Катерина Келлар – Ещё одна жизнь Эвы (страница 2)

– Еще нужен укороченный пиджак, если будет холодно, и, конечно же, лодочки! Та-ак, где мои любимые? – открыла я дверцы обувницы, блуждая взглядом по полкам.

Макияж я сделала еще в обед, так что сборы не отняли много времени. Закрепив волосы лаком и надев жемчужные серьги, я спустилась на первый этаж. Оливия и моя мачеха Мэри уже ожидали отца, перешёптываясь.

Сестра выбрала романтичный и невинный образ – нежно-голубое платье из струящегося шифона и лаковые белые туфельки, напоминающие школьные. На её фоне я мгновенно почувствовала себя более сексуальной.

Мы обе были красивы, но по-своему. Я всегда завидовала её черным до пояса волосам, как у Мэри. Даже прошлась по всем полкам в ванной комнате в поисках чудо-бальзама, из-за которого их волосы блестели, словно в лунном свете, но, кажется, это просто генетика. Олив же не скрывала, что считает мою фигуру и рост идеальными, ведь ей чудилось, что она чересчур высокая. Единственное, что у нас было общим, – это цвет глаз, доставшийся от отца, и его же эгоизм.

– Хорошо выглядишь, – произнесла Мэри с некой сдержанной улыбкой, оценив моё платье.

Эта женщина воспитывала меня с самого детства, но поскольку Оливия была их с отцом дочерью, а Кристен – от её первого брака, я, конечно, не могла рассчитывать на ту же любовь и внимание, что и мои сестры. И всё же меня вполне устраивала моя мачеха. Она не вмешивалась в мою жизнь с непрошеными советами и не пыталась выставить меня из дома с помощью лжи и интриг. Она даже поделилась со мной некоторыми женскими секретами и хитростями. Учила как правильно пользоваться косметикой, культурно вести себя в обществе, подбирать вещи. Мэри всегда выглядела превосходно и была достойной спутницей моего отца, обладая грацией и безупречными манерами. Её косая чёлка подчёркивала красоту лица, а карие глаза всегда светились от счастья, пусть порой и фальшивого. Думаю, я неосознанно также переняла у неё привычку улыбаться, даже когда на душе неспокойно.

– Спасибо, Мэри, – ответила я. Несмотря на все, что нас связывало, я ни разу не назвала её мамой. Не сорвалось с языка даже в счастливые моменты. – Вы тоже красивы. Обе.

– Вы мои золотые девушки, – раздался позади голос моего отца. Впервые за пару лет я видела на его лице улыбку, но интуиция подсказывала мне, что его фраза буквальна, и мы с сестрой ценны, как ресурс, которым можно торговать.

В свои пятьдесят два года отец оставался подтянутым. Пусть у него и не было достаточно времени для занятий в тренажёрном зале, роль сыграло правильное питание, которое он навязывал окружающим. Густая седина на волосах придавала только шарма, а его надменный вид заставлял окружающих не только уважать, но и бояться Томаса Дэвидсон. И признаться, я сама не хотела бы быть ему проблемной дочерью. Опасно и чревато последствиями даже для меня.

– Здравствуй, пап, – поздоровалась я, даже не сделав к нему и шагу. Мы не обнимались и не говорили, что скучаем. Такие проявления эмоций были лишними в нашей семье. Это с лихвой, казалось бы, восполнялось роскошными бутиками, ресторанами и престижной карьерой. К счастью, время, когда мне необходимо было поплакаться маме или папе, прошло. Этот тяжелый подростковый период я преодолела в компании моей бабушки со стороны отца – Кэролайн. Её мягкий нрав и доброе сердце помогли мне выжить в этой холодной семье.

– А где Кристен? – поинтересовалась я, не увидев сводной сестры у выхода. Она была светлым пятном в нашем семействе из-за яркого блонда, который достался ей от биологического отца.

– Кристен приболела, – ответила Мэри и, бросив обиженный взгляд на супруга, натянула улыбку. Вероятно, её старшую дочь просто не ждали на этом ужине.

– Нам, кажется, пора.

Десять минут дороги показались вечностью из-за нарастающей интриги и волнения. Но, когда я увидела это уходящее в звёздное небо стеклянное здание, странной витиеватой формы, я сразу же вспомнила, что я Дэвидсон и беспокоиться мне совершенно не о чем.

Как я и надеялась, встреча была не в узком семейном кругу, а с Эттвуд. Глава их семейства Гарри, как всегда, надел классический графитовый костюм, а его супруга Хелен не изменила своей любви к шелковым платьям. Казалось, что они и не переодевались с последней нашей встречи около месяца назад.

К столу прошёл Кевин, засучив рукава своей рубашки и демонстрируя рельефные мышцы. «Идеал!» – простонала я мысленно, оценив его с головы до ног. Белоснежная льняная рубашку, бежевые брюки и начищенные до блеска коричневые ботинки. Как же умело он подбирал образы. Еще и его лёгкая ухмылка сводила с ума. Он как будто сошёл с кинокартины про плохишей, в которых хоть раз влюблялась юная девочка.

– Добрый вечер. Прошу к столу, – улыбнулся Гарри, отодвинув стул для Мэри. За мной и Оливией поухаживал отец.

«Мы и впрямь выглядим как хороший тандем», – подумала я о Кевине, присев за длинный стеклянный стол, украшенный композициями живых цветов, названия которых я даже не знала.

Первые полчаса мы обменивались любезностями и наслаждались разнообразием меню ресторана. Я была и впрямь впечатлена форелью в нежном сырном соусе, хоть не особо её любила. И когда Гарри заказал бутылку самого дорогого вина со словами «Пора перейти к новостям и отметить», я отложила столовые приборы в ожидании. Честно признаться, я нервничала, но не потому что боялась потерять надежду на брак. О нет! Я боялась проиграть этого красавчика сестре.

– Мы ждем еще кого-то? – удивилась Мэри. Официант принес дополнительный бокал для вина и тарелку к пустующему месту.

– Да, – ответил мой отец, что меня смутило сразу же. Кто же ещё должен быть на столь важном вечере?

– Ах, вот и он, – устремил он свой взгляд на вошедшего.

Общество требовало от нас сдержанности, поэтому никто в нашей семье не обернулся, чтобы посмотреть на гостя. Хотя терпение мне было чуждо, так что я еле заметно рыпнулась, но все же не увидела незнакомца, пока он не присел прямо напротив меня.

Казалось, что я не видела его раньше, но он тоже был хорош собой, разве что чуть старше и выше Кевина. Серая водолазка, черные брюки и кожаные кеды – этот парень тоже неплохо одевался. Он уставился на массивные часы на своей руке, словно проверив, не опоздал ли, а потом поднял на меня взгляд, и я смогла рассмотреть его. Идеальный, словно выточенный нос без горбинки, как у Гарри, уложенные на бок тёмные, почти что чёрные волосы и легкая щетина, которая делала его скулы острее из-за четких линий. А его густые нахмуренные брови и молчание намекнули, что на встречу он пришел не по своей воле.

– Хотел бы представить вам моего старшего сына, Кристофера, – торжественно произнес Гарри, и все Дэвидсон, кроме моего отца, были крайне удивлены.

– Кри-стофер? – переспросила удивлённо Мэри. – Я помню тебя еще совсем мальчишкой. Ты очень возмужал.

– Да, он совсем взрослый уже, – улыбнулась Хелен, не дав сыну даже поблагодарить Мэри за комплимент.

Я взглянула на парня напротив с настороженностью. Я чувствовала какую-то угрозу, потому что он возник совсем внезапно. И вскоре мой отец подтвердил мои опасения.

– Сегодня я хотел бы огласить наше с Томасом решение о союзе наших прекрасных семей, – произнес Гарри, наблюдая за нашей реакцией. Мы же ожидали продолжения, так что молчали. – Нашему Кевину, несомненно, пора жениться…Но, к моему сожалению, он уже отдал сердце юной Кейтлин Конуэл. И так как этот союз, как бы ни звучало, мне тоже важен, я решил не разлучать юных влюбленных.

«Что?!Но…как же? Почему?» – череда мыслей обрушилась на меня, но внешне я выдала лишь легкий непринуждённый вздох. Показывать разочарование? Не в моём стиле.

– Но…, – продолжил мой отец. – У нас есть еще два прекрасных претендента на счастливый брак. Кристофер вернулся как раз вовремя, – ухмыльнулся он. – А моя несравненная, с характером, дочь Эва – лучшая для него кандидатура.

И тут я не сдержала внутренней истерики.

– Что?! – взвизгнула я и тут же прикрыла рот рукой, осознав, каким громким оказалось моё возмущение.

– Ну вот, я же сказал. С характером, – усмехнулся отец.

Мой взгляд молил, чтобы это всё оказалось розыгрышем, но Кристофер был совершенно не удивлен этому объявлению, не сменив безразличного выражения лица, и я поняла – мне предстоит стать его женой.

***

Всю дорогу домой я молчала, но внутри кипела от ярости. Как только мы вошли, отец направился в свой кабинет, который, казалось, вечно и надёжно скрывал его присутствие в доме. А я прошла за ним, и, едва закрыв дверь, взорвалась гневом.

– Почему?! Почему я…С этим?!

Я редко позволяла себе дерзить, но сейчас меня слишком поражала бесчеловечность отца. Да, я бы свыклась с мыслью о фиктивном муже в лице Кевина, ведь его я знала хоть отчасти, но этот человек был незнакомцем для меня.

– Успокойся, Ева! – отец стукнул по деревянному столу ладонью.

– Эва! Я Эва!

Меня разозлило то, что он не считается с моим мнением вплоть до имени, которое я выбрала. Мне хотелось тоже ударить по этому проклятому столу, только посильнее, чтобы его тонкие ножки, наконец, надломились. Будь мне десять, шестнадцать или двадцать лет, отец отчитывал меня, сидя за этим столом. Меня уже тошнило от этого тёмного дуба.

– Хорошо, Эва…Я понимаю, ты расстроена. Ты же хотела замуж за другого брата, – вскинул он бровью. – Я это видел отчетливо…Да и ты ясно дала понять, что готова к браку по расчету. Ты и Кевина толком не знаешь, а Кристофер куда умнее и мужественнее его. Никто не посмеет обидеть тебя, ведь ты будешь под защитой двух важных семей.