Катерина Крещенская – Призрачные гончие (СИ) (страница 4)

Бесконечный коридор, заблокированная дверь, новый поворот и короткий марш-бросок в поиске другого пути. В голове пустота, только сквозь глухой стук в висках, сознания касаются крики, застрявших в каютах пассажиров и погибающих в неравной схватке членов экипажа. Всепоглощающий страх окружающих давит на нервы и мешает адекватно воспринимать происходящее. Холодно.

Не глядя, свернув направо, чтобы срезать путь до капитанского мостика, я чуть было не лишилась головы. Луч, выпущенный из небольшой лазерной пушки, прошел в опасной близости от моего лица, опалив с левой стороны волосы и щеку. Черт! Только этого сейчас не хватало!

Активировав выданное киборгом оружие, я прижалась к стене, досчитала до трех, давая себе небольшую передышку перед следующим рывком, и одновременно с этим сбросила возведенные щиты, готовясь к ментальному удару.

— Куда же ты так спешишь, крошка? Выходи. Будешь хорошо себя вести, может, даже живой оставлю, — зазвучал в паре метров от меня голос молодого парнишки, чуть не снесшего мне половину черепа.

Главное правило любого военного — не играй со своим объектом. Сколько операций было загублено из-за излишней сентиментальности перед «слабым» игроком. А потом этот «слабый» игрок без малейшего сомнения с улыбкой на лице взрывал себя вместе с целым отрядом, унося за грань десятки отличных бойцов.

— А как же принцип не убивать гражданских? — стараясь потянуть время, задала вопрос я.

— Гражданские сидят по каютам и не высовываются, все остальные лица подлежат уничтожению. Прости, крошка, но у меня приказ, — как-то обреченно закончил мой собеседник, а до меня донесся громкий щелчок от перезарядки оружия. Сволочь малолетняя. Умирать сегодня в мои планы точно не входит.

Потянувшись к мужскому сознанию, я коснулась поверхностных мыслей и, не обнаружив привычных для всех ларийцев непреодолимых щитов, одним усилием полностью подчинила себе чужой разум. Прости парень, но сейчас тебе придется побыть моим прикрытием. Осмотревшись, я спряталась за широкой спиной подчиненного налетчика и, как марионетку, повела его за собой к капитанскому мостику корабля. Если этот малолетний придурок сторожил от посторонних коридор, ведущий к управленческой части, скорее всего, мы слишком поздно среагировали на опасность. Хотя, все равно не понимаю, как пираты смогли обойти внутреннюю систему защиты, доказавшую свою состоятельность в сотнях боевых операций.

Сердце кольнуло дурное предчувствие, и я остановилась, не дойдя до нужной двери всего пару метров. Что-то было не так.

Крепко сжав руку своего сопровождающего, я нырнула в его мысли и на пару мгновений выпала из реальности из-за хлынувшего на меня потока откровенного мусора и извращений. Пока отыскала в хламе ценную информацию, думала, возненавижу этого малолетку и собственноручно удушу после разрыва контакта, но ему повезло. То, что мне удалось выяснить, заставило резко изменить курс и забыть о мелком непонимании.

Капитан нашего лайнера сдал корабль без боя. Просто испугался за свою жизнь и решил не бороться. Впрочем, боялся он зря. Его все равно убили. Жалости к подставившему всю команду трусу у меня не возникло. Появился только один вопрос: как спасать ситуацию?

Если центр управления кораблем уже занят пиратами, смысла туда спешить больше нет. Вернуться в каюту и ждать исхода событий? Так я и без этого знаю, что нас ждет. Закроют в каком-нибудь общем зале, выставят ультиматум правителю и будут охранять, до получения ответа. Если Империя пойдет на уступки и переведет деньги — пленных высадят на первой попавшейся планете, нет — распродадут всех на ближайших торгах и отправятся штурмовать новый корабль. Простая безубыточная схема, с полной окупаемостью проекта. Как говорил мой любимый преподаватель: экономика лишена морали, Алексис, и не нам с тобой ее переделывать.

Если бы пару лет назад собственной персоной не участвовала в одной из спасательных операций, я бы сейчас сложила на груди ручки и со спокойной душой, уверенная, что нас обязательно вытащат из этой передряги, вернулась бы обратно в свою каюту. Вот только я была там и все видела. А потому с уверенностью в девяносто девять процентов могу сказать только одно — нас не спасут. Не представляем ценности. Что значит сотня чужих жизней в масштабах целой Империи? Незначительная песчинка, которой можно пренебречь ради достижения обшей цели и спокойствия населения. Округлить до тысячи и списать — именно так поступили с тем туристическим лайнером, произвести выкуп которого не посчитали нужным.

Что же придумать… Быстрым шагом покинув коридор, ведущий к капитанскому мостику, я начала перебирать в голове все возможные варианты нашего спасения, вот только ничего путного не попадалось. Можно, конечно, спуститься к одному из спасательных флаеров и попытаться подать внешний сигнал тревоги через его бортовой компьютер, но что-то мне подсказывает, что этот путь давно перекрыт. Что же придумать?!

Не определившись с дальнейшим планом, я прислушалась к чужим мыслям и едва не выругалась в голос. За мной следили. Вели, как сопливую девчонку, практически от самого блока управления и пытались понять, что же я замышляю. Да уж, хотелось бы и мне это знать. Преодолев еще один пустой коридор под прикрытием подчиненного юноши, спустилась на уровень ниже и, выбрав момент, когда мысли преследователя оказались заняты не мной, нырнула в первый попавшийся технический отсек.

Сердце стучало, как сумасшедшее, руки тряслись от нервного напряжения, но все это казалось такой несущественной мелочью, что я старалась не обращать внимания и четко выполнять выстроенный в голове алгоритм спасательных действий. На счету была каждая секунда. Отключить систему, заблокировать дверь, занять место у боковой стены, где в случае обнаружения не смогут достать лучи лазерного оружия. Короткие выверенные движения, доведенные во время военной службы до автоматизма, позволили справиться с поставленной задачей всего за пару минут.

Прислонившись к холодной перегородке маленькой комнатки, в стенах которой только что добровольно замуровала себя от посторонних, я смогла наконец-то расслабиться и осмыслить происходящее. И так, что мы имеем? Пустое хозяйственное помещение, обеспечивающее в случае аварии доступ ремонтной бригаде к электросетям, и спортивную мужскую фигуру, равнодушно смотрящую куда-то поверх моей головы. Негусто. Впрочем, как говорилось в одной из детских книжек «даже если вас съели, у вас как минимум два выхода».

Что я могу сделать? Вывести из строя систему питания? Ломать — не строить, справлюсь. Вот только боюсь, после моего вмешательства наши шансы на спасение резко приблизятся к нулю.

Поднять экипаж? Не зная число выживших и их настроение, любой боевой план заранее обречен на провал. Да даже если каким-то чудом удастся выяснить эти сведения, кто может гарантировать, что летящий с нами персонал подготовлен согласно всем требования, а не собран из неудачников, неспособных оказать противнику даже малейшего сопротивления. Нет, так рисковать я не готова.

Вот если бы найти какую-нибудь связь с внешним миром или хотя бы старенький усилитель для моего браслета, жизнь стала бы намного проще и понятней. Без особой надежды еще раз осмотрев свое укрытие, я остановила взгляд на подчиненном юноше. Что с ним делать? Прибить жалко, но и отпустить тоже не вариант. Стоит только на мгновение ослабить контроль, и эта махина не задумываясь свернет мне шею или передаст своим сведения о нашем местоположении. Передаст. Зацепившись за эту мысль, я поднялась на ноги и приказала парню сложить на пол все имеющиеся в его распоряжении устройства. Лицо юноши скривилось, по телу пробежала судорога, но он все-таки подчинился. Наблюдая, как юный пират вытаскивает из потайных кармашков десятки разнообразным передатчиков, мои мысли не покидал только один вопрос: почему эта идея не пришла мне в голову раньше?

Ладно, Алекс, потом будешь рефлексировать, сейчас главное выбраться отсюда живой и здоровой.

Выбрав из кучи одно из наиболее мощных устройств, я подключила к нему свой браслет и, проникнув через него в бортовую систему, разослала сигнал тревоги и координаты лайнера по всем сохраненным в памяти каналам связи. Летные патрули, свободные наемники, пролетающие мимо грузовые корабли и частные флаеры — о нашей беде узнают все, но вот помогут ли? Хочется верить, что все это не напрасно.

ГЛАВА 2

Удар. Невыносимый скрежет, от которого заложило уши. Крики паники и обезличенный голос системы, сообщающий о разгерметизации стыковочного отсека. Удар. Стабилизатор гравитации на мгновение дает сбой, и все незакрепленные предметы летят в тартарары. От защитного поля давно остались лишь воспоминания, из-за чего каждое пережитое столкновение с космическим мусором становиться сравнимым с чудом. Страх перед неизвестностью сдавил сердце. Мне хотелось кричать, но, прикусив один раз язык, я надолго замолчала, изо всех сил стараясь не поддаваться общей панике. В моей маленькой западне не оказалось ни одного иллюминатора, поэтому о происходящем вокруг приходилось догадываться по обрывкам чужих мыслей, из которых было понятно только одно: на эскадру кораблей, захвативших нас пиратов, напал никому неизвестный отряд вольных наемников. Он появился из пустоты, как призрак, когда никто из десятков запертых в каютах туристов уже не ждал спасения. Когда по сдавившей тело перегрузке, стало понятно, что мы совершили межгалактический прыжок и потерялись на просторах бескрайнего космоса. Когда в головах большинства поселилась крамольная мысль оборвать свою жизнь здесь, на корабле, а не в лапах захватчиков… Когда даже я перестала ждать.