Катерина Райдер – Алые небеса Сеула (страница 56)

– Секретарь Чхве, – пресекаю бессвязное бормотание кореянки, – все, что вы тут увидели и услышали…

– Да-да, – перебивает Джуён, резко распрямляясь и оборачиваясь. – Я понимаю, буду нема как рыба! Вы прекрасная пара, кстати, поздравляю.

– Нет! – порывисто подключается к беседе Маша. – Это совсем не то, что ты подумала!

Что значит «нет»? Мы не прекрасная пара?

Или мы не пара?

– Нет? – возмущенно шикаю я быстрее, чем успеваю обдумать ремарку.

– Нет? – эхом повторяет Джуён, на ее влажных от вишневого блеска губах расцветает ехидная полуулыбка.

– Не-ет?.. – вопросительно протягивает Маша, явно ожидая разъяснительных комментариев с моей стороны, то и дело искоса поглядывая на коллегу.

Обстановка накаляется. Уровень неловкости зашкаливает. Мне душно.

Боже! Что за идиотская ситуация?!

– Ладно, – решаю прекратить дурацкое полунемое кино с плохо исполняемой пантомимой. – Секретарь Чхве, вы не о том подумали… Мы с госпожой Хоук просто…

– Ой, руководитель Ли, вы не обязаны ничего объяснять, – отмахивается Джуён, глупо улыбаясь. – К тому же если вам будет угодно, я могу вообще перестать думать!

Я собираюсь ответить, причем абсолютно не ведая, что именно, но вдруг на весь кабинет начинает трезвонить внутренний телефон.

Мы с Машей переглядываемся, на мгновение «зависая».

Джуён же реагирует профессионально.

Спешно возвращается к письменному столу, смотрит, какая из лампочек на многоканальном аппарате мигает, откашливается, снимает трубку и деловито отвечает на корейском:

– Приемная руководителя Ли, секретарь Чхве Джуён, здравствуйте. – Пауза. – Да, он здесь. Хорошо. Кто-то уже донес? Но вы ведь в курсе, что руководитель Ли… Да. Поняла. Сообщу. Хорошего дня, секретарь Чон. – Девушка заканчивает разговор, отрицательно качает головой, наверное, неосознанно, после чего смотрит на меня с нескрываемым беспокойством.

– Это был Чон Хану? – чтобы Маша не нервничала из-за недомолвок, интересуюсь на английском.

Чхве кивает, продолжая молчать. Подозрительно.

– И что он хотел? – нервничаю я.

Джуён глубоко вздыхает, трагично поджимая губы, бросает краткий взгляд на Марию и обращается ко мне:

– Вас срочно вызывает председатель Пак…

Глава 32

Мария Соколова

Давно опробованная схема под кодовым названием «Пластырь», только что безрассудно мною выполненная, кажется, дала сбой…

Думай я больше, анализируй и взвешивай, врывалась бы в кабинет без спроса, с размаху распахивая двери и без положенного приветствия заявляя о готовности работать? Вряд ли.

Ох, Соколова…

Минхо смотрит пристально, внимательно, оценивающе. Молчит, и каждая мышца в моем теле напрягается, еще чуть-чуть, и порвутся от напряжения.

Тихо. Ничего страшного ведь не происходит. Пока… Нужно сохранять спокойствие или притвориться, что оно было изначально. Дыши. Просто дыши. А я вообще это делаю?

Рядом появляется секретарь Пака – одна из миллиона. Интересно, он помощников помнит по именам? Девушка кланяется и обращается к генеральному на корейском (разумеется, блин), недовольно поглядывая на меня. Я же не шелохнусь, будто наступила на мину.

К удивлению, в ответ на доклад подчиненной Минхо лишь еле заметно ухмыляется и, глядя мне в глаза, отвечает девушке на чистом английском:

– Не волнуйтесь, у нас с мисс Хоук личная, крайне важная встреча. Вы свободны, ступайте.

Секретарь кланяется и бесшумно удаляется – она даже дверь за собой закрывает совершенно беззвучно!.

– Мэри, я весь внимание, – с неприкрытым любопытством говорит Пак-младший, усаживаясь в кресло.

Мне присесть не предлагает, что настораживает, но, возможно, он просто мстит за испорченный ужин?

– Я была не совсем честна с вами, генеральный директор. – Руки сцепляются в замок за спиной. – Как вы заметили, мы знакомы с господином Ли чуть больше, чем несколько дней.

– Господином Ли? Мэри, прошу тебя, давай отбросим формальности. – В голосе ощущается тонкий шлейф пикантной язвительности.

Проглатываю это, закусывая нижнюю губу. Пусть потешается, ситуация действительно крайне двусмысленная.

– Хорошо, – легонько киваю, но не предоставляю собеседнику тот вариант развития событий, на который он рассчитывает. – Мы с Ли Соджином познакомились в Америке. Пару раз пересекались по работе, вдобавок я хотела устроиться в его отдел, но собеседование прошло не особо гладко. Тогда мне хватило глупости, ввиду бурного нрава, сначала встретиться не с ним, а с руководителем Соджина. Ли не понравилось, что я прыгаю выше головы, ведь все выглядело так, словно я пытаюсь его подсидеть.

– Неужели? – не без заинтригованности уточняет Пак, нависая над столом, переплетая пальцы выставленных на локти рук.

Хороший знак? Он попался? Надеюсь!

– Да… – продолжаю гнуть выбранную линию, не забывая периодически качать головой, мол, бывает же такое, вот что придумал Соджин на ровном месте. – С тех пор мы не слишком ладим. Он мне не доверяет. И вчера случилось именно то, чего Ли по-настоящему боялся. Я снова за его спиной беседовала с генеральным директором компании, хотя Ли такой чести еще не представилось. Конечно, он психанул, устроив нелепую сцену. Вы же знаете, многим мужчинам тяжело стерпеть подобное, и хоть Соджин кажется уравновешенным и спокойным человеком, иногда он вспыльчив.

– Достаточно вспыльчив, да, – в такт моим словам кивает Минхо, значит, погружается в ситуацию?

Нужно дожать!

– Поэтому я решила, раз уж он меня подозревает во всех смертных грехах и ненавидит, то зачем терять прекрасную возможность в виде вашего предложения? – Пожимаю плечами, легонько хлопая в ладоши. – Да и с такой манией преследования разве я смогу долго на него работать? Наверняка он найдет способ избавиться от меня при малейшей возможности.

Пак усмехается и поощрительно вытягивает руку, указывая на кресло напротив стола.

Благодарно киваю, улыбаюсь и присаживаюсь.

– Звучит вполне логично, – коротко подводит итог генеральный и проводит пятерней по идеально уложенным волосам. – И теперь ты хочешь избавиться от соперника, опередив его, да?

Наши взгляды встречаются, и мое внутреннее ликование достигает пика. Получается!

– Именно. Не хочу терять место в вашей компании. Я ради «Пак-Индастриал» переехала в Корею и не стану менять возможность на не нужную никому скромность.

– Хм, любопытно… – Минхо достает желтый конверт из верхнего ящика и поднимается с кресла. Широкими шагами огибает стол, останавливаясь за моей спиной. – Спрошу напоследок: то есть вас с господином Ли ничего не связывает? – На деревянную столешницу прилетает конверт, грубо припечатываясь мужской ладонью.

От неожиданного хлопка, весьма громкого, потому пугающего, вздрагиваю и отвечаю скорее, чем выбитый из зоны комфорта мозг успевает проанализировать происходящее и хотя бы на секунду задуматься, что здесь за конверт:

– Больше ничего…

– Тогда будь любезна, открой. – Одно грациозное движение длинных мужских пальцев, и вот «желтая загадка» скользит по отполированной поверхности прямо мне в руки.

От дыхания Пака, падающего на мои волосы возле уха, немного коробит, но я стараюсь фокусироваться на просьбе. Вскрываю конверт, рука несмело ныряет внутрь, хватаясь за что-то твердое. Вынимаю стопку фотографий и от изображений теряюсь. Глаза широко распахиваются, сердце падает в пятки, а пальцы дрожат.

Нервными и топорными движениями перебираю фотоснимки по очереди, наблюдая развитие понятного сценария. На фото мы с Соджином подъезжаем к отелю на авто. Провожая меня, он заходит внутрь и выходит один, в той же одежде, но уже утром. Обезоруживающая счастливая улыбка, запечатленная на глянцевой плотной бумаге, острым лезвием врезается в солнечное сплетение.

Прости меня, облажалась…

– Как все быстро меняется, – с усмешкой на губах начинает директор. – Накануне я был заинтересован в том, чтобы ты на меня работала. А сегодня тебе надо изрядно потрудиться, чтобы получить желаемое.

После фразы генерального мое тело словно покрывается колючим инеем, холодок прокатывается вдоль позвоночника вниз и обратно, вынуждая кожу съежиться от проступивших мурашек. Не оборачиваюсь, вообще не шевелюсь и, похоже, не дышу. Что он потребует? Каких доказательств верности? На что я готова ради столь мизерной, но все же возможности помочь Соджину?

Меня прошибает холодный пот – ни одна из мыслей, крутящихся в голове, не радует.

– Ступай. Повторим диалог завтра, однако будь убедительнее. – Губы мужчины на секунду растягивает победоносная усмешка, бесследно исчезающая, когда он возвращается к созерцанию городского пейзажа из окна. – Я сказал, ступай. – Тембр Минхо не пропитан лукавым кокетством, он скрепит сталью. Кот наигрался с мышкой, представление окончено.

Не решаюсь спорить, понимая, – без толку. Поднимаюсь и послушно ухожу, понуро уставившись в пол. Чувствую, как груз, кратный сотворенной глупости, опускается на плечи неподъемной ношей. Как все исправить? И рассказать о случившемся моему герою?

Что вообще делать дальше?

Стоит ногам пересечь порог приемной, руку обжигает яростное прикосновение родных пальцев. Соджин? Что он здесь делает?!

Руководитель проектов тащит меня в лифт, не позволяя вставить ни слова, и хочется шикнуть на него, заявив, что на работе ТАК обращаться с сотрудниками нельзя, однако сейчас это наша меньшая проблема. В итоге парень без церемоний вталкивает меня в кабинет, где я тотчас встречаюсь взглядом с озадаченной Джуён.