Катерина Снежинская – Чуть выше неба (страница 24)

— Это театр, Нопаль. Здесь дают спектакли.

Лан молча смотрела на элва.

— Поверь, я не объясняю не потому, что не хочу. Просто мне сравнить это не с чем. Проще один раз увидеть, — Грех снова потянул девушку за собой.

На входе он сунул в руку зазывале, который, надрывая глотку, обещал «почтеннейшей публике» спектакль, «повествующий о трагичной любви двух невинных сердец», несколько монет. Да не медных, а полновесное серебро. По мнению Лан, ничто, предложенное в таком шатре, подобной суммы не стоило. Но её мнения не спрашивали, поэтому и высказывать его она не стала.

Внутри было интереснее. Палатка оказалась никакой не палаткой, а вполне себе надёжной конструкцией с натянутым сверху тентом. С одной стороны находился помост, зачем-то занавешенный шторами. Перед ним в пять рядов стояли скамьи, центр помещения оставался пустым. Если, конечно, не считать элвов, сгрудившихся плотнее, чем сельди в бочке. А вдоль полотняных стен в два этажа возвышались будочки — частью открытые, но пустые, частью тоже зашторенные.

К неимоверному облегчению Лан, Натери направился к скамьям — места на них ещё имелись.

— Я специально привёл тебя пораньше, чтобы ты могла осмотреться, — пояснил элв, хотя девушка его ни о чём не спрашивала. — Очень занятное место.

— Мне так не кажется, — аэра, наконец, смогла расцепить сведённые судорогой пальцы, усаживаясь без посторонней помощи. — А почему тут столько торговок апельсинами?

Между стоящими элвами действительно сновало немало женщин с лотками. Видимо, фрукты в этом месте пользовались особой популярностью. Потому что у каждой из продавщиц их было всего по нескольку штук.

— А это не торговки, — скучливо ответил аэр, располагаясь на грубой скамье так, словно под задом у него находилось удобнейшее кресло. — Это проститутки. Королевский эдикт, выпущенный совсем недавно, настрого запретил такой род занятий. Вот они и выкручиваются. Один апельсин стоит ровно столько же, сколько сеанс любви. Ну а чем они за шатром занимаются, никого волновать не должно. Кстати, обрати внимание на ложи. В них аэры принимают любовников или тоже подрабатывают на карманные расходы. Если шторы задёрнуты, то дама занята.

— Ты куда меня привёл? — помолчав, ошарашенно спросила Лан.

— В театр[12], - спокойно ответил Грех. — Между прочим, это место начинает приобретать популярность. И у него уже появляются конкуренты. Правда, с владельцем этого заведения никто сравниться не может. Он гений.

Элва только головой помотала. Любопытства в ней резко поубавилось. Она абсолютно точно уже не хотела знать, ни что такое спектакль, ни чем занимаются актёры.

Будь Кайран уверена, что самостоятельно найдёт дорогу обратно — встала бы и ушла. А так пришлось остаться, где сидела.

— Нопаль, Но-па-аль… — Даймонд потряс девушку за плечо. — Ты здесь?

— Нет, — честно ответила Лан. Тряхнула головой и закрыла, наконец, рот. Оказывается, он у неё открыт был, как у деревенской дурочки. — А… А что это… Ну вот всё это?

Она уставилась на элва, присевшего перед ней на корточки. И тут же потупилась, разглядывая земляной пол под ногами. Надо же такое учудить! Сейчас ведь издеваться начнёт — не остановишь. Хороша, нечего сказать.

— Это и есть спектакль. Актёры играют пьесу, то есть, придуманную историю. Изображают как будто настоящих элвов, — абсолютно серьёзно пояснил Грех.

— Так это придумано… — Кайран и не хотела, а получилось всё равно разочаровано.

— Придумано. Я же говорю, владелец театра — гений. Но придумано неплохо, согласись.

— Плохо, — буркнула Лан. — Глупости это всё. Зачем они вообще поженились? Можно подумать, им бы кто-то дал жить спокойно. Это когда кланы враждуют! Ну не идиоты же они, должны понимать. Любовь любовью, а такого просто не бывает.

— Не бывает, — согласился Даймонд. И в его голосе появилась-таки тень смеха — не насмешки, а эдакого подтрунивания. — Но тебе же понравилось? И когда ты на сцену смотрела, то верила. В том и есть актёрский талант — сыграть так, чтобы тебе поверили. Сегодня он изображает девушку, завтра старика, а послезавтра безумца. И никто не может поймать его на вранье.

— Он? — Кайран рискнула, наконец, поднять глаза.

И зря, оказывается, боялась это сделать. Натери и не думал издеваться. Смотрел как-то… По-доброму, что ли? Нет, смешинки в морщинах у глаз прятались, но не злые.

— Он, — кивнул Грех. — Все актёры — мужчины. Женщины этим не занимаются. Только не спрашивай меня почему. Понятия не имею.

— А как же эти… — Лан потёрла переносицу, припоминая слово, — …маски, что ли? Ты хочешь, чтобы я так же? Да мне до такого, как до лун!

— Ты сравнила! — улыбнулся Даймонд, мягко перехватив руку аэры, положив её девушке на колени. — Это искусство, а маски — всего лишь развлечение. Просто я хотел, чтобы ты увидела: сыграть можно всё что угодно. Любую эмоцию, любую страсть. Даже изобразить другого элва. И сделать это очень достоверно. Кстати, следи за движениями. Они говорят о твоих чувствах больше, чем любые слова. И окружающим надо показывать только то, что ты хочешь.

— Знаешь, я и раньше не понимала, чего тебе нужно. А сейчас понимаю ещё меньше, — дёрнула плечом Лан.

— Меньше чем ничего — не бывает, — усмехнулся элв, но опять без злобы. — Пойдём, я провожу тебя.

Натери протянул руку, предлагая элве помощь. Кайран поколебалась, но всё-таки опёрлась на него. В свои силы она верила. Но передвижение на этих деревянных ходулях, да ещё по улицам столицы, в список её талантов явно не входило.

— Всё ещё неприятно, когда до тебя дотрагиваются? — невзначай поинтересовался аэр, выходя из шатра.

— Неприятно, но терпимо… — рассеянно отозвалась девушка.

— И о чём ты теперь думаешь?

— О том, что устроит Редгейв, когда я домой явлюсь, — поморщилась Кайран. — Ему очень не понравилось, что я куда-то отправилась без него. Просто при тебе скандал закатывать не захотел.

— Но ты же фактически глава клана. Он обязан подчиняться твоим приказам.

— Обязан и подчиняется. В конце концов. Что не мешает ему пытаться меня жизни учить. А я уже… — элва осеклась, поймав жалобу за хвост.

— А ты уже устала, так? — равнодушно договорил за неё Натери, но накрыл руку девушки, лежащую на его локте, ладонью. — Устала доказывать, что твоё слово — закон и…

— А вот об этом мы говорить не будем, — отрезала Лан, выдёргивая руку из-под его пальцев.

И едва не упала, покачнувшись на своих ходулях. Но Грех даже попытки не сделал её поддержать, отступил. Пришлось за склизкую стену цепляться. Что Кайран в данный момент вполне устраивало.

— Дальше сама пойдёшь или обопрешься? — поинтересовался аэр.

Лан подозрительно глянула на него исподлобья, но лицо элва было безмятежно, как майский полдень.

— Спасибо за помощь, — нехотя буркнула девушка, цепляясь за его локоть.

— Всегда пожалуйста. А тебе совсем неинтересно, зачем я показал театр?

— Почему? Интересно, конечно. Но на мои вопросы ты не отвечаешь. Так зачем воздух сотрясать? Придёт время — скажешь.

— Поразительно… — едва слышно пробормотал аэр. — И ты не боишься вот этой загадочности?

— Я похожа на ненормальную? — усмехнулась Лан. — Естественно, боюсь. Я много чего боюсь. Например, счёта, который ты мне выставишь. Но какой смысл бояться? Разве страх может что-то изменить?

— Ты испугалась города, — напомнил Натери.

— Сказала же: бояться я вполне способна. И не всегда могу справиться со страхом. Но мусолить да обсасывать?.. Зачем?

— Действительно, незачем, — задумчиво протянул Даймонд. — Кстати, ты на самом деле ненормальная. Не в смысле сумасшедшая, а в смысле «вне рамок нормы». Плохо, что мыслишь, скорее, как мужчина. Это может помешать.

— Чему?

— Слышала когда-нибудь легенду о элве, который слепил из глины и песка идеальную деву? А потом вдохнул в неё жизнь, забрав деву у духов леса?

— Её все слышали…

— Что ты так напряглась? — вот теперь аэр усмехнулся как раньше: глумливо, насмешливо. И бровь, понятно, выломил. — Не пугайся, никаких матримониальных планов я на твой счёт не имею. И в любовницы тебя звать не собираюсь. Просто хотел спросить. Как думаешь, на кого она была похожа?

— Это-то тебе зачем?

— Ты можешь просто ответить? — неприязненно поморщился, даже оскалился Грех. — От твоих смен настроений меня уже подташнивает. То тебя ничего не заставишь делать, пока не объяснишь, зачем это. То ты всё молча принимаешь, как должное!

— Это у меня смены настроения? — Лан от такого обвинения даже притормозила. — Ты давно в зеркало смотрелся? Глянь, у тебя их дома много. И одно дело, когда ты меня что-то заставляешь делать, как эти твои стихи учить. И другое, когда от меня ничего не зависит. Ну, устрою я истерику, требуя, что ты мне всё объяснил. И что?

— И ничего! — сквозь зубы прорычал Натери. — Ты ответить можешь?

— Справедливость правит миром! — длинно выдохнула Кайран, мотнув головой. — Я должна отвечать, а ты нет?

Аэр молчал, но взгляд у него стал нехороший. Не сделаешь того, что он требует, так ведь бросит же посреди улицы. Далеко ли она уковыляет без чужой помощи? Да ещё понятия не имея, в какой стороне дом находится. Стоит оно того?

— Ладно, — недовольно ответила Лан. — На него она похожа была. По крайней мере, мне так кажется.

Физиономию элва медленно расцветила довольная улыбка — точь-в-точь кот, мышку поймавший. Он кивнул, снова предлагая девушке руку.