Катерина Снежинская – Чуть выше неба (страница 45)

— Да.

Кайран всё-таки подняла голову, глянув на Даймонда. Уж лучше бы она этого не делала. Выломленная бровь и зубы, поблёскивающие под усами, в данной ситуации настроения никак не повышали. Конечно, приятно, что хоть кто-то может от всего происходящего удовольствие получать. Но когда это делают за твой счёт, становится не слишком комфортно.

— Что тут смешного? — буркнула аэра. — Ты, оказывается, маг. Да ещё способный в мозгах ковыряться. Я о таком и не слышала никогда. А тут ещё…

— Нопаль, клянусь всем, что мне дорого. Я тот, за кого себя выдаю. Даймон аэр Натери, он же Грех, он же Королевская Шлюха. Младший брат некоронованного короля Северного Архипелага. Смею добавить, что нынешнего, а не прошлого и не будущего. Кстати, держи.

Элв достал что-то из кармана, расправил и протянул Лан. На его указательном пальце покачивалась цепочка, на которой висел серебряный кулон. Жёлтый матовый камень, сильно смахивающий на глаза самого Натери, вплетённый в незамысловатую оправу в виде капли.

— Это что?

Кайран принимать подарок не спешила.

— Ну уж точно не благодарность за прошедшую ночь — дешёвенький слишком. Амулетов никогда не видела? Бери-бери, не бойся, он не кусается, — Даймонд тронул своего коня пятками, заставляя подъехать поближе. И сам надел кулон на Лан, аккуратно выправив из-под цепочки волосы. — Хотя, зря я это, конечно. Стоит он примерно как половина твоего поместья. Если, естественно, найдутся ценители. В подобном сейчас мало кто разбирается. Но продавать не советую. Полезная штука. Ложь распознаёт. Только надо сосредоточиться. Тогда услышишь что-то вроде голоса. Как вода с тобой говорит — вот тут примерно то же самое. Но особо не радуйся, правды тебе амулет не расскажет. И самостоятельно не активируется, поднапрячься нужно.

— Интересно бы знать, ты сам сейчас врёшь или правду говоришь?

Лан разглядывала украшение, подхватив его на ладонь. Серебро было старым, потускневшим, много раз чищенным. Но в перекрестиях проволоки всё равно темнела чернота. А вот камешек даже в тени поблёскивал — гладенький, холодный. Внутри — и правда, как зрачок — тёмно-коричневое пятнышко.

— Вот и проверь, — усмехнулся Даймонд.

Кайран сжала амулет в кулаке.

— Сегодня ночью — это для дела было нужно, — выпалила девушка, не давая себе времени передумать.

— Нет, — ответил Натери, отворачиваясь. — Это мы сейчас обсуждать не станем. К тому же ты всё сама по полочкам разложила.

Тишина — никаких голосов. Только листья на верхушках деревьев шелестят, да птица посвистывает.

— Нет — не для дела? — медленно переспросила Лан. Кажется, соображать стоило пошустрее. — Или: «Нет, мы не станем это обсуждать»?

Грех молчал.

— Ясно, — выдохнула Кайран и раскрыла руку, позволяя кулону сползти по ладони. — Ты узнал у Истэра, что хотел?

— Да. Роман он с весёлыми сестрёнками действительно крутил. И письма у него остались. Аэр их даже на память цитирует, — гораздо охотнее ответил Грех. — Только, боюсь, при тебе постесняется. Содержание в них, скажем так, фривольное. Кроме того, Истэр намекнул, будто осталась у него ещё одна вещица. По его словам, безумно ценная. И аэр очень жалеет, что не может продемонстрировать её двору. Говорит, произвела бы фурор.

— Ну, что ты замолчал? Где эта вещица вместе с письмами?

— В его загородном доме, — Натери потёр переносицу, спрятав лицо за ладонью. — Обычно там он свидания и устраивает.

— Но не дружеские посиделки с попойками?

— Нет.

Даймонду явно снова резко расхотелось говорить. А вот Лан наоборот. В конце концов, действие амулета так и осталось непроверенным.

— И ты хотел, чтобы в этом доме побывала я?

— Нет.

Вот тут Кайран и услышала. Голос кулона походил на шёпот — далёкий-далёкий. Словно кто-то за стенкой говорил, на грани слышимости. Кажется, сосредоточься и разберёшь слова. Но это только мерещилось. Шёпот так и оставался неразличимым шорохом.

— Понятно, — кивнула элва, заправляя цепочку под блузку. — Будешь инструкции давать или оставишь всё на моё усмотрение? Только должна предупредить: в соблазнение я не сильна. Но постараюсь.

Кайран разобрала поводья, заставляя кобылку потеснить жеребца Натери.

— Ты спросила, хотел ли я, — Даймонд придержал коня, по-прежнему перегораживая дорогу. — Да, хотел. Но теперь не хочу.

— Что же изменилось? — усмехнулась Лан. — Проснулся инстинкт собственника? Пока сам не наиграюсь, другие лапать не должны?

— Да не в этом дело!

— Оставь, — поморщилась Кайран. — Праведный гнев в твоём исполнении я уже видела. Неправедный тоже.

— Послушай, я, кажется, ни разу не просил мне верить!

— Просил. Один раз точно просил. Правда, тогда я не согласилась. Так что, формально ты прав. И спасибо за амулет, он точно пригодится. Поехали, а то без нас всё сжуют и выпьют? А мне что-то есть хочется.

— Нопаль…

— Кстати, что это за цветок такой? Хоть знать, на кого я похожа.

Даймонд что-то буркнул себе под нос, прошёлся ладонью по волосам, взъерошив их на затылке.

— Колючка, вроде репейника, — сквозь зубы процедил элв. — Цветёт редко. Но очень красиво.

— Спасибо. Не сказать, что очень поэтичное сравнение, но пойдёт.

Кобыла Лан, понукаемая хозяйскими каблуками, шагнула вперёд. Натери оставалось или пропустить её или устраивать на тропке борьбу. Элв цыкнул и развернул своего жеребца в сторону живописных развалин.

И правильно. Разговоры надо заканчивать вовремя, не давая им перерастать в бессмысленные скандалы.

Была ли виновата в этом наивность Лан или её незнание привычек придворных, но девушка полагала, что извинительный пикник подразумевает присутствия только троих: самой аэры, Натери и извиняющегося. Но на небольшом, залитом солнечным светом пятачке, кроме Канелла, обнаружился ещё и вроде бы так и неудовлетворённый Истэр, русоволосый секундант и Мик, не имеющий к ссоре ни малейшего отношения.

Но его, как и круглоглазого, без обильного макияжа и в распахнутой на груди рубашке ещё больше смахивающего на мальчишку, Кайран была рада видеть. Чернявый Канелл девушке не нравился, но его присутствие можно было смело считать досадной необходимостью. А секундант, которого представили наконец как аэра Кейстера, никому не мешал. Сидел себе в сторонке, да почитывал какой-то обтрёпанный томик, лишь изредка подавая голос.

Впрочем, общая беседа и без него осмысленностью не страдала. После того как брюнет принёс витиеватые, пышные и начисто лишённые искренности извинения, все присутствующие расположились на пледах. Уделяя еде и сладковатому, почти не разбавленному вину внимания больше, чем разговорам. Благо продуктами аэры запаслись, как будто пикник рассчитан на неделю. Да и вина не жалели, несмотря на то, что солнце ещё даже к зениту не подобралось. Видимо, придворным время суток пить не мешало.

— Я тоже должен извиниться за своё поведение, — негромко признался Мик, подсаживаясь к Лан. — Не стоило мне срывать на вас злость.

— По-моему, ничего такого вы не сказали, — пожала плечами Кайран, изящно ощипывая листочки с клубники.

Мачеха могла бы гордиться манерами падчерицы. Вот только демонстрировала воспитание аэра не потому, что в столь блистательном обществе оказалась. Просто аппетит пропал начисто. И не у неё одной, кстати. Натери тоже на блюда не смотрел. Сидел, крутя почти полный бокал с вином, думая о чём-то своём.

— И всё же…

— Ну, считайте, что вы извинились, — оборвала его Лан. Пожалуй, прозвучало это излишне резко. — Ну вот, теперь мне придётся прощения просить.

— Не придётся, — улыбнулся элв, став раз в десять симпатичнее. Хотя его и без улыбки уродом никто не назвал бы. — Я вполне понимаю ваше раздражение.

— Поговорим о моих настроениях?

— Не хотите? И не нужно. Можете предложить тему для беседы?

— Вас Натери сюда послал меня развлекать? — ощетинилась Кайран, с досады откусив сразу половину немалой ягоды.

И напоминая себе, что эмоции стоит держать в узде. Не дело это, огрызаться на ни в чем не виноватых элвов. Такими темпами вся беседа сведётся к взаимным извинениям.

— А что, на Грехе свет клином сошёлся? — процедил аэр тоже не слишком вежливо. — И всё в этом мире совершается по его указке?

— Я только что подумала: если продолжать в таком тоне, то мы прощения друг у друга просить устанем, — усмехнулась Лан. — Предлагаю начать заново. Вот, например, скажите, почему вы его так не любите?

— Хорошая тема для разговора, — хмыкнул блондин. — А другой нет?

— Да мне просто хотелось… Ладно, не важно.

Кайран вытянула из блюда ещё одну клубничину. Правильно умные говорят: иногда лучше жевать. По крайней мере, ничего лишнего не ляпнешь.

— Вам хотелось узнать о нём побольше, — кивнул Мик. — Вполне понятное желание. Только вот много не расскажу, просто не смогу. К числу моих друзей Натери никогда не относился. И в откровения мы не пускались. Если хотите, могу объяснить, почему я его не люблю.

Лан поспешно кивнула, заталкивая в рот ягоду целиком.

— Понимаете, мы в равных условиях. Обоих королева приблизила к себе. И милостей от неё получаем одинаково. Немилостей, впрочем, тоже. Только вот мне такая жизнь претит. А Грех ей искренне наслаждается.

— Зачем же вы так живёте, если противно? — не выдержала аэра.

Ничего не скажешь, клубника была отборной, крупной. Но недостаточно большой, чтобы наглухо рот заткнуть.