Катерина Алёшина – Враг мой. Один на один с драконом. (страница 6)

Она, заплаканная, что-то говорила, он понял лишь несколько слов: просила не убивать. В устах носителя языка слова звучали не так, как их учил Кай. Звуки быстро сменяли друг друга и, приглушённые рыданьем, были непонятны. Кай недоволен собой и не уверен в своём решении. Раздражение нарастало. К тому же он очень устал, последние силы ушли на шакалов. Сначала грубо толкнул женщину прикладом в спину, обошёл её и многозначительно прижал палец к губам. Потом, припомнив слова, произнёс:

– Молчать. – И после долгой паузы добавил: – Я спрашивать, ты говорить. Я не спрашивать, ты молчать.

Он рывком поднял её на ноги и толкнул вперёд.

– Идти, – сказал дракон.

* * *

Стемнело. Косые лучи чужого солнца уже едва освещали лес. В низине ущелья было ещё темнее. Многие растения излучали тусклый свет, что создавало удивительную, причудливую картину и в то же время помогало ориентироваться в пространстве.

Кай злился. Его раздражала медлительность женщины и то, что им не удалось найти достаточно пологий склон, чтобы взобраться на него. В лесу было бы безопаснее. Сумерки наступили как-то неожиданно быстро, и Кай опасался того, что могла скрывать темнота. Шакалы уже не казались ему самой большой угрозой. Он, словно зверь, чувствовал опасность.

Планета обманчива, её пригодность мнимая. Она не породила разумных существ или, быть может, уже убила их. Дракон знал слишком мало о месте, где оказался, и это ему не нравилось.

Женщина всё чаще спотыкалась. В какой-то момент она упала и не смогла встать. Кай поднял её за шкирку и потащил. Дракону и самому было тяжело идти. К тому же он нёс рюкзак и оружие землянки. От усталости даже жажда и голод притупились.

Наконец он завидел корабль. По счастью, пока они не встретили ни шакалов, ни кого бы то ни было ещё. Тёмный силуэт корабля приближался мучительно медленно. Через несколько минут Кай поймал себя на том, что сравнивает землянку с драконицей. Лицо её было вполне обычным и походило на лица драконьих женщин, разве что мягкое, как у ребёнка, и совсем без чешуи. Абсолютно белые волосы выбились из косы и крупными прядями падали на лицо. У драконов не бывает таких бесцветных волос. Из-за этой бесцветности ёё волосы казались ему непримечательными. Хотя Кай подметил, как красиво они сочетаются с лицом.

Человеческая женщина не вызывала брезгливости или отвращения, и это раздражало Кая. Человек жесток, первобытен, отвратителен. Человек – раб примитивных желаний, враг, разрушающий всё вокруг себя, антипод дракона. Он знал это, но не чувствовал. Это вызывало смятение в его душе. Кай ощутил острую потребность принять интру.

Останавливаться не было смысла, они почти пришли. Женщина молчала, только дышала тяжело и шла с трудом. Дракону приходилось то поддерживать её, то тащить.

Внутри корабля Кай почувствовал себя лучше, принял дозу интры, утолил жажду и больше не думал о том, как землянка похожа на дракониц. Женщину он связал более основательно и усадил прямо на пол. А сам развернул пилотское кресло и сел в него, занимая тем самым доминирующее положение. Когда дракон пил, женщина смотрела такими глазами, что он не выдержал, подошёл, поднёс бутылку к её губам. Землянка жадно пила, потом отстранилась. Кай вернулся в кресло и, глядя сверху вниз, начал:

– Твоё имя?

– Анна.

– Кто ты? – спросил он, имея в виду звание.

В ответ полилась бесконечная путаница звуков. Землянка говорила быстро и сбивчиво. Кай не понял и половины и снова почувствовал раздражение.

– Тардус! – вырвалось у него.

Анна словно догадалась, стала медленно повторять, делая долгие паузы между словами:

– Я медицинский работник, врач. Работаю на станции.

Она собиралась продолжить. Но Кай резко прервал её. Он понимал слово «врач». Землянка говорила, что лечит людей. Вот только в человеческих кораблях всегда два пилота.

Кай неохотно поднялся, подошёл к ней и с размаху влепил пощёчину.

– Говорить правда! – прокричал он.

Удар получился сильным, отчего щека её покраснела, а губа треснула. Кай ожидал увидеть испуганный взгляд, как в ущелье.

Анна, связанная по рукам и ногам, неожиданно ловко поднялась, опираясь на стену, чем немало его удивила, и заорала:

– Ящерица бестолковая! Что думаешь, буду терпеть и бояться? Говори, когда прикажу. Молчи, когда прикажу. Да пошёл ты! – она смачно плюнула в сторону дракона.

Он замахнулся, но не ударил. Женщина смотрела зло, прямо ему в глаза. Страх отчётливо читался на её лице, но и ярость тоже.

Кай думал, что ей следовало бы заткнуться. Он не понимал и половины слов, но чётко уловил агрессию и оскорбления в свой адрес. «Ящерица» – так говорили люди, пытаясь обесценить всю мощь драконьей расы. Это маленькое земное животное, которое Кай никогда не видел.

– Зачем всё это? – Анна указала взглядом на свои связанные ноги. – Что, думаешь, убегу?

Он схватил её за горло, прижал к стене.

– Я могла тебя убить, – медленно, почти шёпотом проговорила она, – там, где были эти твари. Но не стала.

Корабль, будучи значительно просторнее человеческого, сейчас казался Каю тесным для двоих. Последние слова сказаны намеренно чётко и медленно, и он их понял.

Кай приблизился к землянке так, что их носы почти касались.

– Я спрашивать, ты отвечать. Ответ правильно – ты жить, – сказал он.

Кай выждал, глядя землянке в глаза, потом отпустил её и отошёл. Раздражение в нём снова нарастало. Ему казалось, что терпение вот-вот лопнет. Дракону сложно было сконцентрироваться. Он чувствовал, что голоден и совсем устал.

Кай снова сел в кресло. А землянка сползла по стене, села на пол. Он спрашивал. Она отвечала медленно, находя синонимы непонятным словам. Дракон не доверял женщине, но решил сначала послушать, а уж потом переходить к допросу с пристрастием.

Из того, что Кай понял, выходило, что её взяли на судно в последний момент, на замену корабельного врача. Крупный крейсер попал под удар, это Кай знал. Пилот взял Анну с собой, ведь крейсер был обречён. Они маскировались в обломках. Что произошло дальше, дракон помнил слишком хорошо. Сначала он подивился мастерству пилота и очень разозлился на себя, от чего чешуйки на хвосте встали дыбом и зачесались. А позже заподозрил, что землянка врёт. Не может один человек так обыграть дракона. Анна говорила, делая выразительные паузы между словами. Она смотрела пристально, словно угадывая мысли Кая.

Кай думал о том, какую же выгоду ему извлечь из ситуации и получится ли вообще узнать что-то ценное. А иначе как потом объяснить это командиру?

Так прошёл час или два. Кай устал от хитросплетений человечьего языка и попыток разобраться в нём. Он поднял руку, подбирая слово. Женщина замолчала. Ничего не придумав, дракон сказал:

– Ибэран.

– Что? – тихо спросила она.

Кай устал анализировать и подбирать слова. Он поднял ладонь и изобразил пальцами закрывающийся клюв, сделав акцент на соединённых вместе подушечках пальцев.

Анна нахмурилась.

– Ладно, – сквозь зубы произнесла она.

Дракон встал, подошёл к боковой панели. Там располагался специальный столик, а снизу в особых ящиках хранилась пища. Кай достал банку, вскрыл её и установил в углубление столика, чтобы разогреть. Сам столик походил на небольшую, но толстую пластину, горизонтально выступающую из стены. Для дракона эти действия были обыденны. Он даже не задумался, как это выглядит для землянки. А она смотрела так, что Кай чувствовал затылком этот взгляд.

– Я хочу есть, – сказала Анна.

Дракон вздохнул и через пару минут поставил перед ней тёплую банку. Он развязал женщине руки и хотел уже связать их спереди, как вдруг женщина начала вырываться.

– Перестань! Ты думаешь, я смогу тебе навредить? – закричала она.

Кай увидел её запястья. Верёвка натёрла кожу почти до крови.

– Дай поесть по-человечески. Бежать не буду. Не дура, чтобы от тварей в одиночку бегать, – уже тише добавила Анна.

Дракон понял этот жест и без слов, по выражению лица и интонации. Как ни странно, Кай не разозлился. Вид кровавых мозолей на тонких белых запястьях его покоробил.

– Ладно, – повторил он её слово.

Стараясь не поворачиваться спиной, дракон поставил вторую банку разогреваться, достал ложки, протянул одну женщине.

Когда половина банки опустела, Кай вдруг спросил:

– Почему ты не стрелять? – он указал на себя ложкой.

– Я не убийца, – ответила землянка не задумываясь.

Такой ответ удивил дракона, но казался правдивым.

Какое-то время оба ели молча.

– Что это? – спросила Анна, приподнимая банку.

– Ованс, – сообщил Кай.

Землянка посмотрела недоумённо, но дракон не стал пояснять. Кай не знал, как описать на человечьем языке морского чёрта, что водится на Матерне, да и не хотел утруждаться.

– Это хоть мясо или рыба? – женщина осмелела, заметив смену настроения дракона.

Кай задумался на секунду и ответил:

– Он живёт в море.

– Всё лучше, чем наш сухпаёк, – Анна отставила пустую банку.