Катажина Грохоля – Хрустальный ангел (страница 56)
Он кивнул и упал головой на подушку.
– В два, не опаздывай.
– Так рано? – скривился Яцек.
– Не завтракай, будет легче. Я возьму машину, хорошо?
Он мотнул головой в знак согласия. Сара вышла, закрыв за собой дверь.
Не нагнулась над ним, не поцеловала его, голос чужой, деревянно-информирующий. Но и хорошо. Магда в больнице? Это не могло быть что-то серьезное, иначе бы Сара ему сказала. Воткнул кулак под подушку и перевернулся на живот. Чертово солнце, подумал, натягивая одеяло на голову. Воскресенье, а человек не может выспаться в собственном доме.
И заснул.
Юлиуш проснулся поздно. Перед тем как открыть глаза, вытянул руку на Гайкину половину. Но Гайки в кровати не было. Повернулся на бок и посмотрел на пустую подушку. Никогда Гайка так себя не вела, как маленький раскапризничавшийся ребенок. К мамочке! Конечно, когда они ссорились, хотя он и не помнил, когда это было в последний раз, Гайка смогла даже разбить от злости тарелку, а потом плакать, но никогда не убегала.
И всегда они могли об этом поговорить, когда эмоции утихали.
Юлиуш сполз с постели. Конечно же, он ей позвонит. Но главное, именно сегодня такой номер? Воскресенье без Гайки будет пустым. Хотя можно закончить статью, да, сядет за компьютер и поработает. Не будет думать, что же такое случилось. И так узнает.
Юлиуш пустил воду в ванну и начал бриться.
Вот черт побери! Капля крови поплыла со щеки на шею. Эти машинки… У Гайки были проблемы, и Юлиуш, к сожалению, подозревал, что знает какие. И эти его знания не были ему приятны. Он достал ватку, промокнул рану и посмотрел на себя в зеркало. Оттуда выглядывал изрядно струхнувший мужчина за сорок.
Сара припарковала машину перед больницей. Дотянулась до заднего сиденья и вынула сумку с покупками. Один сок из свежих фруктов, две бутылки минеральной воды без газа, пара импортных яблок, творожная запеканка с вишенками. Тушь для ресниц и легкая пудра в шариках, осветляющий крем для лица, крем для рук и тоник для лица. Незаменимая больничная посылка. Может быть, Магда почувствует себя лучше, если будет лучше выглядеть? А то бледна как смерть.
Хорошо, что приехала пораньше, когда еще нет толкучки. Сможет с ней посидеть целых два часа, только о чем говорить? Что все будет хорошо?
Ничего не будет хорошо. Как разговаривать с приятельницей, которая в возрасте тридцати двух лет узнает, что даже если выживет, то не будет иметь детей? И что? Нужно спросить Магду, может ли она сказать Яцеку, что с ней. А можно спрашивать об этом больную женщину? Которая не хочет, чтобы семья о ней знала?
Сара выпрямила спину и сделала на лице вымученную улыбку. Чтоб этот рак, взяли бы его черти!
Она вошла уверенным шагом в палату и остановилась как вкопанная – дверь за ней громыхнула.
На кровати у Магды сидел Петр, с темной щетиной, измученный, и держал Магду за руку, а Магда улыбалась Саре такой улыбкой, от которой даже бледные стены в комнате стали золотистыми.
– Сара, посмотри, кто меня нашел!
И Сара вместо того, чтобы сделать какой-нибудь приятный жест, который бы свидетельствовал, что она рада, что не может быть, или хотя бы сказать: «Петр, привет!», выдавила из себя:
– День добрый, – и расплакалась как ребенок и, кажется, поверила в чудеса.
Кайманы или Кипр
Сара сидела на лавочке в ботаническом саду. Какое-то дерево – выше каштана – обсыпало все вокруг золотым дождем из пыльцы. В траве ходили птицы и прыгали белки, привлеченные угощением посетителей.
Она не могла поверить, что все это случилось на самом деле. Словно сам Бог услышал ее.
Она громко рассмеялась, так что старая женщина, которая читала на соседней скамейке, оторвала глаза от книжки и посмотрела на нее с интересом.
Белочка стояла посреди дорожки и забавно сделала стойку, в ожидании чего-нибудь вкусненького. Фиолетовая сирень, кругло постриженная, пахла, а в траве вились маленькие птички, которые точно не были воробьями, но Сара не имела понятия, как они называются. Они танцевали возле друг друга, радостно щебеча, и не обращали внимания ни на людей, ни на большого павлина, который прохаживался рядом и был похож на индюшку.
Такие вещи в жизни не происходят, а однако! Увидев Петра, Сара поверила, что в жизни может случиться все. Магда судорожно держала его за руку, не позволяя отойти ни на шаг. Внезапно все отступило. Потому что, конечно же, только чудо могло сделать так, чтобы он появился в такой момент. И вчера он посмотрел на Сару очень серьезно, как бы оправдываясь перед ней – он хотел вернуться к ней раньше, но так совпало…
Магда говорила Петру:
– Иди отдохни, возьми ключи и отдохни, потом придешь, – но их руки были так крепко переплетены на белом пододеяльнике с голубой печатью отделения, что, казалось, их невозможно разъять. Петр смотрел на Магду, как на икону. У Магды были жирные волосы, зачесанные со лба и застегнутые заколкой, бледная, с кругами под глазами, и при этом она так хорошо смотрелась, так что Саре при воспоминании о ней – о них – делалось как-то необычно, возвышенно, и это было невозможно передать словами.
– Мы с этим справимся, – говорил Петр Магде. – Увидишь, будет лучше, чем было. Как это хорошо, что мы снова вместе, я бы не смог без тебя, любимая!
А она, Сара, сидела рядом и словно видела вокруг райский свет как во сне.
Но это была действительность, так как потом Магда шепнула:
– Мне хочется спать, – и закрыла глаза.
Петр сказал, что еще минутку с ней посидит… и Сара пошла, потому что она им была уже не нужна.
Она не почувствовала себя ненужной, о нет! Она почувствовала себя счастливой – за них обоих.
До обеда с родителями у нее еще оставался час, и она не спешила, она хотела побыть одна, одна со своей радостью. Теперь все изменится в лучшую сторону. Самое главное не думать только о себе. Присмотреться к миру.
Только Хелена заметила, что с Сарой происходит что-то хорошее. Она не была хмурой, а светилась внутренней радостью. Это хорошо, ей будет легче узнать обо всем.
Она задумалась и не обратила внимания, о чем это зять разговаривает с ее бывшим мужем.
– Как однодневка? – спросил Станислав.
– Ну, та фирма. Нигде не зарегистрирована, это значит не у нас, Юрек подозревает, что это Каймановы острова или Кипр.
– Какая фирма? – спросила Хелена.
– О, вы должны поехать на Кипр, там замечательно, – подхватил Станислав.
– Я говорю о той вашей фирме, – Яцек посмотрел на них с недоумением. И взгляд его говорил: он делает все, чтобы уберечь их от серьезных проблем, а тесть с тещей не то дурака валяют, не то впали в совместную амнезию… – Юрек, юрист, говорит…
– Что-что? – Станислав подавился компотом из ревеня.
Хелена тут же машинально ударила его по спине, что только усугубило ситуацию. Боже мой, его убьют за этим столом! Станислав вынырнул из-под руки Хелены и схватил салфетку.
Сара с беспокойством взирала на муки отца. Он побагровел, лицо его сделалось страшным.
– Папа… папочка…
Станислав махнул рукой и, пытаясь откашляться, не мог выдавить из себя ни слова.
Хелена ударила его еще раз, Станислав наклонил голову ниже и пробовал защититься.
– Отец задыхается, а ты себе так сидишь!
На столе не было ни капельки воды, Сара сорвалась с места и бросилась за водой к буфету – налила в стакан из графина и подала отцу, и прежде чем кто-нибудь сообразил, что это водка, Станислав опрокинул в себя ее одним махом.
Глаза его вылезли из орбит, он встал из-за стола и сделал несколько шагов по комнате. Все замерли. Его это раздразнило, но приятное тепло разлилось по всему телу.
– Хорошо, все хорошо, только оставьте меня в покое! – возопил он, увидев, что Хелена делает попытку тоже встать на ноги и подойти к нему.
Сделав замысловатый жест рукой, Станислав уселся назад к столу. Он никогда не пил больше чем пару рюмочек водки, никогда столько, да еще одним махом.
До сих пор он не был поклонником питья. Сейчас он почувствовал легкий шум в голове, и обед не казался ему таким уж кошмаром. Понемногу он отходил: воткнул вилку в кусок отбивной и отправил его в рот.
– Ну и что? – Он посмотрел на перепуганную Сару и подмигнул ей.
Сара села.
Яцек почувствовал, что теперь он может вернуться к криминальной проблеме и выяснить все до конца.
– Так вот… Что касается фирмы…
Хелена посмотрела на Станислава бессмысленным и тоскливым взглядом.
– Боже мой, во что ты влип? – прошептала она.
За столом воцарилась тишина. Хелена посмотрела на Сару. Сара потянулась к салатнице, да так неловко, что ложка упала на скатерть. Станислав дернулся. Рука Сары с салатницей замерла в воздухе.
– Папа, что у тебя случилось?
– Ничего, – быстро и отчасти развязно среагировал Станислав.
– Отец последнее время очень чувствительный, – попробовала восстановить статус-кво Хелена.