Кассиан Норвейн – Время перемен (страница 5)

Роуэн усмехнулся, не отрываясь от планшета.

– У нас будет фургон. Маркус его подготовил. Всё просто.

– Всё просто, – повторила Кира тихо, но в голосе её звенел сарказм. – Ты говоришь так перед каждой катастрофой.

Зейн обернулся к ним.

– Мы обсуждаем план, сосредоточьтесь.

Он говорил спокойно, но в его голосе чувствовалось напряжение, будто каждая фраза была гранью между сдержанностью и яростью.

– У нас есть цель. Проект «Аврора». Ни один файл не должен остаться там.

Маркус, сидевший в тени, поднял голову:

– И ты всё ещё уверен, что оно там?

Зейн посмотрел на него холодно.

– Я видел документы. И знаю, кто их подписывал.

Имя не прозвучало, но в комнате повисло молчание. Каждый знал, что речь идет о биологическом отце Зейна. Роуэн разрядил напряжение коротким кашлем:

– Я восстановлю каналы связи. Без дронов, без GPS. Мы пойдём вслепую, но я подстрахую.

Кира затушила сигарету о край стола.

– Повеселимся?

Зейн подошёл ближе. Его тень легла на карту, закрыв все линии и метки.

– Именно этого я и добиваюсь.

Он выпрямился. В полумраке лицо его казалось высеченным из камня.

– В полночь выходим.

– А если всё пойдёт не по плану? – тихо спросил Маркус.

– Тогда мы создадим новый план, – ответил Зейн. – Будем импровизировать.

Ветер ударил в окна, сорвав старую ткань, что заменяла шторы. Комната наполнилась холодом и запахом дождя. Зейн снова подошёл к окну. Город под ними дышал влажным светом и гулом машин. Где-то далеко, за дымом и рекой, сияли башни «Хартман Групп» – стеклянные, идеально ровные, чужие.

Он смотрел на них долго, молча. И в этот миг в его взгляде вспыхнуло не просто раздражение – ненависть. Глубокая, выстраданная, выверенная.

– На этот раз, – произнёс он негромко, – всё будет иначе.

Они разошлись по залу, каждый – к своему уголку, к своему молчанию. Пространство старой фабрики напоминало скелет – бетонные рёбра, ржавые балки, запах пыли и металла. Где-то капала вода, создавая мерный ритм.

Роуэн сидел у разбитого окна, подключая провода к старому ноутбуку. Экран мигал, словно сопротивлялся.

– Упрямая штука, – пробормотал он, рассматривая поток цифр. Его лицо освещал тусклый свет монитора: рыжие кудри казались золотыми, глаза – слишком светлыми для этой темноты. Он всегда шутил, всегда держался легко – но теперь на лице не было улыбки. Только усталость и сосредоточенность. Он знал: стоит ошибиться – и к ним придут не через сутки, а через пять минут.

Кира молча чистила нож – длинный, с чёрным лезвием, отполированным до блеска. Она делала это почти механически, будто пыталась стереть из памяти всё, что было до этого вечера. Сигарета дымилась в пепельнице рядом, и в свете лампы дым складывался в спирали, похожие на кольца змея. Иногда она бросала короткий взгляд на Зейна – с какой-то горькой преданностью. Он был для неё и причиной участвовать во всем этом.

Маркус сидел в углу, где бетонная стена переходила в старую лестницу. На коленях у него лежала схема – грубо нарисованная, вся в карандашных штрихах. Он водил по ней пальцем, изучая ее.

– Здесь много слабых мест, – тихо сказал он, когда Роуэн что-то спросил.

Он когда-то был студентом архитектурного факультета, до того как всё пошло прахом. Теперь он рисовал только на стенах.

Люк вертел монету между пальцев. Ему, казалось, было всё равно. Он слушал джаз с телефона – тихо, почти неслышно, чтобы не мешать другим. Всё в его позе было равнодушием: вытянутые ноги, полуприкрытые глаза. Но пальцы не останавливались – монета вращалась, звеня металлическим ритмом, будто это был единственный способ удержать себя от мыслей.

Зейн стоял у стены, где висела доска с планом операции. Он смотрел на схему, как на врага. В его взгляде не было сомнений, только решимость, холодная и плотная, как сталь под кожей.

– Ты всё ещё можешь передумать, – сказала Кира, не поднимая глаз.

– Нет, – ответил он коротко. – Поздно.

– Для чего?

Он повернулся к ней, в его взгляде мелькнуло что-то похожее на боль.

– Для сомнений, нужно сделать это сегодня или никогда.

Он отошёл, поднял с ящика старую куртку и натянул её поверх водолазки.

– Через сорок минут выходим, – сказал он. – Проверить оборудование, связь, батареи. Всё должно быть готово.

Роуэн кивнул. Маркус убрал чертёж. Люк спрятал монету в карман. Кира встала.

Мир вокруг будто замер, сжался в точку. Город за окном шумел, не зная, что в одной из его забытых трещин пять человек готовятся бросить вызов тем, кто правит им сверху.

Зейн снова посмотрел в окно. Дождь пошёл сильнее, тонкие струи стекали по стеклу, искажая неон. Он выдохнул дым, глядя на башни вдалеке.

– Черт… – тихо выругался он.

Глава 3

Ночь. Доклендс, район старых складов у Темзы.

Дождь усилился, тонкие струи стекали по ржавым металлическим стенам, забиваясь в трещины, оставляя потёки, похожие на следы времени. Вода стекала в лужи, отражая тусклый свет фонарей и красные огни далёких кранов. Ветер гнал клочья тумана, и всё вокруг казалось декорацией к чему-то забытому – к фильму, который никто так и не доснял.

Машина остановилась в тени старого ангара. «Форд» времен, когда бензин стоил дешевле совести, вздрогнул и замер. Зейн вышел первым, запахнув куртку, вдохнул влажный воздух – с привкусом ржавчины, соли и сигаретного дыма.

– Тихо, – произнёс он негромко. – Камеры?

Роуэн проверил планшет, подключая самодельный приёмник. Слабое жужжание наполнило воздух, словно где-то за стенами проснулся улей.

– Пять работают, одна закоротила из-за дождя, – прошептал он. – Минуты три, максимум четыре, пока я не вырублю весь периметр.

Кира выдохнула дым, глядя на тёмные окна ангара.

– А если там охрана?

– Тогда они просто не успеют понять, кто их обчистил, – ответил Зейн, улыбнувшись краем губ.

Он говорил спокойно, почти лениво, но за этим пряталось что-то другое – напряжение, что рождается, когда человек слишком долго живёт на грани. Маркус шагнул вперёд, вытащил из рюкзака инструмент, похожий на чёрную змею – тонкий резак для замков.

– Двадцать секунд.

Спустя ровно четыре минуты они проникли в помещение. Внутри стоял запах пыли, мокрого металла и старого масла. Пол был усыпан стружкой, паутина тянулась между балками, а где-то в темноте капала вода – равномерно, как метроном.

– Роуэн, свет.

Тусклые лучи фонарей скользнули по ящикам, по обёрткам с логотипом «Хартман Групп». На одной из коробок – эмблема проекта «Аврора».

– Смотрите, – прошептала Кира. – Господи, неужели оно и правда существует?

Зейн подошёл ближе, провёл пальцем по пыльной поверхности. Под его прикосновением выступил тонкий слой инея, словно материал реагировал на тепло. Он сжал губы.

– Похоже, здесь что-то ценное.

Люк присвистнул:

– Сможем много срубить деньжат?

Зейн не ответил. Его взгляд задержался на стальных контейнерах в дальнем углу. Что-то в них было неправильное – слишком чистые, слишком новые.