Катерина Цвик – Навстречу переменам (страница 7)

Учитель же по фехтованию, вопреки моим представлениям о том, что он должен быть огромным бугаем с таким же огромным мечом наперевес, оказался невысоким жилистым мужчиной около тридцати лет, с жесткими чертами лицами и равнодушным выражением глубоко посаженных черных глаз.

Именно он впервые вручил мне деревянный ученический меч и начал учить с ним обращаться, не щадя ни моих рук и ног, ни моего самолюбия.

За те десять дней, что мы все решили провести в Ворвеле, я успела проводить отца, который до последнего пытался-таки уговорить меня уехать с ним в убежище, подружиться с Наримом, убедиться еще раз, что моя жизнь в роли мальчика не будет легкой, и понять, что на дух не переношу Заруха, сына туранского султана, который по той же случайности, что и мы, промахнулся со своим кораблем мимо Новерлина и причалил к порту Ворвеля на следующее утро после нас с Наримом.

Зарух оказался младшим любимым сыном Туранского султана, которого он, вопреки обыкновению, решил послать учиться в Тализийскую университетскую школу. Вот и спорь после этого с утверждением, что мир – это маленькая деревня! Как оказалось, два года назад Турания и Тализия заключили несколько взаимовыгодных договоров сотрудничества, одним из пунктов которых было обучение ребят из Турании в Тализийском университет, при чем соглашение касалось и одаренных детей тоже.

Так вот, Зарух изначально воспитывали в стиле «я – наместник Всевышнего на земле, а все остальные – пыль под ногами», а потому, сами понимаете, общаться с ним было совершенно невозможно! Однако, игнорировать его мы тоже не могли, так как Фахрим делал все, чтобы выслужиться перед воспитателем принца, который был не последним человеком при дворе султана и сейчас сопровождал мальчика к месту учебы. А потому нам приходилось с ним поддерживать отношения и стараться не слышать постоянного превосходства в голосе и насмешек, что перманентно сыпались из уст этого поганца.

С появлением принца и его свиты у профессора тоже возникли проблемы, ведь он несколько лет прослужил у султана учителем его детей, после чего попал в опалу и по официальной версии был обезглавлен в султанате почти пять лет назад.

Нет, Зарух его узнать не мог, так как на тот момент был еще слишком мал для занятий и профессора просто не видел, но вот кто-то из его свиты вполне мог вспомнить старого учителя и заинтересоваться его чудесным воскрешением. Дальнейшее развитие событий, если о нем узнают, предугадать не сложно, и жизни профессора, как и жизни тех, кто когда-то помог ему избежать смерти, грозила бы большая опасность. Поэтому, он все то время, что принц со свитой находились в городе, не выходил из дома, совершенно при этом не скучая, так как взялся за чертежи одного транспортного средства, которое я ему описала, чтобы дать работу уму и тем самым спасти профессора от скуки. Этим транспортным средством оказался самый обычный двухколесный велосипед.

- Не может быть, что эта конструкция сможет удерживаться в вертикальном положении во время езды, да еще и ездока на себе тащить! – Кричал в возмущении профессор, однако, я видела, что уже заронила интерес в его сердце.

- А вот и может! – Настаивала я. – И эта заслуга ездока, который, к слову, очень быстро научится управлять им и сам же себя и повезет! Вас должно волновать совсем не это, а устройство цепи, крепление колес и педалей!

- Да кто в состоянии сделать эту твою цепь? Ты хоть понимаешь, что подобное может сделать разве что ювелир, а ни как не кузнец! Представляешь, сколько  тогда будет стоить этот агрегат?

- Не разочаровывайте меня, профессор! Наши кузнецы отлично умеют работать с отливкой небольших деталей. Просто их придется сделать немного мельче, чем они привыкли. А уж как сделать форму для этих деталюшечек и разработать их крепление – это уже ваша забота. К тому же, со временем, можно будет что-то придумать, чтобы удешевить транспорт.

На несколько минут профессор погрузился в свои мысли, а я подумала, что даже представить себе не могла, что крылатая фраза «изобрести  велосипед» в моем случае когда-то может приобрести вполне свойственное ей значение.

- Лейла, это точно поедет? – Все еще недоверчиво, спросил он.

- Профессор, если вы сделаете то, что я тут нарисовала, то ЭТО точно поедет! Вы ведь уже оценили возможности мясорубки, которую я заказа у кузнеца и тот винт, что находится внутри нее. Я видела, вы уже нарисовали несколько вариантов ирригационный системы, основываясь, на этой детали.

Профессор со стуком закрыл открывшийся от удивления рот.

- Ты поняла, что я рисовал ирригационную систему?

- Профессор, те забавные грядки и ростки чего-то там на них, которые вы нарисовали около чертежа, сложно спутать с чем-то другим.

- Но ты поняла! Деточка моя, может, ты  расскажешь мне еще о каком-нибудь агрегате? – Глаза профессора загорелись почти фанатичным огнем интереса.

Я на это лишь рассмеялась.

- Профессор, ничего сверхъестественного я вам сообщить не могу. Вы попробуйте воплотить в жизнь то, что уже успели начертить. – И, увидев разочарование в его глазах, все же добавила. – Скажу лишь, что этот винт можно использовать не только в ирригационных системах, но и в системах обработки сточных вод.

Об этом интересном применении Архимедова винта, я когда-то вычитала при подготовке очередного реферата.

И все, профессор пропал из жизни на все десять дней нашего пребывания в Ворвеле.

К сожалению, Зарух не спешил исчезать из нашей жизни, чего нам всем очень хотелось. Более того, Фахрим окончательно втерся в доверие к воспитателю этого малолетнего принца, и он оставил его на попечение купца до самой школы. Сам же со свитой, оставив с ним пятерых телохранителей и личного лекаря, который, как мы проверили, появился во дворце уже после исчезновения из него профессора, отправился в столицу Тализии для решения каких-то дипломатических вопросов. Это, конечно, по официальной версии, а по-моему, он просто так устал от мальчишки, что воспользовался первым же подвернувшимся шансом, чтобы от него избавиться. Хотя, конечно, это я просто злобствую, так как совершенно не могу представить, как мы выдержим общением с ним в ближайшие почти два месяца оставшиеся до занятий!

С отъездом воспитателя у профессора отпала необходимость прятаться, и через десять дней, закупившись предварительно лошадьми, провизией и прочими сопутствующими товарами, мы, как и планировали, отправились в путь.

Глава 4

Я ехала на довольно смирной лошадке уже второй день. Ехала и понимала: жить мне осталось недолго. Потому что с непривычки я отбила и натерла себе все, что можно. И то, что точно также со мной на пару страдал Нарим, вовсе не утешало. Нет, головой я прекрасно понимала, что нужно остановиться, пожаловаться на свое состояние, и мы тут же сделали бы привал, а нас с Наримом обязательно бы чем-нибудь подлечили. Но! Всегда это пресловутое «но»! Но мы просто не могли себе позволить в очередной раз признать, что не умеем, кажется, элементарного для любого благородного отпрыска, а если честно, то этого не давал нам признать Зарух, который держался на лошади, как влитой! Более того, иногда, ради забавы, он откалывал на лошади такие коленца, что мы с Наримом могли только скрипеть зубами. Однако, сдаваться и показывать свою слабость по обоюдному молчаливому согласию не желали, даже ценой собственной жизни. Так нас достал этот задавака! Который буквально все делал лучше и изящнее нас, даже не пытаясь при этом скрыть своего пренебрежительного отношение к нам и нашей, в его глазах, невежественности.

Кажется, ну, ты же взрослая девушка, что за детский сад устроила? Неужели повелась на подначки малолетнего заср… эээ… шалопая. Ну же! Пора вести себя, как взрослый благоразумный человек! Но нет! Неизвестно откуда, вдруг вылезло это неуместное неуемное упрямство, да так вылезло, что не заткнешь!

Однако, обиднее всего, что никто не замечал нашего с Наримом состояния! Даже профессор! Который, к слову, неплохо держался в седле. На привалах мы, кряхтя, кое-как слазили с лошадей и, вымученно улыбаясь, валились на землю. И делали вид, что так и задумывалось. Я так понимаю, что наши спутники списывали это на то, что малолетки просто сильно уставали, и даже не пытались поинтересоваться нашим состоянием, даже не догадываясь, что до этого момента ни я, ни Нарим на лошади не сидели и совершенно не знаем, как на ней правильно держаться. А это, как я уже поняла, извиняюсь за каламбур, на собственной многострадальной заднице, целая наука. Купцу, похоже, было просто глубоко наплевать, как там себя чувствуют его подопечные, а профессор, как всегда, летал в облаках своих прожектов и просто ничего вокруг не замечал.

Эх, был бы здесь хотя бы Ромич! Так нет, его по просьбе Фахрима оставили в Ворвеле дожидаться, когда местный кожевенных дел мастер закончит для него какую-то специальную сбрую и украсит отсыпанными купцом каменьями, которую он для себя заказал, но так и не дождался, решив двинуться в путь так, как планировали мы. И приспичило же, спрашивается!

- Всего день-два, дорогой Тимуран-аха, и ваш Ромич с одним из моих охранников нас догонит! Им вдвоем будет просто нас нагнать, мы же не будет особенно торопиться. Что ему сделается? А вот оставлять сразу двоих своих охранников я не рискну. Все-таки с нами едем туранский принц! И я не могу позволить, чтобы его безопасность была под угрозой. – Причитал он, глядя на профессора. – Конечно, с этим мог бы справиться и один охранник, но, знаете, я им всем не доверяю, чтобы вот так, без присмотра, оставлять дорогую вещь! А ваш Ромич точно не предаст, уж это я вижу точно!