Катерина Полянская – Лунная школа (страница 3)

Я решила сделать вид, что ничего не слышала.

– Итак, ты из тех самых Вольстенгардов, – произнесла я заинтересованно и села на край скамейки. – Как так вышло, что о вас в городе никто не знал?

– Кому надо – знали, – все так же отрешенно отозвался Джарс. Потом мазнул по мне взглядом и дал чуть более развернутый ответ: – Нарс Вольстенгард, тот самый, который был влюблен в Милику, уехал из города. Так и получилось, что наша ветвь слегка отделилась.

Просто взял и уехал?

А так можно? Нас учили, что в случае чего вернуться точно будет нельзя. Однако сейчас я смотрела на живое опровержение всех правил и вообще ничего не понимала. И если бы Джарс не отвечал с таким видом, будто делает мне огромное одолжение, я бы обязательно пристала к нему с расспросами, но сейчас… Лучше маму потом спрошу.

– И ты уже зачислен в «Скарабей»? – Вместо этого я выбрала более нейтральную тему.

– Еще с весны. Мы поэтому и вернулись.

– Как оно там, в большом мире? – влезла со своим вопросом Бэт.

Огни погасли, смотритель ушел. В темном парке стало неуютно, так что мы встали и не спеша побрели к выходу.

– Обыкновенно. – Определение Джарс подобрал в своем стиле. – Магию по большей части скрывают. Наших там почти нет. Зато в закрытой школе, где я учился, было несколько инкубов, феи, демоны, даже одна вейла затесалась.

Он отвечал скупо, сам почти никаких вопросов не задавал, даже не спросил, в какую сторону идти. Когда мы вышли на главную площадь, просто вдруг заявил, что ему пора. Бэт вызвалась проводить до гостиницы, но ее вежливо послали. Мы успели разойтись в разные стороны, когда мне в спину прилетел окрик:

– Шалисса?

– Да? – пришлось притормозить и отыскать взглядом силуэт в мешковатых штанах и футболке. Самое оно для свадьбы, конечно.

Парень завис на несколько секунд, но потом все же сформулировал мысль:

– Как насчет показать мне завтра город?

– По-моему, ты и так отлично ориентируешься. – Я холодно отметила его успехи, а внутренне содрогнулась от такой перспективы. Нет уж! – К тому же не всех из нас автоматически зачислили в «Скарабей», некоторым придется честно сдавать экзамены.

Джарс хмыкнул, но от едкой реплики сдержался.

– А вечером?

– Я страшно занята.

И не дожидаясь, что он там еще скажет, стремительно зашагала по подсвеченной фонарями дороге.

Кто бы мог подумать, что свою первую брачную ночь Крейстон решит провести в моей комнате. Крадусь на цыпочках, открываю дверь, включаю свет – а там он! Стоит у полки с плюшевыми игрушками и внимательно смотрит в глаза желтому зайцу.

– Не помешала? – На самом деле я – сама скромность, но когда вторгаются в личное пространство, зверею.

Сейчас был как раз тот случай.

Рука мужчины дрогнула, плюшевый друг упал на пол.

– Кхм. Я тут бумагу искал, у меня закончилась.

– Правда? – получилось недоверчиво.

Меня буквально прошил нехороший взгляд.

– В смысле, в столе надо было посмотреть, – как-то мне стало неуютно, захотелось, чтобы он поскорее ушел.

Заяц был поднят и возвращен на место, Крейстон прошел к столу и взял несколько листов.

Его взгляд до сих пор неприятно жег кожу.

– Спасибо. И… прошу извинить за вторжение. – Он направился к выходу.

– Ничего, – пробормотала я.

Уходи, уходи, уходи…

Возле самой двери ректор «Скарабея» остановился, чтобы сказать еще кое-что.

– Завтра же жду от тебя документы на поступление.

– Утром занесу.

Все равно собиралась.

– И готовься к переезду в школу, ты точно поступишь, – продолжил давать указания он.

– Родственники руководства идут вне конкурса? – сама не знаю, откуда во мне взялась эта резкость.

– Не мели чушь. – Голос мужчины вдруг стал очень мягким. – Просто я вижу твой потенциал.

С сердца целая каменная плита рухнула. Правда? Я не безнадежна? И буду учиться? И может быть, даже получу возможность применить свои знания на практике? От восторга голова шла кругом, губы улыбались.

Крейстон перешагнул порог, но напоследок решил подпортить мне настроение:

– Эта твоя подружка, Бэтси…

– Что с Бэт?

– Не общайся с ней больше.

Распорядился и ушел. А я так и осталась стоять с широко распахнутыми глазами и приоткрытым от возмущения ртом.

Утро принесло с собой понимание одной простой истины: как прежде ничего уже не будет. Никогда.

Мама и Крейстон в гостиной разбирали подарки. Я находилась там же, забралась на диван с ногами и не спеша завтракала соком и булочкой. Напряжение исчезло, они оба лучились счастьем, часто смеялись, из окон лился яркий солнечный свет и слышались птичьи трели. Но я все никак не могла перестать думать о том, что прошлой ночью впервые за все время воспользовалась замком на своей двери.

В этом доме больше не получалось чувствовать себя в безопасности.

Может, и хорошо, что я скоро переберусь в школу. Вот только… будет ли безопасно там?

– Как тебе Джарс? – вдруг вспомнила о моем существовании родительница. – Вы подружились?

– Высокомерный зануда, – скрывать свои чувства я не привыкла. – Не имею никакого желания с ним общаться. И надеюсь, что это взаимно.

– Он – Вольстенгард, – как бы невзначай напомнил отчим.

Взгляд, которым он смерил меня, был таким же жестким и подавляющим, как у предмета обсуждений.

– Я и говорю: скучный, самовлюбленный, напыщенный! – кивнула, дожевывая остатки булочки.

– Шалисса, ты совершенно не разбираешься в людях. – Крейстон старался говорить мягко, но старания эти были слишком заметны.

– И тебе пора уже начинать думать о мальчиках, – гнула свое мама. – Тебе восемнадцать! А я до сих пор не видела ни одного хотя бы друга…

Что правда, то правда. Но я не слишком общительна, у меня и подруга-то всего одна. И то только потому, что Бэт сама всегда рядом. Иногда вокруг нее появляются еще какие-то девчонки, соответственно, и вокруг меня тоже. Но это просто знакомые, не больше. С парнями вообще пусто у нас обеих. Правда, меня в отличие от Бэт это не напрягает.

– Я думаю! – предприняла слабую попытку отбиться.

– И кто же он? – тут же вцепились в меня.

По комнате пронесся полный муки стон. Иногда она просто невыносима!

– Никто конкретный, – сказала чистую правду. – Я в общем думаю.

– Элли, оставь девочку в покое, – на выручку неожиданно пришел Крейстон. – У нее сегодня поступление.

Мама сдалась и переключилась на следующую коробку. А я быстро допила свой сок и убежала в комнату. Бэт должна зайти через полчаса, пора уже собираться.

Нервозности не было, не из-за поступления во всяком случае. Все, что могла, я уже сделала, когда сдавала выпускные экзамены в средней школе. Могло быть и лучше, конечно, но во всех моих сертификатах по общеобразовательным предметам стоял средний балл. Не хорошо и не плохо. Бабушка, когда звонила в последний раз, была разочарована, но Крейстон сказал не думать о плохом и смело идти на экзамен. Я и шла. А там будь что будет.