Кассандра Клэр – Железная цепь (страница 114)
– Необходимо срочно доставить его в Институт, они вызовут Безмолвных Братьев…
Джеймс покачал головой.
– Только не в Институт. Там слишком опасно.
Мэтью взглянул на него в растерянности.
– Но почему?
Корделия присела на бортик фонтана, пока Джеймс пытался в нескольких словах объяснить, что произошло. Ему казалось, что с момента встречи с Велиалом прошла целая вечность, хотя на самом деле эти события заняли не больше пятнадцати-двадцати минут; в памяти у него все смешалось, перед глазами мелькали жуткие картины. Глаза демона, звон мечей, боль, кровь.
Добравшись до появления Лилит, он невольно смолк и опустил голову. Чарльз тяжело повалился набок; дыхание его было слабым и поверхностным, но все же он дышал. Судя по всему, он не слышал их разговор. Люси повторила:
– Я ничего не понимаю. С какой стати Лилит, мать демонов, вдруг решила, что Корделия – ее паладин?
– Потому что так оно и есть, – сказала Корделия.
Она все так же сидела на краю фонтана; меч она убрала в ножны. Она держалась прямо, напряженно, как человек, получивший страшную рану и приготовившийся к последнему, смертельному удару.
– Я поклялась служить существу, которое приняла за кузнеца Велунда.
Джеймс заметил, что выражение лица Мэтью изменилось; он внезапно нахмурился и уставился на свои ботинки.
– Но оказалось, что это была Лилит, она умеет менять внешность. С моей стороны было ужасной глупостью поверить, будто кузнец Велунд захочет посвятить меня в рыцари. Это был трюк, обман.
– Нас всех обманули, Маргаритка, – вздохнула Люси. – Мы все поверили в то, что на Сумеречном базаре с нами заговорил Магнус Бейн. Не называй себя глупой.
– Все из-за моей гордыни и самонадеянности, – горько произнесла Корделия. Джеймсу в этот миг больше всего на свете хотелось подойти к ней, обнять ее, но он приказал себе стоять на месте. – Если бы не Джеймс – и не ты, Люси, – столкновение с демонами могло бы кончиться полной катастрофой.
– Ничего подобного! – горячо воскликнул Джеймс. – Ведь именно ты нанесла вторую рану Велиалу, без тебя я бы никогда…
– Не уходи… – раздался хриплый шепот.
Джеймс замер: это был Чарльз. Ресницы его дрогнули, хотя он по-прежнему не до конца пришел в себя. Он беспокойно помотал головой, пальцы его судорожно хватали снег. Мэтью прижал к себе раненого брата, лицо у него было встревоженное и виноватое. Потом Чарльз произнес очень четко:
– Алистер. Не покидай меня.
Все в изумлении переглянулись – все, кроме Корделии, отметил Джеймс. Она была огорчена, но нисколько не удивилась.
Мэтью поморгал.
– У него галлюцинации, – хрипло произнес он. – Нужна еще руна для восполнения потери крови…
– Я это сделаю, – вмешался Джеймс и склонился над раненым. В этот момент Люси ахнула и вскочила на ноги, указывая куда-то в сторону. В воротах сквера показалась гнедая лошадь с белой звездой во лбу, а на лошади сидел не кто иной, как Малкольм Фейд, Верховный Маг Лондона.
Заметив Сумеречных охотников, он спешился и направился к ним. Джеймс, чувствуя, что уже утратил способность удивляться чему бы то ни было, закончил свою руну и поднялся на ноги.
– Мистер Фейд, доброе утро, – обратился он к Малкольму. – Что вы здесь делаете?
– Да так, просто проезжал мимо, – небрежно бросил Малкольм, присел рядом с Чарльзом и пристально взглянул ему в лицо. Потом рукой в перчатке взял Чарльза за подбородок, приподнял его голову и негромко произнес несколько слов на непонятном языке. На снег посыпались пурпурные искры, Чарльз дернулся, открыл глаза и заморгал с таким видом, как будто только что проснулся.
Мэтью в тревоге наблюдал за ним.
– Теперь он… он вне опасности?
– Его нужно показать вашим Безмолвным Братьям, – посоветовал Малкольм. – Но ему лучше, это точно. Правда, не знаю, кто это. – Он прищурился. – Неужели сын Консула?
– Чародеи никогда не «проезжают мимо» просто так, – с сомнением произнес Джеймс. – Конечно, мы очень благодарны вам за помощь…
Малкольм, не слушая его, бросил пронизывающий взгляд на Люси. Она смотрела на мага в упор, но Джеймс не мог разгадать выражение ее лица. Наконец, Малкольм выпрямился.
– Портал в Ад закрыт, – хрипло произнес он. – Левиафан покинул этот мир.
Джеймс вскочил на ноги.
– Значит, нападение на Институт… закончилось?
Малкольм подтвердил, что Институт действительно атаковали, причем атаковал один-единственный монстр, Принц Ада, Левиафан, которому удалось протиснуться в «щель» между измерениями.
– Есть несколько раненых, здание основательно повреждено, но вообще-то, должен сказать, что вашим Сумеречным охотникам повезло. Портал, который привел Левиафана на Землю, был крайне узок, примерно с двор Института.
– Мне кажется, это не такая уж узкая дыра, – заметила Корделия.
Малкольм холодно улыбнулся.
– Вы просто не имеете представления о размерах Левиафана; для него это было все равно что для вас – попытаться войти в ваш дом через мышиную нору. Он сумел просунуть во двор лишь несколько самых маленьких щупалец.
– И это были его самые маленькие щупальца? – удивился Джеймс. Он убрал волосы с лица и заметил на руках кровавые пятна. – Все потому, что эмблема не была закончена. Потому что Чарльз не умер.
– Мне уже намного лучше, – прошептал Чарльз, хотя Джеймс не мог бы сказать, что он выглядит намного лучше. Он был очень бледен, губы имели синеватый оттенок. Заклинания чародея и руны иратце оказывали лишь временный эффект. Он поднял голову и посмотрел на Малкольма. – Вы Верховный Маг? Очень приятно, наконец, с вами познакомиться. Меня зовут Чарльз Фэйрчайлд – возможно, вы знакомы с моей матерью, Консулом.
– Чарльз, – прошипел Мэтью сквозь стиснутые зубы. – Тебя чуть не убили.
Но Чарльз не обращал на него внимания.
– Разумеется, я весьма сожалею о том, что наша встреча произошла при таких неблагоприятных обстоятельствах…
– Поберегите силы, – довольно сухо ответил Малкольм. – Ваша политическая карьера закончится, не успев начаться, если вы сегодня умрете от потери крови. – Он обернулся к Джеймсу. – Все эти разговоры о демонических эмблемах – это очень интересно, но я не могу долго удерживать простых людей за пределами сквера. Возможно, вы заметили, что здесь находятся школа и церковь; солнце взошло, и скоро начнется настоящее столпотворение. Предлагаю вернуться в Институт.
– Я никуда не пойду без Джесса, – объявила Люси. – Он тоже сражался, он одолел демона… – Она смолкла, глядя в глаза Малкольму. – Он заслуживает достойных похорон, которых лишился по милости матери. – Она обернулась к Мэтью. – Ты не одолжишь нам свое смешное пальто, чтобы завернуть Джесса?
Мэтью, как показалось Джеймсу, был несколько раздосадован, хотя видно было, что он сочувствует Люси.
– Конечно, – сказал он, – только оно не смешное.
– Это даже не самое нелепое твое пальто, – улыбнулся Джеймс. – Но и не самое скучное.
Мэтью проворчал что-то, встал с земли и подал Люси пресловутый предмет одежды. Потом они с Джеймсом кое-как подняли Чарльза на ноги, закинули его руку на плечо Мэтью, и братья не без труда направились к воротам. Люси бросилась к тому месту, где лежало тело Джесса. Неподалеку на газоне поблескивал меч Блэкторнов.
Люси опустилась на колени и осторожно прикрыла умершему глаза. Потом она подобрала фамильный меч и положила его Джессу на грудь, как на погребальном костре.
–
Ладони Малкольма охватило пламя, и он начал открывать Портал, ведущий в Институт. Джеймс завернул тело Джесса в «умеренно нелепое» пальто Мэтью, и Малкольм поднял этот сверток, словно пушинку. Медленно подошли Мэтью и Чарльз; Чарльз ковылял самостоятельно, хотя Мэтью вынужден был поддерживать его. Корделия взяла руку Люси и крепко сжала ее, когда Малкольм, не оглядываясь, переступил порог Портала с телом в руках.
Остальные последовали за чародеем.
26
Старше, чем Боги
«…В ежедневных трудах и заботах,
под ярмом ежечасной тоски;
И горька, словно кровь, ее пена,
и прожорливы гребней клыки;
Испарений смятенные тучи —
вздохи душ у предмирных верей;
Темный гул ее – гул сновиденья;
глубина ее – корни морей,
Высота ее глав белопенных
спорит с высью небесных огней,