Катерина Кит – Согрей моё ледяное сердце (страница 2)

– Ай-ай, ногу больно, – запищала я, с силой сжимая мужские руки.

– Садись обратно, кнопка, сейчас посмотрим, – встав передо мной на колени, парень без труда достал из сугроба одну мою ногу, а вот у второй конек прочно застрял где-то глубоко под снегом, – надо его снять, так не получится достать.

Мужские пальцы ловко распутали шнуровку, а потом парень высвободил мою ногу из конька, который так и остался торчать во льду. Стянув с шеи черный, вязаный шарф, хоккеист обмотал им мою ступню в одном легком белом носочке с милыми розовыми котиками, выпустил из теплых рук и тут же принялся разгребать снег и вызволять на волю второй мой конек.

Глядя на парня, я начала припоминать, что видела его и раньше в нашем универе. Но мы с ним практически не пересекались, ведь он учился на последнем курсе и, кажется, на факультете Физической культуры и спорта, ну а я была зеленой второкурсницей. Он был достаточно популярной персоной, ведь являлся капитаном нашей команды по хоккею. И такие, как он, чувствовали себя настоящими хозяевами нашего универа – им было очень многое дозволено, ходили даже слухи, что некоторым особо ценным студентам просто так, без сдачи, ставили зачеты и оценки за экзамены, ведь в те моменты они были на своих тренировках, сборах и матчах. И сейчас, когда этот наглый тип с полной уверенностью и без задней мысли заявил, что я, видите ли, должна была уступить ему дорогу, он только подтверждал свою славу заносчивого и высокомерного хама. Хотя, надо сказать, что я была ему крайне благодарна за то, что он не бросил меня тут одну.

К этому времени вокруг нас уже собралась целая толпа зевак, и многие из них были из нашего универа и прекрасно знали нас обоих. С превеликим интересом они наблюдали за тем, что там у нас происходит и отпускали разного рода комментарии, от некоторых из которых мне становилось, откровенно говоря, не по себе.

– Ну, ты даешь, Кирилл! Не успел познакомиться с девушкой, а уже стоишь перед ней на коленях! – заливался смехом какой-то белобрысый парень, по всей видимости его либо друг, либо соратник, ведь на нем были такие же перчатки и наколенники.

– Отвали, Лёх! – тут же ощетинился парень.

– Да ладно тебе, не агрись! Я одобряю твой выбор! Очень даже ничего! – на этих словах он подмигнул мне, а я лишь сильнее нахмурилась, надеясь, что уже очень скоро я перестану быть центром всеобщего внимания, потому что такое состояние не было для меня обыденностью.

– Это просто новый вид ухаживаний, чтоб затащить девчонку в койку! – донеслось со стороны.

– А Милана уже знает, что у нее есть соперница? – при упоминании этого имени внутри меня все вскипело, ведь это она и была виновата в сложившейся ситуации. А при мысли о том, что этот самый Кирилл, стоящий сейчас передо мной на коленях, являлся ее парнем, внутри меня разлилась совершенно непонятная досада и протест. Как эта противная мымра может ему нравиться? Ведь она же совершенно несносная! Хотя, если задуматься, может быть эти двое и правда друг другу подходят? К тому же, этому сероглазому красавчику наверняка все равно на внутренний мир его девушки, а значение имеет лишь внешность. А с этим у Миланы точно не было проблем – она красивая. И даже очень, высокая и стройная, яркая и эффектная блондинка с длинными волосами и ногами от ушей, словно только-только сошла с обложки журнала. И рядом с ним смотрелась очень даже гармонично.

– Надо ее позвать! Пусть полюбуется! – отозвались доброжелатели.

Но надобности в том, чтоб кого-то звать уже не было, ведь девушка и сама уже успела потерять и найти своего благоверного.

– Кирилл, что ты тут делаешь? – ахнула она, когда растолкала толпу, а перед ее взором предстала вся картина маслом.

– А что, незаметно? На что похоже? Наверное, танцую, или рисую, – огрызнулся он, не глядя, но она ничего не ответила, а лишь закусила губу от недовольства и промолчала, прожигая меня яростным взглядом, полным желчи и презрения.

Как раз в этот момент мой конек наконец-то поддался и был освобожден. Кирилл сам обул и зашнуровал меня, невзирая на смешки со всех сторон, а потом поставил на ноги. Без слов он поднял осколки своей клюшки и уехал, а за ним и его пассия. Толпа быстро рассосалась и ко мне подъехала взволнованная Соня.

– Ты где была все это время? Я тебя потеряла! Стоило оставить тебя на каких-то пару минут, как ты сквозь землю провалилась! Кстати, не знаешь, что здесь за столпотворение было?

– В меня Кирилл врезался и… неважно, – тяжело вздохнув, я ощутила странное послевкусие на губах от того, как произнесла имя парня.

– Врезался? Как это неважно? Еще как важно! – ахнула девушка.

– Соня, пожалуйста, пошли домой, я вся мокрая и замерзла, – пожаловалась я, а подруга не стала сопротивляться, но по дороге домой все же не уставала выпытывать у меня подробности того, о чем было абсолютно нечего рассказывать.

И лишь только тогда, когда я зашла в свой подъезд, я обнаружила в руках черный, вязаный шарф.

Глава 3.

Первое, что я сделала, когда пришла в понедельник утром в университет, это посмотрела расписание занятий группы, в которой учился Кирилл. Предстоящая встреча непонятным образом волновала и тяготила меня, а сам факт того, что мне придется с ним заговорить, вводил в ступор. Поэтому мне хотелось избавиться от этого тревожного состояния как можно быстрее и вернуть парню его вещь еще до начала занятий.

Но началась уже вторая пара, а тщательно упакованный сверток с шарфом так и лежал в красивом бумажном пакетике с изображением снеговика, который я купила специально для такого случая. И почему я так волнуюсь? Тоже мне, слишком много чести, чтоб перед встречей с ним так трястись и переживать! Вот начнется большая перемена – сразу его найду! Не хватало еще растягивать это удовольствие на два дня!

С момента начала урока прошло уже минут десять, а преподавателя все не было, так что сидящая рядом со мной Соня уже даже начала переживать, ведь как раз сегодня с особым усердием подготовила домашнее задание. А вот мне такой расклад был только на руку, ведь я не сделала совсем ничего из того, что нам задали, потому что целый вечер вчера трудилась над подарком для мамы на день рождения. Сегодня ей исполнялось ровно сорок лет, и я с нетерпением ждала вечера, чтоб ее поздравить.

Перебирая в голове строчки разных стихотворений и песен, я придумывала торжественную речь, которая в полной мере сможет отразить все мои чувства и любовь к маме. И даже не сразу поняла, что остановившаяся передо мной Даша в компании с двумя другими девочками из нашей группы, смотрит именно на меня и своим многозначительным взглядом явно пытается привлечь к себе внимание.

– Ну что, Уленька, колись! Что у тебя с этим красавчиком?! Сильно сомневаюсь, что Кирилл Лебедев стал бы с кем попало так сюсюкаться! – она говорила так громко, что все ребята вокруг сразу притихли, заинтересованные предметом нашей беседы, и стали прислушиваться.

– Ничего у меня с ним нет. Что за глупости? Я говорила то с ним позавчера впервые! – ответила я изумленно, удивленная тем, как вообще подобные мысли могли прийти кому-то в голову.

– Да ладно тебе! Рассказывай! Все мы видели, с какой нежностью и заботой он грел тебе ножку! Я аж чуть не упала от этой картины! – сказав это с придыханием, она расплылась в широкой улыбке и наклонилась ко мне ближе, надеясь, что я все же поделюсь с ней хоть какими-то пикантными подробностями, только вот делиться с ней мне было абсолютно нечем.

– Ого-го! Ну, ничего себе!

– Вот это новости! Вот это повороты!

– Мы требуем подробностей! – со всех сторон начали доноситься смешки, комментарии и улюлюканья, а мои щеки вмиг стали ярко-пунцовыми.

– Ты смотри, аккуратнее, Уля, а то Миланка тебе все глаза выцарапает! – посоветовала мне Дашина подружка.

– Да уж, ты конечно нашла, у кого парня уводить! – поддакнула вторая.

– Да не собираюсь я никого и ни у кого уводить! С чего вы все это взяли?! – нервно взбрыкнула я, поднимаясь со своего места, чтоб быть на одном уровне с девочками, и скрещивая руки на груди.

– Да ладно, мы же тебя понимаем, – понизив голос, добавила Даша, – Кирилл очень даже лакомый кусочек.

– Да… настоящий самец! – поддакнули ее подпевалы.

– Прекратите! Хватит! Это уже не смешно! – закричала я так, чтоб было слышно всем.

К этому моменту у меня горели не только щеки, но и, кажется, все лицо, а я уже готова была ругаться с девчонками, чтоб они заканчивали нести глупости, ведь именно так и разносятся небылицы, сплетни и слухи. А потом доказывай всем, что ты не дурак!

Как раз в этот миг дверь открылась, а в аудиторию зашел профессор. Ну, и он конечно же услышал именно мой громкий вопль. Так что по вине Даши и ее подружек я теперь не только рисковала подвергнуться перешептываниям и косым взглядам за спиной, но и к доске вызвали тоже меня, как главную нарушительницу порядка.

А когда я вернулась на свое место с новенькой и свежеиспеченной «парой», моя подруга мне еще и предъяву кинула – склонившись к моему уху, она яростно зашептала, совсем не задумываясь о том, что мне было совсем не до чего.

– А мне ты таких горячих подробностей не рассказывала!

– О чем ты, Соня? – уныло хныкнула я.

– О том, что Кирилл Лебедев тебе чего-то там грел! Почему я, как твоя лучшая подруга, должна узнавать это от других и самой последней?