Катерина Цвик – Навстречу переменам (страница 45)

- Все так плохо?

- Не знаю, Лей, но сейчас он нас с Рыжим слушать точно не станет.

- Чего это он не станет! – Начал снова возмущаться Арий, не совсем понимаю глубину проблемы.

- Станет! – Ответил ему Нарим. – Конечно, станет, но сегодня мы его трогать не будем. Зачем нам связываться с огнедышащим драконом?

- А ему значит можно? – Удивился Рыжий, показывая на меня рукой.

- Ему можно. По крайней мере Лея он сразу не пошлет.

- Это еще почему? – Упирался он, пока Нарим целенаправленно выталкивал его из моей комнаты.

- Потому, что Лей у нас какой? – Все также толкая его вперед продолжал заговаривать ему зубы Нарим.

- Какой? – Повелся Арий.

- Умный.

- А я? – Тут же возмутился он.

- А ты дурак!

- Чего это я дурак? – Вывернулся у него из-под рук этот балабол.

- Потому что до сих пор урок по туранскому языку не выучил. Так что давай, шевелись, завтра еще Лея проведаем.

- Можно подумать, ты выучил!

- Так туранский мой родной! Балбес!

Вот так, препираясь, они и покинули мою комнату. А я, постояв немного в нерешительности, направилась в комнату друга.

- Зарух. – Позвала я его тихо.

- Чего тебе? – Он стоял у узкого окна и смотрел куда-то в темноту ночи. Саму же комнату освещала лишь одна свеча, отчего она тонула в полумраке.

- Говорят, сегодня на занятиях вместо тебя сидел какой-то дракон, который распугал всех твоих друзей. – Подошла я  к нему.

- Не знаю. – Как-то равнодушно ответил он. – Не заметил.

Я поняла, что сейчас ходить вокруг да около с ним бесполезно, тем более я знала, с чего все началось, а потопу помолчав немного, наконец решилась и тихо спросила:

- Откуда ты знаешь о том, что … Вернее… Откуда у тебя родились эти дикие предположения о том, что могло произойти в моей комнате? Они ведь из ниоткуда не берутся.

Он посмотрел на меня каким-то нечитаемым взглядом и, снова уставившись в окно, промолчал.

- Зарух…

Внезапно, он начал говорить:

- Знаешь, когда я был на каникулах, то отправился с отцом к одному из его приближенных. За столом с нами сидел мальчик, возможно на год-два старше нас с тобой, я даже подумал поначалу, что это сын этого приближенного и хотел с ним пообщаться, но оказалось, что он просто раб и я передумал. Пир был долгим, девушки танцевали, играла музыка, курились благовония. Отец впервые разрешил мне пить и я откровенно перебрал. 

Его какой-то охрипший голос невольно вводил меня в транс и я, как наяву слышала ритмичную музыку, видела зал, тонущий в дыму, полуголых девушек, призывно перебирающих в танце руками, на которых звенели браслеты, и развалившихся на подушках вельмож. Взрывы хохота и снова бьющий по нервам ритм танца. Смазывающиеся силуэты, потому что мне откровенно плохо и все вокруг кажется каким-то нереальным, вывернутым наизнанку. Я чувствую, что мне нужен, нет, просто необходим глоток свежего воздуха.

Мир передо мной качается, я несколько раз пытаюсь крепко зажмурить глаза и снова их открыть, чтобы мир, наконец, перестал вертеться и хоть ненадолго остановился. И у меня даже получается, но ровно до тех пор, пока я не встал. Меня повело, откуда-то раздался смех. С трудом удерживаясь, чтобы не упасть, я вышел из зала и направился куда-то по коридору. Мимо мелькали какие-то светильники, вазы, охранники, но мне было не до них, я хотел лишь выбраться из кривого зазеркалья, в который превратился для меня этот дом.

Внезапно я услышал всхлипы, мольбы, потом злой голос и звуки ударов. Мало соображая, что делаю, я толкнул приоткрытую дверь и увидел… Увидел, как тот самый вельможа держит за волосы полуголого мальчишку, что сидел с нами за одним столом, и бьет его по спине розгами. Меня самого несколько раз били розгами и поначалу я не увидел в этом ничего такого. Однако, мой затуманенный взгляд снова фокусируется на вельможе и я понимаю, что он тоже практически голый. Только тогда я осознаю, что на самом деле вижу перед собой…

Меня скручивает сильнейший рвотный позыв и я блюю прямо там, на дорогой  фархатский ковер. Меня просто выворачивает и от выпитого и от картины, которую я увидел. Мне плохо. Вельможа визжит, однако, разглядев, кто же так бесцеремонно нарушил его уединение, тут же меняется в лице. Меня куда-то ведут, укладывают на постель и я проваливаюсь в тяжелое забытье в котором мне тоже нету покой. И слезы… Откуда у меня на щеках эти соленые капли?

- А тут иду я мимо твоей комнаты. – Меня будто втянула обратно в реальность и я ошалело продолжала слушать Заруха. – А там всхлипы и твои причитания. Меня как будто переклинило. Перед глазами та картина. Думал крыша поедет.

А у меня самой после всего увиденного и услышанного руки дрожат и голос не слушается. И мысль какая-то тупая в голове бьется: Как я смогла все это увидеть с ошейником?

Наконец, я положила свою дрожащую ладонь на его напряженное плечо и сказала:

- Я понимаю.

Мускулы под моей рукой напряглись и Зарух резким движением повернулся ко мне, сбрасывая руку и дико блестя глазами:

- Что ты понимаешь?! Что? Ты? Понимаешь?! – От внутреннего напряжения черты его лица заострились, а на шее очертились вены.

- То, что так быть не должно! Мне жаль, что ты увидел эту мерзость! Ей не место в нашем мире! Но ты не такой, Зарух! И никогда таким не будешь! – Почти также в ответ прокричала я.

- Да откуда ты это знаешь? Я ведь ничего, слышишь, совсем ничего этому уроду не сделал! Мог! Понимаешь, мог! Но не сделал!

- А что ты мог, Зарух? Тебе всего одиннадцать лет!

- Двенадцать, Лей. Я старше вас всех на год!

- Да какая разница! Ты ребенок! А таких уродов должны наказывать взрослые, но они смотрят на это сквозь пальцы. Более того, поощряя подобное гадство!

- Но ведь и я стану взрослым, Лей! И буду точно также смотреть сквозь пальцы на шалости этих уродов! Я запачкан этой грязью по самые уши, зачем мне и вас в это за собой тянуть? – Наконец выдал он то, что так давно его тяготило.

Я на это покачала головой, все также неотрывно глядя ему в глаза. Казалось, опусти взгляд и все! Я проиграю битву с его демонами.

- Зарух, ты прав, мы, дети, которые станут взрослыми. За нами будущее и только нам решать каким мы хотим его видеть. Ты уже сейчас понимаешь, что не хочешь такого будущего для своих друзей, а своих детей? Ты захочешь такого будущего для своих детей? Знаю, ты об этом еще даже не задумывался! Но пойми и то, что ты можешь изменить будущее и не только свое. В твоих силах изменить будущее многих и многих людей!

Зарух впитывал мою речь, как впитывает влагу иссохшаяся земля. Он смотрел на меня с какой-то дикой надеждой в глазах и мне отчего-то даже стало страшно.

- Но как?! Даже если я стану визирем, то ничего не смогу изменить. Установленные порядки и традиции просто не дадут мне этого сделать! Весь этот гребаный мир строится на рабстве! Мы все рабы, Лей! Рабы господ, рабы королей и султанов, рабы обстоятельств, рабы традиций! Только называем это каждый раз по-разному! Пожалуй, только официальные рабы в этом с собой честны!

У меня даже мурашки побежали от того, насколько по-взрослому это прозвучало. Казалось, что сейчас я разговариваю не с мальчиком, а с состоявшимся,  много повидавшим и передумавшим мужчиной.

Я сглотнула ставшую вдруг вязкой слюну и сказала.

- А ты начни с малого. С себя и своего окружения. Создай собственную школу, куда заберешь для обучения детей всех этих извращенцев, чтобы они не успели стать такими же. Вырасти достойную смену этим зажравшимся гадам. Покажи им, что все может быть по-другому. А там, со временем, ты обязательно найдешь еще пути, а возможно уже сейчас знаешь, как сделать свой мир лучше и без моих безумных предложений!

Он закрыл глаза, что-то обдумывая и решая для себя. А я затаила дыхание, не зная, чем закончится это молчание.

- А ты оказывается мечтатель, Лей.  – Посмотрев, наконец, на меня, уже совсем спокойно проговорил принц.

- Ты тоже, Зарух. – Он скептически вздернул бровь. – Да-да, просто ты сам еще этого не понял.

Он на это лишь фыркнул и криво улыбнулся. А я поняла, что буря прошла стороной.

Несколько минут мы просто стояли рядом, плечом к плечу и смотрели куда-то в темноту ночи. Просто стояли, чувствовали тепло дружеского плеча рядом и отогревали друг другу душу.

Наконец, Зарух спросил:

- Хочешь булочки? Мне сегодня из города доставили.

- А что за булочки? – Заинтересовалась я. И мы пошли и уселись около столика, на котором стояла накрытая полотенцем тарелка.

Однако, не успела я потянуться за аппетитной сдобой, как Зарух меня спросил:

- Слушай, так что там у тебя утром произошло-то?

- Да так, сон просто страшный приснился. – Как можно естественнее ответила я.

- Ага, представляю, что тебе снилось, раз уж ты спешно простынь куда-то засунул. – И пошленько так улыбнулся, толкая меня плечом. – Кто хоть снился-то? Надеюсь, не сестра Рыжего с ее прелестями?

Когда же до меня дошло, на что он так недвусмысленно намекает, краска бросилась мне в лицо, да так, что казалось, кожа сейчас задымится.

- Да ну, тебя! Озабоченный!

И, не желая, и дальше слушать подобные подначки, встала и пошла на выход.