Катерина Ши – Советник короля (страница 4)

Меня никто и на следующий день не спросил…, просто запретили выходить из дома, не разрешили подавать заявления в институт, отобрали документы и четко указали на место, которое я теперь занимаю в этом доме – кухарка, домработница, прачка.

До мамы быстро стал доходить тот факт, что мы попали к тирану, причем сильно попали. Геннадий мог ударить, мог придраться к незначительным деталям, инспектировал квартиру, когда приезжал домой и морально давил.

Было страшно, а еще страшнее стало, что спустя какое-то время она исчезла и не появлялась. Ее телефон не отвечал, Геннадий злился, срывался на мне и снова звонил. Я же поняла, что она попросту сбежала… без меня.

Дни тянулись как-то обреченно долго, в моей серой жизни не было ничего, кроме дома, магазина и маленькой комнаты без окна и дневного света. Мне не позволялось дружить, звонить знакомым и жаловаться на отчима. О да, он все предусмотрел, даже с матерью успел расписаться, чтобы окончательно иметь на меня рычаги давления – до совершеннолетия успел. И в день моего рождения косо смотрел, естественно – ни о каком подарке и праздничном застолье речи просто не было, Геннадий лишь сильнее нагружал работой и угрожал наказать. Один раз я даже взбрыкнула, заявив, что мне восемнадцать лет, и я сама могу решать, что делать и где жить. Тогда-то меня заперли на сутки в комнате без еды, воды и возможности выходить… Больше я ничего не говорила, стала покладистой, внимательной, но вот в душе. О, что там у меня творилось! Я не просто готовилась к побегу, нет, я решила отравить Геннадия! Я была готова даже придушить его, сил только маловато для этого.

К сожалению, доступа к интернету у меня не было, зато в моем обиходе всегда имелась аптечка, где я знала каждую инструкцию наизусть, но вот нужного препарата среди того количества лекарств не было.

Одним днем я вышла в магазин. Этот поход был запланирован, даже имелся список и приблизительное время, которое потребуется для того, чтобы дойти до торгового центра, выбрать товар, постоять в очереди на кассе и вернуться обратно. Геннадий контролировал каждый мой шаг – то ли сам, то ли людей для этого нанял, но мог пересказать, у какой полки я остановилась немного дольше, и почему именно там.

В этот день я привычно быстро дошла до магазина, вот только совсем не ожидала, что рядом со мной у прилавка встанет старушка.

– Тиран твой меня не заметит, – сразу заговорила она.

От этих слов я вздрогнула всем телом, а бабушка положила свою сморщенную сухую руку поверх моих ладоней, что держали тележку.

– Дам тебе снадобье, в еду добавишь. Запаха и вкуса не имеет, для тебя безвредно будет. А вот этого, – она головой куда-то в сторону указала, – уничтожит так, что никто и ничего не поймет.

Я только и смотрела на то, как в карман мне прячут маленький бумажный кулечек.

– Ждешь три дня, – вещала тем временем старуха, – можешь и вещи собрать, только они тебе не понадобятся. Спасение твое будет в другом мире, в другом человеке, еще страшнее твоего тирана… Вот только разница между ними существенная окажется – мой человек тебя не тронет, заботой и вниманием наградит, свободу даст, помощником сделает, а не рабыней.

Я глубоко вздохнула, потому что предложение было совсем сомнительным, но это был шанс – единственный в моей жизни, потому что все догадывались, что я попала в нехорошие руки, но молчали. Даже соседи молчали, когда я плакала и просила помощи, взгляд отводили, увидев нас с Геннадием, и головы опускали. Никому до меня дела не было. А тут старуха, которая говорит загадками, выглядит странно, да и знает намного больше… словно живет с нами в одной квартире или умеет читать мысли.

Я так и не поняла, в какой момент бабушка ушла. Вот только рядом стояла, смотрела своими глазами, в которых мне чудилось столько мудрости, словно она прожила не одно столетие, словно знала каждого находящегося в магазине человека с пеленок и точно могла предугадать, что с ним случится завтра, через неделю и через год. А потом я голову подняла, и нет подола черного платья, нет корзинки, что она поставила на пол – только я с тележкой, наполовину заполненной продуктами, да кулечек в кармане, что говорил о том – все было на самом деле.

Вернувшись домой, я быстро спрятала то, что мне дали и стала отсчитывать три дня. Не было сомнений, не было страха. Была уверенность в том, что только так я и могу поступить.

Через три дня я привычно готовила свежую еду, которая никогда на деле не повторялась, щедро сыпала вместе со специями зеленые крупинки из мешочка во все блюда, даже в морс. Впервые я не пробовала еду на вкус, хотя точно знала, что ничего пересолить не могла – за столько времени глазомер выработался хоть куда. Да и… если сама вдруг отравлюсь – будет обидно, что Геннадий останется. Пусть он первым все попробует, а если сомнение почувствует – смогу съесть все. Терять уже больше нечего.

Он пришел как всегда вовремя, не задержавшись ни на минуту. Привычно придирчиво осмотрел дом и сел за стол. Ел жадно, словно голодным весь день ходил и своего секретаря привычно не вывел в ресторан. После ужина Геннадий ушел в свой кабинет, хотя обычно любил рассказать о своем дне, словно благодаря моему молчанию, он проживал некоторые важные для себя моменты еще раз, смотрел на них под другим углом и придумывал выходы из неудобных для него ситуаций.

Я же прождала довольно долго. Прежде чем подхватить небольшую сумку, выскользнуть из комнаты и выйти в коридор. Быстро обувшись, я вышла из квартиры и побежала вниз. Меня уже больше ничего не могло остановить. Встань передо мной кто-то, прегради дорогу – я просто удавлю!

Гена меня не преследовал, его люди меня не заметили, даже консьерж отсутствовал на своем месте.

Выскочив на улицу, я продолжила свой бег, окрыленная долгожданной свободой, которая придавала новые силы, поднимала боевой дух. Я была благодарна бабушке, что пришла на помощь. Ух, как же мне хотелось ее отблагодарить… И словно по желанию – яркий свет, который ослепил, несильный удар в спину. Поняла только, что лежу на деревянном чистом полу, в месте, где пахнет травами. И силы, которые ранее меня переполняли, уходят. На их место приходит слабость, сонливость и спокойствие.

– Отдыхай, дитя, – слышу голос бабушки, – теперь ты в безопасности!

Вот только после ее слов глаза мои закрылись, а я погрузилась в долгожданный сон, зная, что бояться мне больше нечего.

Проснулась я от странного тепла, что расходился по всему телу, было немного неприятно и жарко, но позволить себе шевелиться не могла. Сильная и широкая ладонь лежала на моем лбу, именно от нее и шло тепло. Мужчина, что был явно очень высок и широк в плечах, как подкошенный рухнул на колени перед моей кроватью, но руку не убрал. Хмурил густые черные брови, поджимал губы и больше не двигался. Только капельки пота на лбу и висках говорили о том, что передо мной живой человек.

Я не могла понять, что же он делает. Может лечит? Читает мысли? Или стирает мою память? Но память была при мне – я отчетливо помнила все, даже бабушку, что стояла над незнакомцем и чуть заметно касалась пальцами его волос. Она быстро-быстро шевелила губами, утвердительно кивнула и даже подмигнула мне. А после я смогла прочитать по губам: «Правильный выбор».

То, что я попала в довольно необычное, странное и не поддающееся объяснению место – было понятно сразу. Доказательством стал открывшийся перед носом проход, в который уверенно шагнул мужчина. Вот тогда я почему-то и испугалась. А вдруг меня бросят? А вдруг в этом переходе я потеряюсь или перенесусь в другое место? Поэтому рванула следом, видя впереди себя мужчину.

Он привел меня в свой дом, как и обещал – предложил работу. Что ж, размер помещения меня конкретно так впечатлил. Это не двухуровневая квартира, это огромнейший дом с соответствующей площадью. Это громоздкая мебель под стать хозяину, это полная разруха, грязь и печаль для меня.

Одно радовало – временные рамки не оговорили, позволили делать все так, как желаю нужным. Даже ждать прихода не надо – наготовила и убрала. Условия для меня были в диковинку, но как-то даже при этом дышалось хорошо, плечи сами собой опускались, а когда мне предложили самой себе выбрать комнату, я была готова расцеловать хозяина дома за эту возможность. И, мне даже назвали свое имя. Айрат! Красивое, строгое, даже грубое. Ему, как оказалось, советнику – очень подходило. Наверное, таким и должен быть человек, занимающий подобный пост.

Я смотрела, как мощная фигура поднимается на второй этаж и улыбка сама собой растягивалась на моем лице.

Новая жизнь, новый дом, даже работа есть – все идеально сложилось. Пугал только новый мир, с его законами и порядками, в которые я вряд ли впишусь. Был вариант всю жизнь отсиживаться в четырех стенах, но я понимала, что необходимо будет выходить. За теми же продуктами. И что тогда? Да я пропаду моментально!

Нет, наберусь смелости, привыкну, тогда и пойду за помощью. Пусть советник хоть немного объяснит, что можно делать, а что нет. Уж Айрат точно лучше всех знает порядки и законы.

Я быстро обошла вверенную мне территорию, делая в голове пометки, с чего лучше всего начать. Правда на втором этаже сбилась, когда стала приглядывать для себя комнату. Тут и появилась загвоздка – в большом помещении мне оказалось некомфортно и даже немного страшно.