Катерина Кит – Сорванный цветок (страница 6)

– Здравствуйте. Нет, что вы! Это невозможно! Вы меня с кем-то перепутали, – попыталась я улыбнуться и посмотрела на мужчину с немой мольбой во взгляде.

– Может быть, кажется, я видел кого-то похожего в деревня рядом, – поджал он губы и промолчал, кажется понимая, что я хотела ему сказать, – Значит вы, Ева, счастливая невеста и во всю готовитесь стать женой? Говорят, что для любой девушки свадьба – один из самых важных дней в жизни, о котором она мечтает с самого детства.

Упоминание о предстоящем торжестве в миг испортило все мое настроение и я до боли закусила губу, понимая, что я просто не имею права на то, чтоб сказать, что я действительно думаю и чувствую.

– Да! Уж как мы готовимся, так это караул! Столько всего надо успеть сделать! А времени осталось совсем ничего! – отец как-то пытался поддержать разговор вместо меня, потому что я лишь сидела и смотрела в такие притягательные глаза, от которых просто нельзя было оторваться.

– Будете устраивать девичник – приглашайте, с удовольствие приду.

– Ни о каком девичнике даже и речи идти не может! – громко возразил отец на слова своего гостя, – Дамир против этого! Никаких вечеринок и гулянок! И уж тем более без присмотра! Обязательное условие жениха – невеста должна быть абсолютно невинная, нетронутая и нецелованная!

– Что, совсем? Даже нецелованная? – мужчина усмехнулся, а я отчаянно покраснела, сходя с ума от смущения! Неужели обязательно разговаривать на такие интимные вещи?! В данный момент я опять почувствовала себя безвольной вещью без права на голос, чувства и желания. Мне казалось, будто и Степан сейчас надо мной насмехался! И я дико разозлилась на него! А ты что думала, Ева? Глупая! Он такой же, как и все они! Как и твой родной отец, как и твой жених! Все одного поля ягодки! Позволяют себе открыто разговаривать на такие сакральные для меня темы в моем же присутствии!

– Абсолютно! Иначе и быть не может! – продолжил Эдуард Вениаминович дебаты со своим гостем таким будничным тоном, будто бы они разговаривали не о моей девственности, а о том, в каком магазине курица свежее!

– Ева, скажите пожалуйста, где вы все это время прятались? К тому же, если еще и учесть столь насыщенную жизнь вашего отца и постоянное присутствие поблизости целых толп разных парней. Сколько вам лет? – продолжил издеваться надо мной мужчина.

– Вообще-то, у девушки неприлично спрашивать про возраст, – огрызнулась я, насупившись.

– Да… двадцать три года назад, когда Ева только появилась на свет, была совсем другая жизнь, мне тогда даже и пятидесяти не было – совсем еще молодой! – отец что-то говорил, но Степан на него совсем не смотрел, он ни на миг не прекращал прожигать меня своим взглядом.

– И вообще, я сюда переехала, собственно, как и познакомилась с отцом, совсем недавно, меньше года назад, сразу после смерти мамы, – решила зачем-то уточнить я.

– Соболезную, – проговорил мужчина кажется вполне искренне.

– Ну, Ева конечно слегка утрирует! Мы с ней встречались и до этого! – попытался реабилитироваться отец после моих неосторожных слов, которые совсем расходились с официальной версией, преподнесенной на всеобщее обозрение сразу после моего сюда переезда. А потом хозяин дома вдруг резко подорвался и вскочил на ноги, глядя на часы, – Ну и ну! Уже оказывается так много времени! Уже совсем скоро к нам приедет Дамир со своим отцом!

– Да, в этом вы, Эдуард Вениаминович, точно правы – мне пора.

Мужчина наконец отвел свой взгляд и уже больше на меня не взглянул, даже когда прощался с отцом и проходил мимо меня к двери, будто в миг теряя ко мне всякий интерес. Ну а я осталась наедине со своим отцом, который без посторонних глаз теперь смотрел на меня так, словно хотел испепелить одним лишь взглядом.

Глава 8.

Хозяин дома набрал полные легкие воздуха и, по всей видимости, подавил подступившую волну сильной ярости и гнева, выдавив из себя всего одну фразу.

– Быстро в мой кабинет, – и ушел, оставляя меня в звенящей тишине.

Ото всюду доносились отголоски звуков: что-то там обсуждала охрана в коридоре, на кухне уже начинали готовить ужин, ну а я дала себе всего несколько секунд прийти в себя. Стоило ли это того? Стоило ли лишний раз злить отца ради короткой встречи с абсолютно чужим человеком, которому на меня точно плевать. Ну поцеловал! Ну и что? Мало ли кого он там еще целует! Никому я не нужна со всеми своими проблемами! А каждый раз, когда родитель вызывал меня к себе в кабинет на серьезный разговор, я чувствовала себя, словно иду на Голгофу.

С тяжелым сердцем, но я заставила себя подняться с дивана и поплелась негнущимися ногами в дальний конец коридора. Отец уже сидел в своем массивном, кожаном кресле за столом, сложив руки домиком и глядя перед собой, как он это всегда делал, когда ждал меня. Он очень редко смотрел на меня, а уж пересечений наших взглядов вообще можно было наверное пересчитать по пальцам одной руки.

Аккуратно прикрыв за собой дверь, я встала на ковер напротив большого стола из темного дерева и приготовилась слушать, скрепив пальцы в замочек и выстраивая невидимый барьер для самозащиты.

– Скажи мне пожалуйста, Ева, ты и правда до такой степени глупа и наивна и думаешь, что я не знаю о всех твоих выходках? Что ты таскаешься в парк и в кино со своей подругой после занятий? Что торчишь у нее явно не только для того, чтобы делать уроки, заниматься и готовиться к экзаменам? Неужели ты еще не поняла, что все в этом доме и со всеми, кто в нем живет, происходит лишь только если я этого захочу или позволю произойти? И что абсолютно везде есть мои глаза и мои уши? И что даже муха или крыса не пролетит и не пробежит ни внутри, ни снаружи моей территории без моего ведома?

На несколько мгновений воцарилась тишина – не знаю, может быть мужчина и правда ожидал, что я буду отвечать на его вопросы? Но я как обычно выбрала самую правильную тактику – молчать и делать вид, что я каюсь. А что еще мне оставалось? А пока он молчал и вроде бы как нагнетал обстановку, я подумала о том, что пока что отец ничего не сказал ни про мой побег к озеру, ни про случайную встречу с его знакомым, ни про поцелуй! А уж если бы он о нем узнал, то точно бы начал с этого! Значит, получалось, что не так уж он был и вездесущ, как сам думал и рассчитывал. И даже не только ли муха или крыса, тут целая я порой все-таки делала то, что хотела. И моя сегодняшняя проделка перед гостями и начальником охраны это только лишний раз подтверждала!

– Я здесь главный! – вдруг громко крикнул мужчина, выходя из себя, и с силой хлопнул ладонями по столу, заставляя меня от неожиданности не только ли вздрогнуть, а даже подпрыгнуть на своем месте и испугаться, – и ты будешь меня слушаться и делать так, как я говорю, а иначе…, – понизил он голос и повернул голову в мою сторону.

И тут он все же заглянул в мои глаза. И от его холодного, колкого взгляда я вся сжалась, а внутри пробежал холодок. Фразу он так и не закончил, но я конечно же догадывалась, что ничего хорошего там быть точно не могло. Но потом он вдруг усмехнулся и вообще, кажется, даже немного успокоился, сменил гнев на милость и неожиданно повеселел.

– А впрочем, твоя такая невинная шалость сможет пойти мне только на пользу, – проговорил он задумчиво, почесывая пальцами острый подбородок с короткой бородкой с проседью, а потом вдруг ехидно рассмеялся, – Как он на тебя смотрел, а? Как завелся! Понравилась! Даже, кажется, и о деле то совсем забыл. Ты ведь видела? Вы, бабы, всегда это чувствуете, когда мужики вас хотят.

Мужчина резко поднялся со своего места и подошел к окну, скрещивая руки на груди и вглядываясь вдаль.

– Ты ведь наверняка слышала о том, что послезавтра состоится сходка. Она для нас очень важна, в особенности сейчас. При удачном раскладе мы закроем очень давний гештальд. И ты мне в этом поможешь! – сказал он вкрадчиво и подошел ближе, останавливаясь напротив и глядя на меня сверху вниз.

– Что? Я? – наконец нарушила я свое молчание, совсем не понимая, что происходит и что от меня хочет отец.

– Ты! Я решил взять тебя с собой на встречу. Когда мы приедем и как только я дам тебе знак, ты подойдешь к Степану и попросишь его отойти с тобой, уединиться, понимаешь? Тебе нужно будет увести его подальше и задержать хотя бы минут на пятнадцать – двадцать. Этого должно быть достаточно.

– Но…, – растерялась я и почувствовала приближающуюся панику, – почему вы так уверены, что он пойдет со мной?

– Пойдет! Еще как пойдет! Он молодой, ты красивая, ты ему понравилась, а если ты и послезавтра будешь так же, как сегодня, пялиться на него такими же глазами недоенной коровы, то он точно поведется – мужики это любят. И да, не забудь как-нибудь поинтереснее для него одеться, не в такое черепное платье, словно ты монахиня, – брезгливо и раздраженно указал на мой наряд мужчина, – а что-то более открытое и соблазнительное.

– И о чем же мне с ним разговаривать эти пятнадцать минут? Как мне его задержать? – от нервов в горле даже комок встал, а тело начало пробивать дрожью.

– Слушай, ты как будто бы и не баба вовсе! Ну не мне же тебя учить! – сморщился он, возвращаясь на свое место за стол, – пофлиртуй с ним, пококетничай, глазки построй. Главное – уведи и задержи. Но смотри, не заигрывайся! Далеко не заходи и трогать себя не давай! Помни о том, что ты невеста и без пяти минут жена Дамира. И о том, какой у тебя жених и какие у него запросы тоже не забывай! Как только я решу все свои вопросы, я пришлю за тобой человека. Кстати о визите Хансуваровых, Дамир изъявил желание познакомиться с тобой сегодня лично! И еще… скорее всего на днях тебя еще раз осмотрит врач, так что будь готова и… Дамир тоже будет присутствовать на осмотре, – добавил он невзначай, словно в этом и нет ничего такого.