Катерина Лазарева – Разбуди меня (страница 7)

Возможно, Богдан снова облегчит мою участь и не станет спрашивать подробнее.

– А если честно? – мягко уточняет он. Видимо, всё читается на моём лице. Ну или пауза так сработала.

И, раз уж мои родители просили его следить за мной, неудивительно, что Богдан развивает тему.

Как теперь соскочить?

– Правда, всё нормально, – мой голос чуть дрожит. – Просто…

Сказать правду вдруг становится стыдно. Взрослый мужчина наверняка решит, что я распереживалась из-за пустяка. Что я – тот ещё ребёнок, с которым нужно и по мелочи возиться.

Богдан явно ждёт ответа. Вон как участливо смотрит.

– Просто возник небольшой конфликт с одним из однокурсников, – тихо признаюсь. Пусть недосказано и не совсем точно, но ведь и не ложь. Но тут же спохватываюсь, что Богдан мог решить: мне нужна помощь. Быстро добавляю: – Ничего из того, что я не могла бы уладить. Это лишь неприятно, но решаемо.

Он смотрит внимательно, но не пристально. Я стараюсь не отводить взгляд.

– Уверен, ты справишься, – после небольшой паузы подбадривает Богдан.

На этом тема исчерпана. Он не спрашивает подробностей, и я искренне благодарна за это.

За едой мы ещё немного переговариваемся. В основном, о прошлом, моём детстве, об отце. А потом – и вовсе на отвлечённые темы.

Скоро я даже и не верю, что вообще упоминала Олега, пусть и не по имени. Эмоции от пережитого унижения теряются настолько, что я теперь даже не знаю, почему так заостряла внимание на случившемся.

Глава 8. Богдан

Рита быстро расслабляется и уже даже забывает про того однокурссника, которого, смущаясь, упоминала. Но я не забываю.

Конечно, я видел её на фото, которые присылал Саша, её отец и мой друг. Ещё тогда я отметил, как она выросла. Но в реальности Рита оказывается ещё более привлекательной. Юная, естественная, нежная. И какая живая мимика. Особенно очаровательны ямочки на щеках, показывающиеся во время даже мимолётной улыбки.

Да, девочка определённо выросла. И, хоть она очень в моём вкусе, не стоит даже думать в этом направлении. Она – дочь моего друга. К тому же, намного младше. Почти в два раза.

Да и к тому же… Когда Рита сказала о конфликте с однокурсником, характерно залилась краской. С её мимикой всё читается на лице. Да и без этого я хорошо определяю почти любые, пусть и подавляемые, эмоции. И у неё было характерное смущение. То самое, которое возникает только при упоминании предмета симпатии.

Похоже, у неё что-то развивается с этим однокурсником…

Не стоит лезть.

Но тогда почему я продолжаю думать об этом, даже общаясь с ней на другие темы?

Наверняка её отец не хочет, чтобы Рита связалась не с тем… Вдруг это испортит ей учёбу, разрушит амбиции, отнимет возможности. Да мало ли что может произойти. Особенно, если девушка наивна.

А это очень даже возможно. Насколько я знаю, она всегда была домоседкой и тихоней.

Скорее всего, Саша проверил бы, что за парень.

Усмехаюсь собственным мыслям, скорее машинально поддержав диалог с Ритой незначительной репликой. Всё меньше улавливаю нить разговора и всё больше гружусь в себя.

А не ищу ли я поводы? Всё это – ненужные оправдания мимолётному и абсурдному желанию, которое даже и ревностью не объяснишь.

В этом универе просто не может учиться всякий сброд. Так что, кем бы ни был этот её однокурсник, вряд ли представляет опасность. В худшем случае, этот парень может оказаться избалованным и беспринципным. Но Рита вроде бы не дура. Так или иначе, сама поймёт, если он испорченный. И наверняка сделает соответствующие выводы.

Правильнее будет не вмешаться. Позволить ей делать, что хочет. А если что – я всегда подстрахую. Периодически буду спрашивать, как дела. Вряд ли Рита сможет убедительно солгать, даже если захочет.

Никаких больше сложностей быть не должно. К счастью, я уже выучил урок – не терять голову от внешности. Неудачный брак в двадцать два года был очень ярким опытом. Больше я не повторю этой ошибки. Если женюсь во второй раз – только по любви, а не из-за разрушительной страсти. И неважно, в тридцать или пятьдесят.

************

Только мы выходим, как начинается дождь. Прямо как по закону подлости. Хорошо хоть до машины тут недалеко.

А плохо, что зонтика нет ни у меня, ни у Риты. Никто не предвидел, что сегодня будет моросить. Ранняя осень в Москве больше похожа на лето, это не Питер, чтобы непредсказуемые дожди могли пойти в любой день.

– До парковки тут недалеко, – говорю, решив, что не стоит возвращаться в кафе. Дождик не настолько опасный, а сидеть там, возможно, придётся ещё долго, если решим переждать.

Да и Рита явно не горит желанием продлить время в моём обществе. И вроде понятны причины, но слегка даже задевает. И вот как раз это мне не особо понятно.

Она не отвечает, хотя на этот раз, после моей реплики, смотрела на меня дольше, обычного. И пошла вслед почти даже уверенно.

Какая же она скромняжка… Когда только забрал её возле универа, держалась гораздо уверенне. А теперь постоянно ощущаю робость с её стороны. Видимо, тогда было нервное.

Молоденькая красивая девочка, совсем одна в большом городе. Пора бы и окрепнуть, но с этим, наверное, не стоит спешить.

Подойдя к машине, Рита слегка срезает мне путь, не сориентировавшись. Чуть не врезаемся друг в друга возле двери в водительское сидение.

– Простите… – нерешительно и тихо проговаривает она, тут же опустив взгляд, когда я смотрю ей в лицо. – Я не хотела…

– Я знаю, – мягко усмехаюсь.

При этом в мыслях неожиданно чуть ли не досадую, что мы на «вы». Точнее, я на «ты», а она со мной, как с взрослым дядечкой. А ведь тридцать пять – совсем не много. Или восемнадцатилетние видят таких, как я, стариками?

Вот уж раньше меня такие вопросы не волновали.

Обхожу чуть ли не застывшую в робости Риту, открываю ей дверь на переднее, соседнее с моим, сидение. Она не сразу, но отвисает, пока я с неожиданной жадностью считываю её реакции. Давно не встречал таких девушек. Случилась сущая мелочь, а она смущается, осторожничает, настороженно следит за мной мельком, пока сажусь рядом.

Не хочу обольщаться, да и не страдаю подобным. Точно знаю, что это всё не моей персоной вызвано, а складом характера девчонки.

Некоторое время просто сижу рядом, типа разогреваю машину, хотя с ней всё в порядке. Но вот со мной пока нет – неожиданно хочется согреть чуть дрожащую и кутающуюся в собственное пальто Риту, успокоить и обнять.

Взгляд сам по себе скользит по фигуре девчонки. Дождь хорошо постарался: чёрные прядки волос чуть ли не прилипают к лицу, губы подрагивают, небольшие кулачки буквально впиваются в воротник пальто. А потом по губам скользит язык, скорее машинально облизывая их.

Сглатываю, поймав себя на том, что уж слишком откровенно на них пялюсь. И вряд ли двусмыслено, учитывая явно лишний ход мыслей навроде тех, целовалась ли эта девушка вообще когда-нибудь. Уж это точно не моё дело.

Перевожу взгляд на её глаза – Рита ничего не замечает. Слишком загружена своими какими-то эмоциями. И не поймёшь даже, какими – теми, что от нашего столкновения возникли, или уже вообще другими.

– До дома недалеко, – нарушаю молчание. – Скоро будешь в тепле.

Улавливаю, как она вздрагивает при звуке моего голоса. Похоже, настолько ушла в себя, что я врасплох застал.

– Спасибо, – тихо отвечает.

Так, кажется, оставшуюся дорогу молчать будем. Может, и было бы кстати отвлечь девчонку и вовлечь её в разговор, но что-то мне подсказывает – лучше оставить в покое. Похоже, потрясений с неё сегодня достаточно.

Поэтому я просто включаю первое попавшееся радио. И прямо-таки на себе чувствую, как Рита постепенно расслабляется. Особенно, когда мы уже подъезжаем к нашим домам.

Кстати, довольно быстро. Дороги оказываются на удивление свободны, хотя дело, наверное, в расстоянии и их удобном расположении.

Её оживление не ускользает от меня. Забавно, но я считываю почти любую эмоцию на её лице. Такая невинная, даже притворяться не умеет…

– Я живу вот в этом доме, – паркуясь, мягко заявляю, указав Рите кивком головы.

Ведь вчера сказал, что в доме напротив и что мне видны её окна. Но пусть знает наверняка. В случае чего пригодится.

Она мнётся и быстро отводит взгляд от указанного дома. На всякий случай тоже отвожу свой – но от неё, чтобы ей было проще собраться.

– Поняла, – тогда сдержанно отвечает девчонка.

Её явно начинает напрягать моё общество. Но и просто открыть дверь и выйти Рита не решается.

– Шестой этаж, девятнадцатая квартира, – тогда добавляю я, хотя очень сомневаюсь, что она вообще запомнит, не то что вдруг воспользуется информацией.

– Хорошо, – она отвечает так спокойно и даже мягко, что я снова смотрю ей в лицо.

Откинувшись в кресле, даже прищуриваю взгляд. Эта девчонка – та ещё задачка. Вроде бы простецкое поручние мне дали, ничего такого в просьбе друга нет. Но почему-то всё больше кажется, что это мне дастся не так уж легко.

Непроизвольно окидываю её взглядом и вздыхаю. Громче, чем хотелось бы.

Рита бросает на меня взгляд, но быстро отводит. Не похоже, что заметила что-то лишнее.