Катерина Крылова – Дорогами Империи (страница 86)

Табола поднял девушку из кресла, взял ее лицо в свои ладони, прижался лбом ко лбу и начал шептать:

— Ты самоотверженная, справедливая, отважная и добрая! Не дай прошлому, пусть и страшному, пусть плохому озлобить тебя! Вспомни, у меня есть столько же причин ненавидеть Роверна, сколько и у тебя. Я ведь тоже Наварра…

Рийна кивнула и обняла его. Прижалась доверчиво. Они стояли так пока в кабинет не вернулся Дезмонд. Ведьмак бросил на дочь лишь один взгляд и, кажется, облегченно выдохнул. Дочь он знал как никто и сейчас видел, что та несколько успокоилась, погасли в глазах злые болотные огоньки, а лицо перестало быть таким напряженным. Вот теперь можно будет и поговорить. Главное, не давить на дочь, дать ей время все осмыслить и принять, иначе опять вспыхнет. Он знал это за Рийной. В ней жил горячий нрав ее деда, который если уж любил, то до смерти, если ненавидел, то готов был уничтожить чего бы ему это не стоило. Не нужно, чтобы Ри ненавидела Лидану. Ничем хорошим это не закончится. И успокоить дочь нужно именно сейчас, когда все только-только начинается. Потом этот ураган будет уже не остановить.

«Задание выполнено. Мы возвращаемся», — вестник от Троста прилетел на рассвете, но застал Гуннара обходящим посты на крепостной стене. На миг капитан застыл, а потом упал на колени и начал благодарить всех богов. Воины, которые увидели это, кинулись к нему, испугавшись, что командиру стало плохо.

— Все хорошо, — он поднялся, улыбнулся и зачем-то повторил, — все хорошо!

Потом кликнул сотников и сообщил всем новости. Само собой известие разлетелось по крепости мгновенно и невероятно подняло и настроение и боевой дух воинов. Все понимали, что теперь у крепости Рохем есть небольшой, но шанс продержаться до подхода основных сил. На один короткий день всех, кто находился здесь покинуло тягостное ощущение надвигающейся беды и неминуемой смерти. Не все готовы были умирать здесь. Молодым парням совершенно не хотелось складывать головы в крепости. Эти настроения рождало долгое ожидание, но опытные сотники и десятники старались загружать таких работой, чтобы не было времени надумывать себе всякие страхи. Иначе крепость бы ждал поток дезертиров.

Гуннар прекрасно понимал этих парней. Ему тоже до свивовых пяток не хотелось умирать. Но он был командиром, поэтому гнал от себя любые упаднические мысли, почти каждый день произносил речь перед воинами, чтобы подбодрить. Вот и сейчас он забрался на уже привычный помост и заговорил:

— Соратники! Пришли хорошие вести от одного из «летучих отрядов»! Войско кагана, которое шло на крепость Рохем лишилось своих осадных орудий!

Все итак уже знали, но во дворе начался такой гвалт, что Гуннару пришлось ненадолго замолчать, чтобы переждать крики радости.

— Генерал Хейм уже в трех-четырех днях пути! Выстоим?!

— Выстоим! — грянуло в ответ.

Капитан соскочил с помоста и отправился к себе. Больше всего он сейчас ждал обратно отряд Троста. Хотелось подробностей. Вестник был слишком коротким, но даже эти новости словно отвели тень, накрывшую Рохем. Знать бы еще, что там с остальными отрядами. Хотя здесь отсутствие новостей скорее обнадеживало. Ведь и об их гибели известий не было.

Трост с остатками своего отряда появился у крепости лишь на следующий день. Когда Гуннару сообщили, что к стенам приближаются конники, он сломя голову понесся на стену.

— Открыть ворота! — что есть мочи закричал он, узнав в одном из всадников мага, а сам принялся пересчитывать их. Дюжина. Из отряда в пятьдесят человек, уходивших с Тростом, вернулось всего двенадцать.

Мост через ров опускался очень медленно, а потому капитан успел спуститься со стены, пробежать крепостной двор и ждать отряд уже у ворот. Они въехали внутрь крепости и сразу же спешились. Грязные, почему-то воняющие нечистотами, большинство — раненые. Гуннар подошел к магу и несмотря на грязь и вонь крепко обнял его. Они посмотрели друг другу в глаза и лишь кивнули. Все разговоры потом.

Через несколько наров Трост, Гуннар и сотники сидели в кабинете капитана и слушали новости. Что-то они уже знали от воинов, которых первым делом отправили в мыльню, потом обработали раны и накормили. Сейчас большинство отсыпалось, но все равно успело пересказать основные новости. Трост же рассказывал подробно. Обо всем. О каждом шаге отряда, о предпринятых вылазках, отравлении колодцев и запруд, выполнении задания и гибели каждого своего воина.

— Мы уничтожили осадные орудия и верхушку командования этого кулака. Нам, если честно, просто повезло, что они расслабились и не сориентировались, поэтому и погибли все в огне той избы. Скорее всего, тумен будет ждать гонцов от кагана. Не знаю, кто в кулаке сейчас подхватил командование, но то, что в ближайшие несколько дней движение они не продолжат — это точно. Я хотел бы оставить кого-то наблюдать, но мы все ранены и вымотаны. Туда нужно отправить кого-то посвежее. Я боялся, что мои люди просто умрут от ран. Я уж очень плохой лекарь, — рассказывал маг.

— Трост, вы сделали даже больше, чем смог бы кто-нибудь другой, — сказал Гуннар, — остановили продвижение армии на несколько дней. О таком мы даже и не мечтали. Спасибо!

— От остальных есть вести?

— Никаких, — на этот ответ он лишь кивнул и попросил отпустить его отдыхать.

Гуннар отпустил всех, а сам задумался. Летучий отряд Троста выиграл им несколько дней. Стоит отправить отцу вестника и сообщить об изменившихся обстоятельствах. Может ли так случиться, что узнав всю диспозицию, он сочтет верным направить основные силы на другие крепости? Туда же движутся не измученные поносом тумены. Сомнения одолевали его больше нара, но Гуннар все же решился.

Он собрался и начал создавать магического вестника. Хейм не был искусен именно в этом, потому заклятье требовало от него максимального сосредоточения. Как поступит генерал, что он решит — его сын предсказать не мог. Но точно знал, что остальные крепости в еще худшем положении, а потому хотел дать им хоть какой-то шанс. Правильно он поступил или нет, скоро узнает. Несмотря на подвиг летучего отряда Троста, ждать все равно осталось недолго.

Глава 33

План Настаи был прост и гениален одновременно. Зачем отправлять детей в Эльгато, куда степняки непременно устремятся, захватив Асом, или тащить в Нисману, дорога в которую сейчас очень опасна из-за нежити, если есть Вильта. Водные пути традиционно недоступны для нежити. Восставшие избегают текучей воды и часто не могут пересечь даже ручья, те же рирды, о которых рассказал капитан Нолан, не сунутся в полноводную реку даже по приказу хозяина. Это выше по течению Вильту уже могло сковать льдом, а здесь в низовьях она не замерзает даже в самые лютые зимы, потому что воды сливаются с солеными волнами Темного моря.

— Баржи, — произнесла девушка, после того как отчитала обоих с их планами отправить ее с детьми под присмотром Миха куда подальше.

— Что баржи? — не сразу понял кухарь.

— Сухогрузы могут торчать посреди реки бесконечно долго. Туда не доберется нежить, а при виде степняков они могут сняться с якоря в любой момент. Настая, ты — гений, — широко улыбнулся Тларг. — Я побежал договариваться. Думаю, что за определенную сумму мы туда сгрузим всех женщин и детей города. Продовольствие тоже соберем.

— Правильно! — прозрел Мих, а потом крепко обнял девушку и звучно поцеловал в губы, немного смутив перевертыша. — Я в порт, а ты к Нолану. Пусть собирает народ на площади. Настая на хозяйстве!

— Ишь, раскомандовался, — рассмеялся Тларг. — Но, все верно. Настая, справишься?

— Конечно, — кивнула она и вышла с кухни, прикидывая, что нужно собрать для детей и тетки Вирки.

Сама она не собиралась «спасаться». По-крайней мере, пока может помочь тут. Потом-то, если степняки приблизятся к городу, она конечно рванет туда, к детям. Главное, припрятать заранее лодчонку какую в камышах. Она сразу подумала о Вильте, как только услышала о нежити. Несмотря на то, что знала Настая о ней мало, но помнила рассказы бабушки, которые маленькой считала сказками. Та любила делиться историями из своего детства. Какие-то девушка совсем не помнила, но эта осталась в ее памяти навсегда. Когда бабушка была совсем маленькой, Каралат не был большим городом, а Раскаты вообще лишь деревушкой, а не одним из кварталов, в лесах рядом завелось что-то, что подкарауливало одиноких путников и разрывало их на куски. Сначала на это даже не обратили особо внимания. Ну кому интересны какие-то бродяги? Через несколько месяцев тварь обнаглела и начала врываться в деревенские дома, убивая целые семьи. Тогда-то глава стражи и сообразил, что в окрестностях завелась нежить и лишь вопрос времени как скоро она доберется до городских окраин. В Солару к тогдашнему герцогу был отправлен отряд. Все понимали, что без помощи магов не обойтись. Но что было делать жителям раскатной деревеньки, пока могучие маги не изловят тварь? Тогда-то прадедушка Настаи, собрал всю свою семью, посадил на небольшой рыбацкий ялик и отплыл от берега, заякорившись ближе к противоположному берегу реки.

— Тятя, а почему мы сидим в лодке и нам нельзя на землю? — спрашивала тогда еще маленькая бабушка у своего отца. Ей было непонятно, зачем они третьи сутки сидят в лодке и питаются черствыми лепешками и рыбой, которую вылавливают тут же и засаливают.