Каталина Канн – Снегурочка для командора (страница 4)

Я чуть было не прошла мимо неприметной тропинки, ведущей вправо. Отряхнув снежинки, налипшие на ресницы, увидела неподалёку деревянную стену виллы.

Наконец-то! Всхлип облегчения сорвался с моих губ. При других обстоятельствах вилла, скрывающаяся среди деревьев, могла бы показаться устрашающей, словно сошедшей со страниц тёмной сказки. Но для меня четыре стены означали укрытие с добротной дверью, на которой стоял засов.

Грозное рычание, исходившее из леса за моей спиной, заставило ускориться и выпустить ручку чемодана, оставив его лежать на тропинке. В спешке не заметила первую ступеньку, скрытую под снегом, и споткнулась.

Пока скользила по ступеням к заветной двери, казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Дрожащими руками порылась в сумочке в поисках ключей. Скорее же! Вдруг всё-таки какой-нибудь медведь вышел из спячки, покинув свою уютную берлогу?

Нашла! С облегчённым вздохом я отперла дверь виллы и бросилась внутрь, с силой захлопывая её за собой. Задвинув засов, прижалась спиной к деревянной поверхности, чувствуя, как колотится сердце.

Теперь свет. Я пошарила в полутьме слева от себя, пытаясь найти выключатель, а когда обнаружила, несколько раз нажала, но ничего не произошло. Только не это. Возможно, у дяди был запасной генератор или старомодные масляные лампы. Где же дядя хранил их?

В голове промелькнуло далёкое воспоминание об ужине при свете лампы, и я осторожно пробралась через полутёмную комнату к столу, где в центре стояла огромная лампа, вышедшая из книг о прошлом веке, когда ещё не было светодиодных беспроводных светильников, которые можно активировать голосом.

Осторожно подышала на замёрзшие пальцы и потянулась к металлической ручке, чуть встряхивая лампу и слушая успокаивающий плеск масла.

Не всё потеряно, значит. Я достала из сумочки бутановую зажигалку, купленную в магазине специально для таких целей. Конечно, давно не приходилось разжигать костры, поэтому потребовалось нескольких нервных минут, пока смогла зажечь лампу.

Мои усилия увенчались успехом, и мягкое золотистое сияние наполнило комнату. Наконец-то я вздохнула с облегчением, засмотревшись на пламя внутри лампы. Как мало нужно человеку? Свет и тепло… и крепкие стены для защиты.

Я нежно провела по дубовому столу, который дядя лично выстругал из поваленного дуба. Красивая резьба полевых цветов окантовывала краешки, наполняя сердце воспоминаниями.

Маленькая вилла совсем не изменилась: кухонная зона с дровяной печью находились в конце комнаты. В другом конце комнаты находился большой каменный камин, напротив которого расположился удобный диван с выцветшей обивкой. Ванная комната находилась слева с неприметной дверкой, которая отлично маскировалась в стене.

Старый зелёный телефон с поворотным набором номера всё еще висел на стене рядом. Кстати, что со связью? Я достала свой телефон и тяжело вздохнула. Ни одного деления сигнала.

Подозрительно взглянула на старинный аппарат. Не может мне так повезти, что технология прошлого века окажется работающей. Но всё же медленно подошла и подняла трубку. Гудков не было.

Ни электричества, ни телефона. А значит, и мобильный телефон не получится зарядит. Я выключила его, чтобы сохранить хотя бы немного зарядки на крайний случай.

Что мне теперь делать? Без телефона я не могла позвать на помощь. Надежды на то, что кто-то приедет чинить старинную телефонную линию, не было. Сейчас мало кто занимался такими вещами. Разве что только увлекающиеся специалисты.

Если я не выйду на связь через несколько дней, то родители запаникуют. Надеюсь, снежная буря не занесёт виллу. Я прислушалась к усиливающему ветру снаружи и передёрнула плечами.

С голоду не пропаду. У меня было достаточно еды на несколько дней, а потом… Буду действовать по обстоятельствам. Сначала надо разжечь камин — единственный источник тепла.

Давно дядя показывал мне, как разжигать огонь в камине. Несколько раз во время гроз и холодной погоды летом, он приносил дрова и учил меня, как правильно сложить поленья, чтобы огонёк разгорелся быстрее.

Но помнила ли я, как это делается? В мире технологий такие первобытные вещи давно забыты, но на практике они важны для выживания в естественной среде.

Эрнест бы возненавидел это место. Он всегда был сторонником комфорта без вложения усилий. А горы и дядина вилла требовали работы. Ха! На миг представила, как бы он колол дрова, шипя проклятия. Что же он там, со своей новой пассией, а я здесь. И чёрта с два кто-то испортит мне Новый год!

Потерев ладошки, я подхватила лампу и подошла к мрачному камину. Одно радовало ― в поленнице аккуратными ярусами лежали сухие дрова.

Холодными руками выложила поленья горизонтально, так, чтобы они соприкасались друг с другом, что позволит огню легче перемещаться по ряду. Чередуя направление расположения и постепенно создавая пирамидку из брёвен. В основу нисходящего огня положила покрупнее, добавив между ними несколько страниц газеты. Такой способ даст длительное горение дров и большее выделение тепла.

Я наклонилась над поленьями с зажигалкой. Дядя был профи и обычно мог зажечь дрова «с одной спички». Мне бы чуть побольше везения...

Пламя сразу же вспыхнуло, затем замерцало и снова погасло. Но затем сухая древесина начала загораться, отчего струйка белого дыма поплыла вверх, в дымоход.

Я с удовлетворением наблюдала, как огонь затанцевал на поленьях, разгораясь ярче, обдавая теплой волной. Только сейчас я осознала, как сильно замёрзла. О чём только думала, сбегая из города в такой одежде? Мой наряд снегурочки промок насквозь. А в чемодане осталась смена сухой одежды.

Я поставила заслон на камин, чтобы искры и зола не летели в комнату, и вздохнула с облегчением. Потребуется некоторое время, чтобы вилла прогрелась. Но, по крайней мере, теперь я не замёрзну до смерти, если мороз покрепчает ночью.

Скинув пальто и повесив его на спинку стула, с опаской посмотрела в сторону окна. За чемоданом-то надо идти. Действительно ли я слышала рычание или это было просто разыгравшееся воображение?

Я медленно подошла к окну без штор и вгляделась сквозь стекло в полумрак. Снаружи уже почти стемнело, но я продолжала вглядываться в раннюю снежную ночь в поисках каких-либо признаков жизни.

Поляна и тропинка перед виллой были пустынны и никаких следов. А вот деревья позади засыпанного снегом заборчика, как и ведущая обратно тропа, представляли собой непроницаемую тёмную маску.

Я глубоко вздохнула, затем отодвинула засов и осторожно открыла дверь. Крыльцо было пустым, за одним исключением: мой чемодан аккуратно стоял на верхней ступеньке.

Как это произошло? Всё остальное выглядело точно так же - заносы, снег на крыльце был не тронут, и на ступеньках не было никаких следов, кроме моих собственных. Наверное, просто я неточно запомнила, где оставила его на приливе адреналина, убегая от неведомого преследователя.

Держа лампу достаточно высоко, чтобы свет распространялся по снегу, я очень осторожно потянулась за чемоданом, боясь, что кто-то выскочит из лесной чащи. Но когда пальцы сомкнулись на холодной ручке, покрытой корочкой льда, ничего не произошло. Всё же я быстро втащила чемодан внутрь, заперев за собой дверь.

Оказывается, всё не так страшно, как я напридумывала себе. Не утруждая себя распаковкой вещей, достала красную фланелевую пижаму и розовые пушистые тапочки с помпонами.

Скинув промокшие сапоги и пальто, я уже потянулась к застёжке платья, но мой взгляд зацепился на ничем не занавешенное окно. Дядя так и не удосужился прикрыть их занавесками.

«У меня нет соседей», ― говорил он, когда я спрашивала его.

Соседей у него по-прежнему не было, но события дня взвинтили мои нервы. Поэтому я подхватила сменную одежду с лампой и поспешила в ванную комнату. Здесь было очень холодно, отчего у меня перехватило дыхание, когда сняла мокрое платье. Побыстрее натянула пижаму и вернулась в гостиную, где уже заметно потеплело.

Надо было бы положить покупки в холодильник, но сил не было. Эмоциональное напряжение, накапливающиеся со вчерашнего вечера, давало о себе знать. И я без сил опустилась на диван, завернувшись в одно из стёганых одеял, и, не мигая, уставилась на мерцающее пламя в камине, то и дело зевая. Слёз не было. Только вселенская усталость. Глаза постепенно закрывались, а тело расслаблялось, пока я проваливалась в сон.

ГЛАВА 7

Сильрей Инкуаш Мерстом

К сожалению, место, где мне удалось спрятать свой корабль, находилось совсем недалеко от примитивной человеческой хижины. Моя форма боролась со мной, желая вернуться и присмотреть за женщиной. Я постоянно напоминал себе, что она не была частью моей миссии; меня послали на орбиту Земли, чтобы изучить расу, наблюдая и анализируя, а не путём прямого взаимодействия. К сожалению, то, что привело к сбою в управлении «Эквипт», повлияло на способность принимать или передавать сообщения.

Должно быть, так повлиял ионный шторм, через который я прошёл во время прохождения через подпространство во время гиперпрыжка. Но почему ни один другой корабль не сообщил о шторме. Планета находилась под защитной блокадой. Но это не мешало в прошлом кораблям с не совсем законными намерениями проходить через неё. Человеческие женщины стали желанным товаром, и было трудно защитить их, не допуская Землю в состав Империи. И именно выяснение, когда раса будет готова к приёму в состав Империи, вошло в мою задачу, как невидимого наблюдателя.