Кати Беяз – Мемуары Ведьмы. Книга Первая (страница 23)

— А как его имя ты спрашивала? — я не прекращала разговор, догоняя её.

— Валентин!

Валентин — хорошее имя, только не для нечисти. Такого у меня в книге не было, и я была уверена, что он опять соврал. Если б я только могла точно узнать, как его звать, я б смогла постараться изгнать его из дома своей подруги.

Решившись на последний отчаянный шаг, я подбежала к ней поближе и произнесла:

— Я тоже хочу у него учиться, дай мне шанс поговорить с ним! Мы же лучшие друзья, давай учиться у него магии вместе!

Она остановилась и замерла, будто спрашивала у кого-то разрешение. Он читал её мысли, это было абсолютно понятно, даже когда она не прикасалась к гадальной доске и была за пределами дома. Спустя всего мгновение её глаза заблестели, а на лице появилась улыбка. Она взяла мою руку и произнесла:

— Он тебе понравится! Мы сможем начать колдовать вместе!

Глава 4

Этот Валентин не смог открыть книгу, которую я к нему притащила по своей глупости, ровно так же, как не смог сейчас прочитать мои мысли. Видимо оттого, что я тогда во сне не впустила его к себе в дом, мои помыслы оказались для него скрыты. Все это было мне на руку, и я уже собралась назначить встречу, чтоб удалиться для детальной подготовки, как подруга, не отпуская моей руки, заявила:

— Пойдем прямо сейчас, я вас познакомлю!

Что было совершенно неожиданным и буквально застало меня врасплох. Я не могла сейчас отказаться, ровно, как не представляла, что буду предпринимать против этого Валентина.

Как же так получалось, что читая книгу сутками напролет, я не подготовилась к решительным действиям. В книге был заговор, чтоб узнать истинное имя нечисти, которое я прочитала, но не выучила. Несмотря на то, что оно было довольно коротким, я никак не могла воспроизвести в голове эти витиеватые слова.

Моя подруга вела меня за руку, и я, воспользовавшись моментом, закрыла глаза. Ясно представив, что иду по дороге к своему дому вместо дома подруги, я мысленно зашла на его порог, и прошла в свою комнату. Отчетливо воображая, что подхожу к кровати, и вижу свою колдовскую книгу на ней, там же, где и оставила.

Вдруг книга раскрылась перед моими глазами сама, я не командовала ей. Она словно прекрасно знала, что я ищу, и открылась на странице с нужным мне заклинанием. Я видела то место, где оно было написано, но не могла его прочесть. Буквы скакали и расплывались, и мне пришлось так сильно сосредоточиться над текстом, что, кажется, я перестала дышать на это время. Концентрируясь с закрытыми глазами, я всеми силами пыталась сделать буквы в своем воображении четче. Прищуриваясь так, будто у меня плохое зрение, я, превозмогая себя, старалась сфокусировать его. Внезапно проявилась первая буква, затем вторая, и спустя мгновение я уже могла прочитать первое слово. Затем прояснилось второе, и в итоге я уже видела все пять слов. Повторяя их, и стараясь заучить, я обнаружила, что мы уже прошли поле и подошли к дому моей подруги.

Я зашла в ее комнату и почувствовала, как мои ноги подкосились. Подруга же, наоборот, радостно засуетилась, доставая доску, и находилась в крайне приподнятом настроении. Ей не терпелось познакомить меня со своим учителем, и она выглядела очень взволнованной. Принеся с кухни две восковые свечи, она поставила их на полку прямо над нашими головами.

— Зачем это, разве нельзя оставить гореть свет? — с нескрываемой тревогой произнесла я.

— Учитель не любит дневной или искусственный свет, только пламя свечи настраивает его на нужный лад, — пояснила она.

Я надеялась, что этот демон не умеет задувать свечи, так как на улице уже почти стемнело и мне совсем не хотелось остаться посреди спиритического сеанса в полной темноте.

Мы уселись напротив друг друга, положив по два пальца на блюдце, ровно так же, как и в тот первый раз, когда все только начиналось.

— Говорить вслух не обязательно, учитель уже здесь и стоит только в мыслях задать вопрос, как он тут же на него ответит, — наклонившись ко мне, почти шепотом сказала она.

— Начинай беседу первой, мне надо побороть свой страх, — тихо ответила я.

Моя подруга улыбнулась, закрыла глаза и видимо задала свой вопрос. Блюдце стало ездить по доске очень быстро, совсем не так, как раньше, и я уже не улавливала всех букв. Но когда оно остановилось, подруга заулыбалась и поблагодарила учителя за ответ вслух. Я с ужасом представила, как много времени она проводит в таком общении, что сходу собирает буквы в слова. Она взглянула на меня и дала знак, задавать свой вопрос. Я решилась на хитрость, откуда не возьмись храбрость, граничащая с глупостью, толкнула меня поиграть с демоном в его же игры. Закрыв глаза, я мысленно начала свой монолог.

«Здравствуй дух, я знаю, что ты меня слышишь, и обращаюсь к тебе. Я потомственная ведьма, и обладаю знаниями и силой своего рода. Меня тревожит вопрос на ком жениться Василий. Не торопись с ответом, мне нужна только правдивая информация. Если ты откроешь мне ее, я буду верной твоей ученицей и помогу тебе, чем только смогу». Это была чистая ложь, я не собиралась обучаться у этого существа, ровно, как и помогать ему. Единственной моей целью было показать подруге, как быстро ее учитель откажется от своих слов, в погоне за другим учеником, который является ни просто подростком с горой желаний, а потомственной ведьмой. Собственно, в чем конкретно отличие простого подростка и подростка, считающего себя ведьмой, мне было сложно тогда понять. Однако в тот момент эта несусветная глупость выглядела в моих глазах очень весомым аргументом.

Через мгновение я почувствовала за своей спиной присутствие кого-то огромного. Затем я ощутила, как мощная волосатая рука накладывается сверху и начинает давить, создавая движение блюдца под собой. В тот момент я не могла ни о чем думать, как только об этих ужасающих ощущениях чьей-то невидимой лапы поверх моей руки. Сердце моё бешено заколотилось, а в висках начало стучать. Моя подруга пристально следила за черной стрелкой и губами собирала буквы в слова. Я старалась изо всех сил, но не могла читать, эти неописуемые ощущения не давали мне сконцентрироваться, и я просто отстранившись, следила за быстрым движением блюдца.

Когда оно, наконец, остановилось, подруга бросила на меня взгляд и попросила повторить свой вопрос вслух. Она явно была озадачена ответом, полученным от учителя, а я даже не знала, что он мне ответил. Я была в тупике, который сама себе устроила. Что я собственно сейчас должна говорить подруге, как мне повторить свой вопрос, даже не зная ответ на него. И надо было решаться быстрее, она вопрошающе смотрела на меня.

— Я снова спросила про Василия, ты же знаешь, это мой больной вопрос, — ответила я, как мне показалось совсем неплохо, — а какой был ответ? Блюдце так быстро крутилось, что я не успела прочесть…

Она опустила глаза в стол, и не глядя на меня сказала:

— Учитель предупредил меня, что ты никогда не станешь мне лучшим другом, а ему хорошей ученицей, потому что ты всегда считала себя намного лучше меня. Ты считаешь меня соперницей, а не подругой. Ты играешь со мной, а не дружишь.

Что я могла ответить на это? Я никогда так не считала, но мой вопрос говорил об обратном. Меня раскусили и обыграли, мне было совершенно нечем крыть. Я закрыла глаза и мысленно прочитала заклинание из книги, а затем потребовала: «назови свое имя». Лохматая рука снова придавила мою, но я сосредоточилась на доске, буквах и черной стрелке. Моя подруга тоже следила за блюдцем, и через несколько секунд у меня было имя «Анатасия».

Я не помнила ничего про такого демона, был ли он в классификации, и мне необходима была книга под рукой, чтоб что-то предпринять.

— Что ты спросила? — раздался вопрос моей подруги.

— Я спросила настоящее имя твоего учителя, — выпалила я.

Она задумалась, будто снова с кем-то общалась, но уже без доски и блюдца. Затем отвела глаза, будто это было что-то совсем неважное, и спросила меня снова:

— Ты хочешь еще что-то узнать у моего учителя? Думаю это твой последний шанс пообщаться с ним. Он не настроен больше встречаться с тобой. Ты разочаровала нас.

Во мне вскипела буря эмоций, демон полностью держал контроль над ситуацией, и в открытую говорил, что моя подруга и двери ее дома отныне закрыты для меня.

— Да есть, последний! — ответила я, — но мне надо произнести его вслух. Прошу не убирай руки с блюдца, пока я не закончу.

Девушка изобразила скуку на лице, и снисходительно положила свои пальцы на блюдце. Я произнесла громко и отчетливо: «отпускаю тебя дух, Анатасия, в твой мир. Откуда ты пришел, туда и возвращайся».

После этой фразы блюдце остановилось. Оно совсем замерло, и мы замерли вместе с ним. Моя подруга убрала с него свою руку, подняла глаза, они почему-то смотрели сквозь меня в стену. Ее рот открылся и совершенно мужской голос произнес: «отпускаю тебя, Валентина, в твой мир. Откуда ты пришла, туда и возвращайся».

Она смотрела в стену и не приходила в себя, я встала из-за стола, мои руки и ноги тряслись. В спешке выйдя из дома, оступившись на последней ступеньке, я наконец-то была на улице. Ноги сами несли меня домой, голова кружилась. Я была целиком и полностью как в эмоциональном, так и физическом ужасе.

Забежав домой, я закрыла дверь, прислушиваясь, не следует ли за мной кто-нибудь, что, впрочем, было уже не так важно, следует или нет. Теперь я абсолютно точно понимала разницу между: впустить демона в свой дом и впустить его в свою душу, и она была колоссальной.