Катерина Парфенова – Стюардессы глянца. PR-гид в мир модных брендов и корпораций (страница 2)

Между делом та самая подруга из мира искусств говорит, что вакансия мечты в самом модном агентстве все еще актуальна, – стоит позвонить. Напоминаю о себе и, к удивлению, получаю приглашение на обед.

Сидим в кафе: я, Наташа – эффектная молодая блондинка и Мария – роскошная дама с копной кудрявых волос и хитрющими, но добрыми глазами.

Мария спрашивает:

– Как вы без соответствующих компетенций в PR собрались?

– Можно быть врачом и кем угодно, но нельзя быть кем угодно и врачом.

Смотрю на реакцию – принято. Следующий вопрос:

– Какие журналы вы знаете?

– Журналы не читаю, знаю только Cosmopolitan. Но я разберусь.

Мои навыки в PR Мария оценила как ничтожные и предложила начать с позиции ассистента с зарплатой сто долларов в ее новом агентстве маркетинговых коммуникаций. Бонусом – офис в особняке с джакузи и камином. На мое возражение, что я зарабатываю уже тысячу, многозначно добавила:

– Ты хочешь быть лучшей среди худших или худшей среди лучших?

Что тут скажешь! Мысленно благодарю кого-то сверху и уверенно соглашаюсь на позицию «ассистент ассистента».

Видимо, настойчивость без навязчивости – неотъемлемое качество хорошего PR-менеджера. Иногда стоит вернуться и постучать в дверь забытого, но желанного проекта. Возможно, там, где было закрыто полгода назад, уже висит табличка «Мы вас ждем!».

За неделю до выхода позвонила Маша. Сказала, что сто долларов – это как-то неловко, и предложила условия получше. На встрече она просто вошла в кураж. Понимаю!

Глава 3. Первый рабочий день

В недоумении смотрю на таблицу Excel – из нее предательски исчезла колонка с контактами. Тщетно пытаюсь вернуть их обратно – безрезультатно.

Понимаю, что удалила половину базы журналистов для рассылки по проекту. Говорю Маше:

– Я что-то нажала, и все исчезло.

Она спокойно так:

– Восстанавливай. Утром надо разослать пресс-релиз и всех обзвонить.

Разведка боем: похоже, долгожданного ликбеза[8] и плавного погружения в процесс не будет – только практика и Excel. Начинаю методично восстанавливать пропавшие контакты доброй сотни журналистов. Открытие дня: Microsoft Office – верный спутник пиарщика на долгие годы, просто надо один раз разобраться.

К полуночи миссия выполнена. В офисе только я и золотая рыбка – самый древний житель спрятанного за неприметным забором особняка на Новокузнецкой. С камином и джакузи Маша не обманула: всё на месте. А еще – роскошные интерьеры. Мы занимаем помещение в одном из красивейших по внутреннему убранству особняков Москвы – бывшей резиденции Бориса Березовского, доме приемов «ЛогоВАЗа». Говорят, когда-то здесь вершилась судьба России. Рыбка знает больше, но молчит. Наш офис расположен в левом крыле второго этажа. На первом – «Триумф»: самая закрытая художественная галерея Москвы.

Первый день работы в PR-агентстве закончен. План на завтра: разослать информацию о новой выставке пикториальной фотографии, обзвонить журналистов и пригласить их на пресс-превью[9]. Похоже, все забыли о моем почетном статусе «ассистент ассистента» и поручили мне задачи полноценного менеджера. Но одну теоретическую вводную Маша все же дала: «Через три года практики ты только начнешь понимать, что такое PR».

Глава 4. Почувствуйте разницу

Первое сентября – моя зарубка в календаре. Ровно год, как я ушла из медицины. День, когда я обещала себе решить, что делать дальше.

В подписи давно пора сменить должность ассистента на менеджера. Это был богатый на PR-кампании год: Martini, Музеи Московского Кремля, Биеннале современного искусства, Московский Дом Фотографии… Беру проекты с такой жадностью, как будто больше не предложат.

Коллега жалуется, что устал, и переживает крайнюю степень эмоционального истощения – выгорание. Золотая рыбка из аквариума смотрит с неодобрением. Я просто удивлена: «Странный мальчик, – думаю, – не понимает счастья. Выставки, вечеринки, открытия, вернисажи, гламур и золото с потолка – а нам за это еще и платят. Даже неловко!»

Вопрос «Что делать дальше?» звучит почти риторически. В поезде под названием «Пиар» я уверенно заняла место машиниста – едем дальше.

Глава 5. Удачная ошибка

С внутренним решением остаться в PR пришло и прощение родителей за то, как жестоко я обманула их ожидания. Звонит папа: он радостно сообщает, что крайне горд прочитать в газете «Ведомости» мои комментарии к выставке «Два века британской моды», привезенной из Музея Виктории и Альберта. Большая честь, когда дочь трудится в Музеях Московского Кремля над британским проектом под руководством самой Елены Юрьевны Гагариной[10]!

Чую неладное – бегу за свежей газетой. Красивейший разворот и вступление к статье: «По мнению куратора выставки Катерины Парфеновой…». Представляю, как Елена Юрьевна узнает из одного из первых изданий страны о самозванце в моем лице. В воображении рисую сцену ярости, звонок Маше, снова сцену ярости – и вот я, грустно выносящая немногочисленные личные вещи из офиса.

Пытаюсь тактично донести журналистке мысль о фатальности допущенной ошибки. К моему изумлению, она начинает доказывать собственную правоту и правильность опубликованной информации. Абсурдно и глупо объяснять, что я не слон и уж точно не куратор выставки музея Виктории и Альберта, а всего лишь скромный PR-менеджер в стороннем агентстве. После часа дебатов и зачитывания переписки с пресс-релизом она все еще отказывается верить, но снисходительно соглашается изменить заголовок в электронной версии газеты. Печатная, понятное дело, уже разошлась тысячными тиражами по стране.

Наташа говорит: «Главное в пиаре – подстелить соломку». Собираю письма с корректной информацией и отправляю их Маше с комментариями, что электронную версию статьи удалось оперативно исправить. Гроза прошла мимо. Рыбка улыбается, а я думаю, что не зря, хоть и по ошибке, вышла из тени серых кардиналов PR в кураторы. Ситуация странным образом обернулась налаженными отношениями с родителями.

Беру билеты на выставку для мамы и красивый музейный каталог для папы. Спасибо «Ведомостям» за долгожданную индульгенцию! Впервые за год вне медицины родители рады: говорят, что наконец поняли, что такое PR. Второй раз за день объясняю, что возникло недоразумение, – и снова безуспешно. Ну и ладно!

Иногда лучше остаться непонятой, но получить поддержку в новом деле.

Глава 6. Эффект глянца

«Нет, на мероприятие не попасть. Списки уже закрыли! Ну хорошо, внесу тебя +1. Только никому!» – говорю одной влиятельной и болтливой журналистке. Засекаю три часа и мысленно представляю скорость распространения информации среди светской прессы и московских тусовщиков. Хватило и двух: вуаля! – и в почте с десяток заявок на аккредитацию от телевизионщиков, подтверждение присутствия главных светских редакторов, многочисленные просьбы от звезд попасть на вечеринку Martini All That Glam[11]. Можно считать, работа сделана – нужная пресса будет. Теперь списки и правда можно закрывать.

Почему-то PR содействуют все эти «только никому», «вход только по спискам» и «попасть нереально». Конечно, не все так плоско, и есть на что заманивать гостей: бренд Martini известен громкими мероприятиями. На этот раз устраивает первую вечеринку в еще недостроенном Москва-Сити. Светские гости и пресса впервые поднимутся на 62-й этаж башни «Федерация» – будущей Мекки корпоративных служащих и предпринимателей.

Пока Москва-Сити представляет собой стройку. Вокруг леса́ и горы цемента. Въезд на территорию ограничен. Очередь из машин растянулась на пару километров, и в мороз под тридцать часть гостей в смокингах и платьях пешком пробираются сквозь сугробы и строительный хлам.

Встречаю приглашенных у входа в «Федерацию» в шелковом платье и легкой черной шубке.

Дресс-код для пиарщика – не то же самое, что для гостей. Стоило бы уточнить, что «стоять на списках» на лютом морозе предстоит ближайшее четыре часа… Оделась бы теплее!

В ожидании входа разгневанная толпа в dress to impress[12] негодует. Листать списки больно, пальцы не слушаются. Часть прессы уезжает – их так и не обнаружили в заветных листках. Попавших внутрь счастливчиков ожидает сорокаминутная очередь к единственному работающему лифту. Выдерживают не все: кто-то психанул и пытается подняться на лифте для строителей.

Напряжение на улице растет. Мужчина в дубленке с норковым воротником трясет паспортом гражданина США, как будто это проездной билет в светскую жизнь. Говорю «Вас нет в списке» и получаю совсем не американский набор любезностей. Хочется умыться святой водой. Рядом с очередью уже третий час стоят девчонки в платьях и легких пальто: звонят кому-то с деловым видом, но никто не спускается их встречать. Удивительное дело! Я бы уже сидела дома под пледом.

Наконец, организаторы догадались вынести тепловые пушки. Жизнь налаживается! Звонит Наташа:

– Поднимайся, сейчас пришлем человека тебе на замену.

Отлично! Осталось преодолеть шестьдесят этажей и два пролета пешком. Неужели All That Glam того стоит? Даже любопытно!

Увидев мой красный от мороза нос, кто-то из менеджеров Martini вручает мне сразу два коктейля. Наташа говорит:

– Больше никаких списков! Проверку боем прошла успешно.

Хорошая новость!

В центре пространства, как меч короля Артура, возвышается инкрустированная дымчатым кварцем позолоченная книга Martini Gold Collection. Внутри обещают тренды, события, имена и сенсации. Неподалеку за столиком сидит автор драгоценной обложки – английский ювелир Стивен Вебстер с русской женой Асей. Кругом золото: зеркала в золотых рамах, сияющие золотом бокалы, золотые логотипы, золотая диджейская стойка и даже с потолка летят золотые конфетти. Эффектно! Гости непрерывно фотографируются и дают интервью, но никакого захватывающего веселья. То ли я отморозила все органы чувств, то ли пребывала в ожидании фееричной вечеринки. Непонятно ради чего присутствующие преодолели все эти препятствия, выдержав долгое ожидание на холоде. Но панорамный вид на Москву и правда невероятный!