Катарина Херцог – Весна перемен (страница 29)
— Почему ты все еще здесь?
— Подумал, что тебе будет спокойнее возвращаться домой не одной. — Шона подняла брови, а Нейт добавил: — Ладно, признаюсь: мне будет гораздо спокойнее, если мы пойдем вместе. Из какой-то новой могилы доносятся странные стоны.
— Это всего лишь звук свежевскопанной земли. Потому что она постепенно оседает. — Шона не удержалась от еле слышного смешка и вдруг почувствовала, как напряжение немного спадает. Что бы ни случилось и как бы сильно Нейт ни изменился, в глубине души он по-прежнему оставался тем маленьким мальчиком, которым был раньше. — Все такой же трусишка, да?
Нейт поднял окурок, встал и бросил его в урну.
— Значит, ты не забыла, как мы катались на поезде-призраке?
— Такое не забудешь, — охотно подхватила Шона. Почему они раньше не смеялись вместе над этими забавными воспоминаниями? Их было так много! — Когда к нам подлетел этот изъеденный молью призрак, ты так громко закричал, что поезд остановился, и сотрудник выпустил нас через боковой выход. А мы едва начали.
— Дома с привидениями и кладбища по ночам — это не мое. — Нейт поморщился. — Но только не трезвонь об этом на каждом углу!
— Боишься, что я солью информацию в The Sun?
— Не думаю, что я так уж интересен таблоидам.
— Когда-то был! — сказала Шона и, заметив, что Нейт поднял бровь, продолжила: — А что? Ты удивлен, что я тебя гуглила? Раз ты годами не удостаивал нас своим присутствием, нужно было хоть как-то держать руку на пульсе.
— Ты могла позвонить или написать. Мои родители в любой момент дали бы тебе мой номер или адрес. — Он посмотрел на нее с вызовом, но Шона не отвела взгляда.
— Ты тоже мог позвонить или написать. Мой номер телефона и адрес не менялись все эти годы.
Теперь уже Нейт потупил взгляд.
— Знаю. Но тогда все было не так просто. И чем дольше я ждал, тем больше…
— Понимаю, — сказала Шона. Она чувствовала то же самое. Внезапно Шона задумалась, почему все это время так сильно обижалась на Нейта. Да, он ушел. Но она даже не пыталась его остановить.
— Отвезти тебя домой? — спросил Нейт, когда они подошли к воротам кладбища.
— Нет, я на машине. Увидимся завтра! Ой, у тебя же выходной. — «Как удобно: сейчас, когда Хлоя здесь!» — с горечью подумала Шона. — Значит, до понедельника! — Ей нужно идти спать, чтобы встать пораньше и пару часов поработать над тортом до открытия кафе. Шона уже собиралась уйти, но Нейт задержал ее:
— Подожди! Мне нужно тебе кое-что сказать.
Глава 32. Шона
— Хлои здесь нет. Она вернулась в Эдинбург. Мы… расстались. Еще в прошлом году. Но она… Думаю, ей просто хотелось снова увидеть меня, а я не знал, что она приедет.
— Ты не должен мне ничего объяснять, Нейт. — Шона старалась говорить спокойно, хотя ее сердце бешено колотилось.
— Хорошо, рад это слышать. — Легкая улыбка скользнула по лицу Нейта. — И раз ты, очевидно, следишь за мной, то наверняка уже знаешь, что мы расстались. Мне… все равно было важно сказать тебе лично. И не стоит верить всему, что пишут обо мне газеты, — продолжил Нейт.
— Хочешь сказать, что пошел по кривой дорожке?
— Нет, но… Многое из написанного было правдой. Но не все. — Он опустил плечи.
— Как это могло случиться? — спросила Шона с ноткой беспомощности в голосе. — Я про зависимость. — Она воздержалась от упоминания беспорядочных связей. — Все это было тебе совершенно не нужно. Твоя первая книга имела такой успех. Подумать только. На сколько языков ее перевели! А потом еще и экранизация. Перед тобой были открыты все двери.
Нейт пожал плечами.
— Знаю, — тихо сказал он. — Но, может быть, я просто хотел вернуться домой. — Нейт выглядел таким потерянным, что Шона задумалась, стоит ли ей набраться смелости и обнять его, чтобы утешить.
— Жаль, что ты не вернулся, — сказала она. — Почему?
Нейт молчал, и прошло много времени, прежде чем он наконец произнес:
— Ты спросила, часто ли я думаю о той ночи, когда умер Альфи, и я ответил «да». Но это не вся правда. — Нейт опустил взгляд. — Вся правда в том, что да, я часто думаю о той ночи! Но не столько из-за Альфи, сколько из-за тебя. Ты как-то сказала мне, что мечтаешь о машине времени, чтобы вернуться в прошлое и все изменить, но я… Я бы использовал машину времени не для того, чтобы изменить ту ночь, а для того, чтобы переживать ее снова и снова. — Шона увидела, как он сглотнул. — Такая жалкая мысль, правда?
В голове Шоны зашумело, а сердце забилось еще сильнее.
— Как, черт возьми, худшая ночь в моей жизни может быть одновременно и лучшей? — резко спросил Нейт. Только тогда он поднял голову, и его взгляд, темный и отчаянный, встретился с ее.
Шона почувствовала, как у нее подкашиваются ноги.
— Я годами задавала себе тот же вопрос, — прошептала она, а затем очень осторожно, затаив дыхание, взяла его за руку. На мгновение глаза Нейта расширились от удивления. Затем он крепко сжал ее пальцы. И вот они стояли там, у кладбищенских ворот, под небом, мерцающим миллиардами звезд.
— В кино на этом моменте героиня целует героя, да? — спросил Нейт после долгой паузы, и уголок его рта дрогнул.
— Разве не наоборот? — спросила Шона, не сводя с него взгляда. — Герой целует героиню.
— Нет, если это феминистский фильм. И нет, если героиня такая же злыдня, как ты, и герою стоит опасаться, что она огреет его сумочкой по голове. — Его улыбка стала шире.
— Повезло, что сегодня я безоружна. — Шона провела рукой по его темным волосам. — Но прежде чем мне придется поднять белый флаг или сделать знак мира, чтобы ты осмелел… — Она встала на цыпочки и обхватила лицо Нейта обеими руками, а затем медленно притянула его к себе. Когда их губы встретились, у нее вырвался вздох. Сейчас было неподходящее время и еще более неподходящее место для этого поцелуя. И все же ничто из того, что Шона делала последние десять лет, не казалось ей более правильным. Да, они с Нейтом ранены и сломлены, но разве минус на минус не дает плюс? Хотя Шона так и не поняла этого математического закона, сейчас он обрел смысл, потому что с каждым касанием их губ очередной осколок ее разбитого сердца возвращался на место.
Нейт целовал ее нежно, почти благоговейно, словно она была чем-то драгоценным, что можно разбить при неосторожном, слишком стремительном движении. Шона тоже едва осмеливалась пошевелиться, боясь, что этот момент лопнет, как мыльный пузырь. И все же ей очень хотелось засунуть руки ему под куртку, вытащить рубашку из штанов и почувствовать его кожу кончиками пальцев! И поэтому она испытала облегчение, когда Нейт пробормотал ей в губы:
— К тебе или ко мне? Надо найти место поукромнее и потеплее. Хотя я не представляю, как хоть на секунду перестать прикасаться к тебе. Все-таки глубокая ночь, а мы рядом с проклятым кладбищем, прямо на Мэйн-роуд!
Шона рассмеялась:
— Ух ты! А ты умеешь очаровать женщину словами.
— Я же писатель. — Нейт положил руки ей на талию. — И каков твой ответ? — Он снова широко улыбнулся.
Шоне не пришлось долго размышлять.
— К тебе — и как можно скорее!
Если Шона и задумалась, не будет ли странно спать с Нейтом в коттедже «Бэйвью» в окружении стольких воспоминаний, ее беспокойство оказалось совершенно напрасным. Как только за ними закрылась входная дверь, Нейт прижал Шону к стене, и в голове словно отключили рубильник. Все мысли улетучились, она чувствовала лишь губы Нейта на своих губах и его руки на обнаженной коже. Это было даже лучше, чем она себе представляла!
Очевидно, за последние несколько лет Нейт многому научился. Шона едва могла перевести дыхание, пульс участился, сердцебиение сбивалось, и, когда Нейт коснулся губами ее шеи, ей показалось, что она вот-вот упадет в обморок. Неужели он не чувствует, как ее колотящееся сердце практически ломает грудную клетку? Руки Шоны скользнули к его поясу. Нейт прервал поцелуй и посмотрел на нее. «Прямо здесь?» — спросил его взгляд, и Шона кивнула. Длительная прелюдия, конечно, хороша, но сегодня была совершенно ни к чему. Шона десять лет ждала этого и не собиралась ждать ни секунды дольше.
Глава 33. Шона
«Не знаю, какой был вопрос, но секс — определенно лучший ответ», — якобы однажды сказал Вуди Аллен.
Шона не была большой поклонницей американского режиссера и актера, но эта цитата как нельзя лучше отражала ее текущее эмоциональное состояние. Она чувствовала себя потрясающе расслабленной и довольной и, хотя кровать Сильви была не шире метра, спала как убитая. Нейт еще дремал. Его темные густые ресницы напоминали маленькие веера, а губы были слегка приоткрыты. Время от времени они подергивались, и он тихонько бормотал себе под нос. Ему что-то снилось.
Шона почувствовала, что улыбается. Осторожно, чтобы не разбудить Нейта, она прижалась к его обнаженной спине, наслаждаясь ощущением теплой кожи и спокойным, ровным дыханием. Шона уткнулась носом ему в шею, нежно поцеловала и глубоко вдохнула его аромат. От Нейта приятно пахло п
Счастье — такая хрупкая штука! Как и любовь. Она любила Нейта. Всегда его любила. Сначала как друга, а потом и как кого-то большего. Их первая совместная ночь омрачила ее жизнь не только печатью трагедии, но и тем, что после этого Шона так и не почувствовала себя полноценной. Из-за смерти Альфи, но еще больше из-за Нейта. Так долго он был неотъемлемой, незыблемой частью ее жизни. И точно так же, как человек не может дышать, когда замечает, что воздух вдруг кончился, Шона поняла, как сильно нуждалась в нем, только когда они перестали общаться. Она не могла снова его потерять! На этот раз им нужно постараться не допустить этого, им обоим.