Катерина Цвик – Навстречу переменам (страница 14)
Как позже все мы узнали, окружить нападавший сброд, а потом методично его выбить, для этих вояк не составило никакого труда. Однако, один из разбойников все же успел отправить отравленную стрелу, и сейчас тот самый отстающий охранник находился под пристальным вниманием лекаря.
Зарух с Фахримом некоторое время после прибытия охранников наперебой пытались вытащить из них все подробности, а потом также наперебой начали тех обвинять, что они убили всех разбойников, не оставив никого, кто смог бы рассказать, кто их нанял. А в том, что это так и было, после истории с ядом в ране принца никто не сомневался. Глава охраны, которого, к слову, звали Зурим, на это лишь пожал плечами и ответил, что на тот момент, когда они отправились в погоню за посмевшими напасть на принца смертниками, он не знал о яде и отравленных стрелах. А потому не посчитал нужным разговаривать с обычными разбойниками, коих в этих лесах должно быть немало.
Тут же был создан небольшой военный совет, состоящий из Фахрима, как нашего временного опекуна, Зурима, как главы общей охраны и Алгала, главы личной охраны принца, который теперь очень сожалел, что не настоял на своем участии в операции по разгрому разбойников, так как чувствовал, что теряет контроль над ситуацией. Так вот, эта бравая троица постановила, что теперь ни Зарух, ни кто-либо еще из каравана, не будет удаляться от него ради развлечения. А каждые несколько часов вперед будут пускать разведчика, чтобы тот проверял путь. Почему они не сделали этого раньше, было для меня загадкой, которую позже мне открыл Ромич. Сказав, что дороги Тализии считаются гораздо безопаснее Туранских, отчего наши охранники просто на просто расслабились и утратили бдительность. А если говорить совсем уж начистоту, то Зурим с Алгалом никак не могли определиться кто же из них круче и кто на самом деле должен заправлять в их сводном отряде. От того страдала и сама служба. Вот такие вот подковерные игры вояк могли привести к непоправимому, но они тогда считали, что спокойные земли Тализии дают им такую возможность.
Так себе отмазка, но, думаю, теперь никто не станет пренебрегать своими обязанностями.
Заруха страшно возмутил запрет на свободное передвижение, и он долго пререкался с «военным советом», яростно жестикулируя, однако, здравомыслие все же взяло верх и, насупившись, он пошел кормить свою лошадь.
Я же решила сходить к лекарю и узнать о состоянии раненого. А также предложить тому свою помощь, если это будет необходимо. Однако, те новости, что ожидали у лекаря, окончательно выбили меня из колеи. Оказалось, что охранник был ранен не обычной стрелой, а отравленной. Она угодила ему в бок, и яд проник слишком глубоко в тело, чтобы стало возможным исцелить несчастного, отчего у него начали отказывать внутренние органы. Утешало, хотя какое уж тут утешение, лишь то, что парень не испытывал боли, потому что тот же яд до последнего оберегал от этого его разум.
К тому времени, как я подошла узнать о его самочувствии, несчастный и отдал душу Всевышнему, и наш Дон Кихот закрывал ладонью его глаза.
Я, враз побледнев, буквально остолбенела, без лишних слов поняв значение увиденного жеста. Лекарь, к моему удивлению, тоже. Почему-то мне казалось, что он уже повидал достаточно, чтобы так сильно не впечатляться увиденным. Но это все не то, не о том я думала, лишь краем сознания фиксируя происходящее вокруг. Мне просто не верилось, что еще буквально совсем недавно этот парень был жив и даже о чем-то зубоскалил со своими товарищами, совсем недавно он победил шайку разбойников и возвращался в лагерь на коне полный сил, совсем недавно... А еще подумалось, что точно также здесь могла лежать я…
Невидящим взглядом я посмотрела вдаль.. Пожалуй лишь большая дистанция до нас не дала разбойникам прицелиться должным образом, а наше желание повернуть обратно просто подстегнуло горячие головы начать действовать. Ведь вот она, цель! И даже ни одного охранника рядом нет. Как говориться, только руку протяни. А то, что мальчишек двое, так даже лучше. Двое не один. Да и гарантии, что убьют того, кого надо не было, поэтому убили бы обоих, вне зависимости от того, за скольких им заплатили.
Я настолько погрузилась в себя и свои мысли, что очнулась только от того, что кто-то тряс меня за плечо и звал по имени.
- Лей! Лей! Ты чего?
- А?
Я огляделась и поняла, что довольно далеко отошла от стоянки каравана, а обеспокоенный Нарим смотрит на меня полными тревоги глазами.
- Я тебя звал, звал, а ты все шел по полю, как будто меня не слышал. – Пояснил он мне свою озабоченность.
- Извини. – Наконец, окончательно вернувшись в действительность, проговорила я. – Я не слышал. Задумался…
- Понимаю… - Ответил на это мальчик, отведя взгляд. – Но нужно идти, караван вот-вот тронется в путь.
И мы побрели обратно, невольно, шагая, как можно ближе друг к другу. Почему-то хотелось ощущать теплое плечо друга рядом.
Последовавшие за этим происшествием дни оказались на удивление спокойными. Никто на нас не нападал, а встреченные люди излучали лишь интерес подчас смешанный с опаской.
Через четыре дня пути нам попался по дороге довольно большой город, встретивший караван мощеными улочками и непривычным гомоном. Признаться, его узкие улочки и двухэтажные каменные дома меня весьма впечатлили. И я даже не смогла бы вам сказать в хорошем или плохом смысле. Вроде бы и уютненько так все, аккуратно, с цветами на небольших балкончиках, и даже не грязно из-за того, что дороги мостили камнем, а горожан обязывали выносить нечистоты в специально оборудованные для этого места. Что меня несказанно удивило и обрадовало, так как помогло избежать привычной для средневековой Европы вони. Однако то, что две соседки, жившие на особенно узкой улочке в домах напротив, ругаясь друг с дружкой, умудрились практически вцепиться друг другу в волосы стоя на своих балкончиках, хоть и забавляло, так как ругались они от души, явно получая от процесса удовольствие, но наводило на мысли о тесноте и жизни под постоянным прицелом соседей. Хотя, ничего удивительного тут нет. И в нашем современном и высокотехнологичном мире избежать соседей и их всевидящего ока не так-то просто.
Здесь мы задержались на целых три дня, так как наш покровитель решил приодеть Нарима по местной моде. Хотя, как мне кажется, он просто надумал купить парнишке более приличную одежду, все-таки тот будет учиться в заведении для дворян, а в том, что на нем было надето сейчас, он больше напоминал не слишком зажиточного горожанина. По дороге я уже научилась определять подобные нюансы по тому, как выглядят местные, и судила об этом со знанием дела. А еще, мне почему-то казалось, что ранее Фахрим не задумывался о подобных вопросах, но после того, как Зарух при нем довольно нелицеприятно выразился о внешнем виде Нарима, решил исправиться, видимо, поняв, что выпадает из образа заботливого дядюшки. Думая при этом, что приодев воспитанника наберет дополнительные очки в глазах принца.
Понятно, что закупиться в этом городе было гораздо дешевле, чем в ожидающем нас Марлеме, рядом с которым и стоит замок, в котором располагается ТУШка. Поэтому, мы с профессором тоже воспользовались подвернувшимся случаем и отправились к портному и сапожнику, где решили обновить мой гардероб и гардероб Ромича согласно местным реалиям и моде. Отец выделил нам достаточно денег на эти расходы, а я в который раз с теплом подумала о родителях: они всегда хотели, чтобы у их детей было все самое лучшее и делали для этого все возможное.
Эх, как они там? Как там мои братики Мамук и Мират? И как же я по всем им соскучилась!
От подобных мыслей меня отвлек ехидный голос Заруха, который отправился к портному вместе с нами.
- Чего ты так уставился на эти кружева? Может, еще платье себе закажешь?
Я же только сейчас обратила внимание, что стою как раз перед витриной с кружевом, но, вопреки ожиданиям вредного мальчишки, не стала вестись на провокацию.
- Не закажу, но добавить к выходной рубашке небольшую изюминку в виде кружевных манжет и воротничка, думаю, будет хорошей идеей.
К слову, наряды принца сильно отличался от тех, что были приняты в Тализии. Сейчас, к примеру, его одежда состояла из свободных штанов, рубахи с широким отложенным воротничком, и одетого поверх яркого вышитого узорами шелкового кафтана до колен, который перепоясывался красным шелковым кушаком. На голове же принца была сооружена конструкция очень похожая на тюрбан, однако отличавшаяся от оного тем, что на макушке имелось нечто похожее на колпак, но не торчавший вверх, как у звездочета, а красиво заломленный на бок. Стоит также отметить, что это был, так сказать, выходной костюм принца, который он надел по прибытии в город. В дороге же его наряд был другим, более удобным для путешествия: те же широкие штаны, но рубаха без ворота, а поверх одевалось нечто вроде куртки с рукавом до локтя и длиной до середины бедра, которая подпоясывалась широким кушаком, но с более короткими концами. На голове же присутствовал вполне обычный тюрбан.
- Ты, кстати, не думал приобрести тализийский костюм? – Спросила я Заруха.
- Зачем? – Искренне удивился он.
- Ну, не знаю, для коллекции, например. – Пошутила я, однако, тут же сообразила, что моего юмора явно не поняли.