой противоречащая силам природы своим целям во благо. Ею прекрасно владеют на том конце света.

Она не знала, что ответить. Было совершено понятно, что такое направление мысли было ей в новинку. И немного замешкав, она чуть заметно побледнела и произнесла:

— Хотите знать, как это было? Пора бы уже снять этот груз с плеч…

— Мне было б любопытно послушать, ко всему истории из прошлого заставляют нас посмотреть на себя со стороны.

— Ну что ж…, — она прокашлялась, и немного собравшись с силами продолжила. — Как то мы с моим бывшим мужем режиссером поехали на съемки документального фильма в Африку. Там нам пришлось остановиться в одной небольшой деревне, где не было практических никаких благ цивилизации и где, как оказалось, никто не обходится без магии. Всего неделю спустя у супруга невероятно разболелись колени без видимых на то причин. Один раз он просто не смог выйти из хижины на съемки. И когда все мази были испробованы, компрессы сделаны, а массажи вызывали только еще больше боли, нам посоветовали обратиться к местному шаману. Отправив за ним переводчика, мы прождали без лишнего час. Когда этот черный как ночь немолодой мужчина появился в наших дверях, меня бросило в холодный пот. Его лицо было раскрашено под череп, седые волосы имели медно-красный цвет, а в руках он держал трость с сушеной головой обезьяны вместо набалдашника. Я еще несколько раз переспросила супруга, уверен ли он в необходимости таких методов. Он только злился. Шаман подошел и склонился над ним. Стукнув посохом прямо рядом с коленкой, он зловеще что-то забормотал, выкрикивая из текста одиночные слова. Через пару минут мой муж, совершенно пораженный чудом исцеления, поднялся и принялся проверять колено на прочность. От боли не осталось и следа.

— Я хочу снять фильм про вашу магию! — взволнованно закричал он.

Шаман напротив, совсем не казался взволнованным этим сообщением. Он сухо произнес:

— До заката ты должен принести жертву духам, что излечили тебя. Твоей силы в ногах должно хватить, чтобы поймать петуха, принести мне и на жертвенном алтаре обезглавить его.

Наше ликование сменялось смятением. Никто не рассчитывал участвовать в охоте на петухов в здешних местах и тем более участвовать в кровавом жертвоприношении. Мы замолчали, теряясь с ответом.

Муж постарался объяснить, как мог, что не хочет приносить жертву. Он заплатил деньги и этого должно быть достаточно для любого вида услуг.

— Духам твои деньги не нужны, им нужна кровавая дань. Ты заплатил мне за мои знания и способность решить твою проблему. Моим же духам нужна демонстрация твоей благодарности и кровь, принесенная тобой взамен непереносимой боли.

С этими словами он развернулся и вышел из нашей хижины. Мы просто молчали. Как только дверь закрылась, муж принялся рассуждать, шагая из стороны в сторону.

— Это уловка. Никаких духов нет, он просто хочет вынудить меня к участию в своих кровавых обрядах, дабы я испытал трепет перед его способностями и отстегнул еще денег. Я считаю, что сполна заплатил ему за чудо, а когда он поймет, что я не из суеверных бояк, то сам принесет жертвы своим духам, коль они уж так важны.

Я само собой всячески поддержала его. Мне не представлялось нормальным бегать по деревне и ловить петуха, чтоб затем принести его в жертву.

К вечеру супругу стало намного хуже, поднялась высокая температура, и его колено вызывало ужасные боли. От любого движения его лицо неистово краснело, и он невыносимо кричал. Мы поехали в больницу и через некоторое время обследований, нам сообщили, что необходима срочная операция. Вы знаете, что такое операция в Африке?

— Я могу себе представить. Вы снова отправились к шаману?

— Да, после грязной больницы, больше похожей на сарай, у нас не оставалось другого выбора. Еще час мучений на ржавой кровати в огромном павильоне, где таких же ожидающих с два десятка, и мой муж был готов на жертвоприношение. Мы приехали обратно в деревню и поспешили разбудить шамана. Он вышел к нам со странной улыбкой, словно не имел никаких сомнений, что мы вернемся.