Катерина Крутова – Огонь в янтаре (страница 8)

Юный рыбак опешил. Что творится в банях, на сеновалах, да под одеялом у мамки с отцом, он, конечно, давно знал. Но сам пока только ладонь по уду гонял в ночи, когда бессонница мучала. Чтоб вот так рядом с живой девкой лежать доселе лишь представлять мог. А она прижалась сильней, обжигая его замерзшее тело своим теплом. Возгар напрягся, но рассудил, что худа не будет, да и от чужого жара немота проходить начала, потому осторожно нащупал впотьмах девичий бок. Несмелую ладонь его тут же подхватили, шустрые пальцы сплелись с его ледяными, а незнакомка, довольно урча, подтянула к себе, вынуждая наваливаться, подставляясь неуклюжей стеснительной тяжести робеющего юнца.

– Помочь или по наитию разберешься? – вновь усмехнулась, откидывая голову. В спутанных волосах янтарными каплями сверкнули искры догорающего костра.

– Сам, – буркнул Возгар, чуя, что как минимум мужское в нем ожило, побороло хладную немоту и потянулось к настырному жару приставучей бестии.

– Ну, сам так сам, – игриво прикусила губу и подалась навстречу, раздвигая бедра, принимая в себя его первый стремительный раз.

Парень очнулся утром. Лохмотья одежды высохли у догоревшего костра. По берегу от грота до полосы прибоя вела цепочка следов босых девичьих ног.

– Уплыла, – решил Возгар, наклоняясь и набирая в ладонь горсть песка. Меж черных крупиц огненными брызгами сверкали осколки янтаря, точь-в-точь как на чудом уцелевшем обереге.

Наемник проснулся, стискивая в кулаке черный драконий коготь. Янтарные бусы были теплыми на ощупь, а тело ныло истомной негой – будто не привиделась ему настырная девка, истребовавшая ласки, а случилось то на самом деле.

– ЧуднЫе дела, – Возгар задумчиво почесал старый шрам на боку – наследство давнего кораблекрушения, забравшего жизни отца и дяди.

*

Ярл Тур – славный муж, на ком сила и правда Вельрики держится. С честью и верой служил Крезу Мудрому, тому, что по счету пятым правителем был от битвы Пепла и Злата. Не искал и не хотел никогда Тур другой судьбы, акромя как живота своего не жалея и хотеек иных не ведая, защищать страну свою и ее люд от недругов и напастей. Оттого, разменяв уж сорок пять зим, ни жены, ни детей не зовел, дружину верных вэрингов за семью почитая.

С той поры, как почил Крез Мудрый, и взошел на престол его сын, сам себя прозвавший Великим, не знает покоя ярл Тур и его войско. Лишь спадает с дорог распутица, да воды Фьордов сбрасывают оковы льда, шлет правитель Вельрики вэрингов в поисках Авадали, страны, что в легендах драконьим логовом названа. Богаты эти походы на добычу, жемчуга и злато, а порой и янтарные россыпи, да только лишь соседей тревожат они, да на границах смуту сеют. Не по душе Туру набеги разбойничьи, будто не славные мужи великой Вельрики, а тать полночная, да не в правилах ярла приказы нарушать.

Так было до той поры, покуда янтарная дракониха, приплодом отягощенная, не спасла вэрингов от неминуемой гибели. Крез же Великий, как прослышал о чудесном спасении и крылатой ящерке, взвился испуганной птахой, задрожал осиновым листом и с пеной у рта приказал найти и убить погань древнюю.

Да только не мог и дальше Тур супротив чести идти, а в приказе Крезовом лишь трусость да страх за шкуру свою признал.

Из песни слов не выкинешь.

Поутру в «Драконьем брюшке» пекли пироги славные на всю округу. Заглядывали за ними и с богатого Купечьего двора, и с открывающихся затемно кузниц. Поговаривали, что и сам Крез Великий любит побаловаться Рёниной ватрушкой с яблоком да мочеными ягодами. А кто попроще довольствовались румяными с капустой или сытными с потрошками. Лепешки, сдобренные смальцем и молодым овечьим сыром, и те не залеживались.

Не тревожа мерно храпящего Тура, Рёна наспех заплела косу, подколола на груди фартук брошами в виде спящих драконов и спустилась на кухню, где стряпухи уже, весело переговариваясь, ставили пироги в печь. С порога заметила вэрингов – юного Мошку и другого, с рудными* (ржавыми, медно-красными) вихрами. Хотела возмутиться, да пригляделась – работа спорилась, а что лясы девкам с парнями поточить захотелось, так в том вреда нет. Говорил в основном старший, Мошка лишь поддакивал, за обе щеки уплетая полбяную кашу из глиняного горшка.

– На моей памяти в третий раз Крез нас по Авадаль шлет. На дает ему покоя обитель первых ящуров, – вещал рыжий. – До самого Меларена дошли, добычу знатную привезли, уж думал, вернусь в родной стад, женюсь на сметливой молодке, вроде тебя.

Вэринг подмигнул зардевшейся стряпухе, та шутливо отмахнулась, склонившись к тесту и пряча на устах довольную улыбку.

– И что помешало, служивый? – Рёна усмехнулась, отметив, как все подобрались, а Мошка и вовсе вскочил с лавки, даром что в пояс кланяться не стал.

– Драконы помешали, вот что, – буркнул вихрастый, недовольный тем, что румяная стряпуха перестала ему лыбиться, стесняясь хозяйки.

– И как, позволь спросить, те, кто сотню лет уж как подохли, помешать могли? – женщина прошла по кухне, пробуя начинки, подмазывая бока поднимающихся пирогов взбитым яйцом, подвигая горшки, стоящие на краю, одним касанием делая хорошее лучшим.

– Не все ящуры сгинули, как оказалось, – брякнул Мошка, но тут же осекся под суровым взглядом старшего. Но осмелел, встретив любопытный взгляд самой младшей из чернавок, драящей в углу здоровый котел. – Своими глазами живую драконицу видел так близко, как вас сейчас.

– Брешешь! – уперев руки в бока, возразила Рёна.

– Да чтоб меня навье племя под полной луной растерзало! – юный вэринг вспыхнул от возмущения.

– Ну-ну! Говорят, терзанья ночных дев не столь страшны, сколь для души пагубны. Вкусивший однажды, на людских баб уж не посмотрит, – рыжий лукаво глянул на понравившуюся стряпуху, наблюдая, удалось ли ее смутить. Та лишь гордо распрямилась и, глянув на хозяйку за женской поддержкой, возразила:

– Те так говорят, кто девки хорошей не ведал.

Вэринг примирительно улыбнулся:

– Мелкий не врет. Мы уже обратный путь держали, как на ладьи накинулся шторм такой силы гнева драконьего, что и бывалые кормчие не видали отродясь. Из пяти лодок две сразу в щепу разнесло – разметало по Фьорду. Темно стало точно ночь непроглядная. Ветер свищет, волна за волной накрывает. Ярл приказал к бортам и мачте привязаться, да только не все ловки как наш воевода. Кого за борт смыло, а кто от страха последний ум потерял. Одно дело врага рубить, лицо его видя, и другое, когда сам Драконий Пращур на тебя гневится. Мошку, вон, Тур что котенка за шкирку выловил, когда тот уже соленой воды до синевы нахлебался.

– Неправда, я за мечом нырнул, – насупился младший вэринг.

– Да хоть за калачом с баранками, без ярла б ты с водяным уже пировал да русалок радовал, – рудный хохотнул, беззлобно хлопая Мошку по спине. Затем огляделся и, довольный увиденным, гордо расправил плечи, выпячивая грудь – все бабы на кухне, включая хозяйку, слушали его с раскрытым ртом.

– Так вот, не видать ни зги, ладьи наши разметало, от дружины невесть сколько осталось, про сохранность добычи уж и думать забыли, как вдруг грохот такой, точно скалы вдоль Фьордов рушатся – то нас на камни подводные бросило и днище пробило. Чую – тонем! Я быстрей к ярлу, стало быть, его спасать, да товарищей выручать…

– Заливай больше! – встрял обиженный Мошка. – Видел я, как ты со страху в борт, как в мамкин подол вцепился!

Рыжий и бровью не повел:

– Говорю ж, соленой воды нахлебался, вот и мерещилось парнишке всякое. Так вот мы с ярлом кого смогли за пояса схватили и тут-то лодка наша ко дну и пошла, и мы бы следом, да только взорвалось черное небо янтарным заревом, словно солнце выглянуло, моргнуть не успели, как уже летим.

– Летите? – молодая стряпуха ахнула, а чернавка отложила котел.

– Чтоб мне с места не сойти! Не как птицы или листья на ветру, а взмываем вверх зажатые в лапах огромного ящура. Каждый коготь размером с кубок, а крылья в размахе – туч не разглядеть! Она нас на берег одного за другим перенесла.

– Она? – Рёна прищурилась. – Ты впотьмах шторма и причинное место разглядеть смог?

Рыжий хмыкнул:

– Не до того было, хоть и любопытно, чем ящерки от баб отличаются. Когда последнего живого из волн достала, стихия унялась и проясняться стало. Солнце вышло из-за туч и в лучах его на просвет во чреве драконьем проступил ящур мелкий, нерожденный. Так и узнал.

– Вон оно что…. – хозяйка «Драконьего брюшка» задумчиво погладила брошь на фартуке. – Значит за этой добычей Крез наемников снарядил и вас отправил.

Вэринги помрачнели и переглянулись между собой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.