Ката Риос – Мышка для дракона (страница 2)
На мгновение мир вокруг перестал существовать. Она увидела, как его крупные, но при этом очень ловкие пальцы подхватывают с пола её разлетевшиеся листки. На тыльной стороне ладони темнела тонкая дорожка вен.
— Вы мне поможете собрать это безобразие? — спросил он, протягивая ей несколько исписанных её убористым почерком страниц.
Амелия вздрогнула, стряхивая оцепенение. Щеки предательски запылали. Она поспешно закивала, боясь, что голос сорвется.
— Да-да, конечно.
Они собирали бумаги вместе. Она чувствовала его взгляд, от которого кожу на лице начинало покалывать. Наконец, последний листок был водружен на увесистый том.
— Спасибо, — пробормотала она, мечтая провалиться сквозь землю. — Извините.
— Это вы меня извините, — Ян Андреевич поднялся, и Амелия снова ощутила себя непозволительно высокой и угловатой, хотя он все равно был на полголовы выше неё. — Я смотрю, вы девушка основательная. «Фауст» Гёте на языке оригинала.
Он кивнул на книгу в её руках.
— Пытаюсь разобрать некоторые неточности перевода Пастернака, — машинально ответила Амелия, поправляя очки.
Взгляд преподавателя изменился. Из снисходительно-веселого он стал изучающим, острым.
— Это высший пилотаж, — заметил он, чуть наклонив голову. — Пастернак — поэт, он многое привнес от себя.
— Именно, — тихо согласилась Амелия. Она чувствовала, как на них начинают оборачиваться другие студентки, и от этого становилось не по себе.
— Знаете, — Ян Андреевич внезапно взял её за локоть, отводя чуть в сторону от эпицентра событий, к окну. Его прикосновение обожгло даже через рукав строгой серой кофты. — Я здесь человек новый. Ориентируюсь пока с трудом. Мне нужна пара учебников из библиотеки, а я даже не знаю, где у вас тут хранилище старых изданий. Вы не могли бы составить мне компанию? Заодно обсудим Гёте. Вижу, вы прекрасно разбираетесь в теме.
Это было похоже на розыгрыш. Самый популярный мужчина, о котором только и разговоров в стенах этого здания, приглашает её, серую мышь Амелию, прогуляться до библиотеки? Обычно таких, как он, сопровождает свита из размалеванных девиц с журфака.
— Мне нужно на пару — начала было она, но осеклась. На самом деле, окно было. Фрау Мюллер, пардон, уже бывшая преподавательница, заболела, и семинар отменили.
— Я видел расписание вашей группы, Амелия, — спокойно произнес Ян Андреевич, и то, как прозвучало её имя из его уст, заставило мурашки пробежать по спине. — У вас сейчас свободный час. А я ждать и догонять не привык.
Он мягко, но настойчиво указал рукой в сторону лестницы, ведущей в крыло библиотеки. Выбора не оставалось. Отказать этому человеку было невозможно, это противоречило каким-то базовым законам физики.
Амелия судорожно вдохнула и пошла рядом с ним, чувствуя, как прямая линия её жизни дает первую трещину.
Филологический факультет жил своей жизнью, бурлил страстями, шептался по углам о несчастной любви и сплетничал в курилке. Амелия не имела ко всему этому никакого отношения. Она была высокой и худой, как телеграфный столб, с длинными русыми волосами, которые вечно собирала в скучный пучок на затылке. Очки в тонкой металлической оправе сидели на носу, делая её лицо ещё более постным и бесцветным. Серая мышь. Именно так, наверное, называли таких, как она, за спиной. Если бы вообще замечали настолько, чтобы обсуждать.
Сегодня коридор гудел иначе. Воздух был наэлектризован, и привычная академическая скука уступила место какому-то истерическому оживлению. Девушки сбивались в стайки, поправляли прически и оголтело красили губы прямо у расписания.
Амелия даже не сразу поняла причину этой турбулентности, пока не услышала обрывок разговора двух третьекурсниц:
— Ты его видела? Это не мужик, это Аполлон! Говорят, тридцать два года, холостой, кандидат наук. И он будет вести у нас немецкий!
— Ян Андреевич? Я умру на первой же паре. У него бицепсы просто разрывают рукава пиджака.
Новый преподаватель. Амелия равнодушно скользнула взглядом по расписанию. Немецкий язык стоял во вторник четвертой парой. Раньше его вела сухая старуха фрау Мюллер с усиками над губой. Что ж, какая разница, кто будет диктовать параграфы из учебника грамматики? Филология для Амелии была не романтикой, а наукой, сухой и точной, и она не понимала этого стадного помешательства.
Она слишком сильно задумалась, пытаясь удержать в голове сложную синтаксическую конструкцию, которую разбирала прошлым вечером. Шагала быстро, прижимая к груди увесистый том «Истории зарубежной литературы» и тонкую стопку конспектов. Именно поэтому она не заметила, как из-за поворота, у дверей аудитории 307, навстречу ей шагнул мужчина.
Столкновение вышло глупым и смазанным. Угол тяжелой книги больно ткнулся ей в ребра, но гораздо хуже было то, что весь ворох её листков взметнулся в воздух, а затем белоснежным веером рассыпался по начищенному до блеска полу.
— Чёрт, — тихо, почти беззвучно ругнулась Амелия, опускаясь на корточки. Сердце колотилось где-то у горла. Она ненавидела привлекать к себе внимание, а тут целая сцена посреди коридора.
— Прошу прощения, — голос раздался над самой её головой. Низкий, с легкой хрипотцой, обволакивающий, словно теплый мед. — Моя вина. Слишком резко вышел из кабинета.
Она подняла глаза. Сначала увидела дорогие туфли, потом стрелки идеально выглаженных брюк, широкий кожаный ремень. Мужчина присел напротив неё, и Амелия замерла.
Это был он. Тот самый Ян Андреевич из разговоров. Но действительность оказалась куда разрушительнее любых девичьих фантазий. Он не был просто красавчиком с глянцевой обложки. Это была брутальная, хищная красота. Тяжелая челюсть, волевой подбородок с едва заметной ямочкой, широкие плечи, распирающие темно-синий пиджак. От него пахло дорогим парфюмом с нотами сандала и чем-то неуловимо опасным. Его глаза, цвета крепкого черного кофе, смотрели прямо на неё, и в них плясали смешливые искорки.
На мгновение мир вокруг перестал существовать. Она увидела, как его крупные, но при этом очень ловкие пальцы подхватывают с пола её разлетевшиеся листки. На тыльной стороне ладони темнела тонкая дорожка вен.
— Вы мне поможете собрать это безобразие? — спросил он, протягивая ей несколько исписанных её убористым почерком страниц.
Амелия вздрогнула, стряхивая оцепенение. Щеки предательски запылали. Она поспешно закивала, боясь, что голос сорвется.
— Да-да, конечно.
Они собирали бумаги вместе. Она чувствовала его взгляд, от которого кожу на лице начинало покалывать. Наконец, последний листок был водружен на увесистый том.
— Спасибо, — пробормотала она, мечтая провалиться сквозь землю. — Извините.
— Это вы меня извините, — Ян Андреевич поднялся, и Амелия снова ощутила себя непозволительно высокой и угловатой, хотя он все равно был на полголовы выше неё. — Я смотрю, вы девушка основательная. «Фауст» Гёте на языке оригинала.
Он кивнул на книгу в её руках.
— Пытаюсь разобрать некоторые неточности перевода Пастернака, — машинально ответила Амелия, поправляя очки.
Взгляд преподавателя изменился. Из снисходительно-веселого он стал изучающим, острым.
— Это высший пилотаж, — заметил он, чуть наклонив голову. — Пастернак — поэт, он многое привнес от себя.
— Именно, — тихо согласилась Амелия. Она чувствовала, как на них начинают оборачиваться другие студентки, и от этого становилось не по себе.
— Знаете, — Ян Андреевич внезапно взял её за локоть, отводя чуть в сторону от эпицентра событий, к окну. Его прикосновение обожгло даже через рукав строгой серой кофты. — Я здесь человек новый. Ориентируюсь пока с трудом. Мне нужна пара учебников из библиотеки, а я даже не знаю, где у вас тут хранилище старых изданий. Вы не могли бы составить мне компанию? Заодно обсудим Гёте. Вижу, вы прекрасно разбираетесь в теме.
Это было похоже на розыгрыш. Самый популярный мужчина, о котором только и разговоров в стенах этого здания, приглашает её, серую мышь Амелию, прогуляться до библиотеки? Обычно таких, как он, сопровождает свита из размалеванных девиц с журфака.
— Мне нужно на пару — начала было она, но осеклась. На самом деле, окно было. Фрау Мюллер, пардон, уже бывшая преподавательница, заболела, и семинар отменили.
— Я видел расписание вашей группы, Амелия, — спокойно произнес Ян Андреевич, и то, как прозвучало её имя из его уст, заставило мурашки пробежать по спине. — У вас сейчас свободный час. А я ждать и догонять не привык.
Он мягко, но настойчиво указал рукой в сторону лестницы, ведущей в крыло библиотеки. Выбора не оставалось. Отказать этому человеку было невозможно, это противоречило каким-то базовым законам физики.
Амелия судорожно вдохнула и пошла рядом с ним, чувствуя, как прямая линия её жизни дает первую трещину.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.