Кассандра Клэр – Механический ангел (страница 82)

— Я в порядке, если это то, что тебя интересует. В конце концов, они явились не за мной.

— Мисс Грей! Мисс Ловлесс! — Это была Софи, запыхавшаяся от бега по лестнице. В одной руке она держала длинный железный ключ от дверей Святилища. Подойдя ближе, горничная чуть было не споткнулась о Ната и посмотрела на него, открыв рот от изумления.

— С ним все в порядке?

— Да кого это волнует? — резко ответила Джессамина и нагнулась, чтобы подобрать нож, который обронил Нат. — Тем более после всей этой лжи! Подумать только, он лгал мне! Я ведь действительно думала… — Она запнулась. — Теперь это не имеет значения… — Джессамина выпрямилась и повернулась к Софи, высоко задрав подбородок: — Ну что ты там стоишь, Софи? Давай же войдем в Святилище прежде, чем сюда явится еще кто-нибудь.

Уилл выскочил из особняка и бросился вниз по ступенькам. Джем не отставал от него ни на шаг. Они промчались по залитой лунным светом лужайке и выскочили на улицу. Их экипаж стоял там, где они его и оставили — рядом с высокой каменной стеной. Джем расслабился, увидев, что лошади не испугались поднявшегося в доме шума. Впрочем, они уже давно служили сумеречным охотником и видели в своей жизни многое.

— Уилл. — Джем остановился возле друга, пытаясь тайком перевести дыхание. — Мы должны вернуться в Академию как можно скорее.

— Совершенно с тобой согласен. — Уилл бросил на Джема внимательный взгляд.

Джем поежился. Неужели на его лице снова проступили лихорадочные пятна и Уилл догадался, что ему сейчас приходится нелегко? «Лекарство», большую дозу которого он принял перед тем, как покинуть Академию, переставало действовать медленно, но верно. В другое время Джем бы сильно забеспокоился, но сейчас ему было не до этого.

— Думаешь, Мортмэйн ждал, что мы убьем госпожу Дарк? — спросил он. Не то чтобы ему это на самом деле было очень интересно, просто он надеялся таким образом выиграть несколько мгновений, чтобы перевести дух.

— Думаю, он надеялся, что мы поубиваем друг друга, — ответил Уилл почти рассеянно. — Идеальный выход для него. Ясно одно: он хотел избавиться от де Куинси, убив его руками нефилимов. — Уилл вытащил из внутреннего кармана складной нож и с удовлетворением посмотрел на него. — Одна лошадь скачет намного быстрее, чем движется экипаж.

Джем лишь крепче сжал клетку. Серый кот смотрел из-за прутьев на мир широко открытыми желтыми глазами. Взгляд его был полон неподдельного интереса.

— Пожалуйста, скажи, что ты не собираешься делать то, о чем я думаю, Уилл.

Одним быстрым движением Уилл открыл нож и взялся за упряжь:

— Нельзя терять время, Джем. К тому же Ксанфос может везти экипаж и в одиночку, тем более если ты будешь единственным пассажиром.

Джем пошел за Уиллом, но клетка была слишком тяжелая, а он сам — слишком истощен, потому друга он нагнал с трудом.

— Зачем тебе нож? Ты же не собираешься убивать лошадей?

— Конечно нет. — Уилл принялся перерезать сбрую, удерживавшую Балдиоса. Он всегда чувствовал особенную привязанность именно к этой лошади.

— Ах, — вздохнул Джем, — я вижу. Хочешь уехать на этой лошади подобно Дику Турпину[111] и оставить меня здесь. Ты сошел с ума?

— Кто-то должен позаботиться о коте. — Подпруга и постромки упали, и Уилл вскочил на Балдиоса.

— Но… — Сильно встревоженный Джем уже успел залезть в экипаж и теперь откинулся на спинку сиденья. — Уилл, ты не мог бы…

Было слишком поздно. Уилл вонзил пятки в бока лошади. Балдиос попятилась и заржала, Уилл решительно вцепился в поводья… Джем мог поклясться, что его приятель усмехался. Затем лошадь повернула и поскакала прочь. Уже через несколько мгновений она скрылась в ночи, унося своего наездника в неизвестность.

Глава девятнадцать

Боадицея

Обет ее, как сладкое дыханье Дан мне — со мною быть со смерти. Так завещали нам отцы, поверьте…[112]

Двери Святилища закрылись у них за спиной, и Тесс в нерешительности осмотрелась. Сейчас в зале было намного темнее, чем в тот раз, когда она встречалась здесь с Камиллой. В массивных канделябрах больше не горело сотни свечей, и только слабо мерцающий колдовской свет разгонял чернильно-черные тени. Мраморный ангел по-прежнему плакал, роняя в бассейн крупные слезы. В зале было так холодно, что Тесс зябко поежилась и обхватила себя руками, пытаясь удержать быстро ускользающее тепло.

Софи дрожащими руками спрятала ключ от дверей Святилища в карман своего изодранного фартука. Выглядела она столь же взволнованной, как и Тесс.

— Наконец-то добрались… — прошептала она. — Как же тут холодно.

— Все просто отлично! Уверена, мы здесь не задержимся, так что и замерзнуть не успеем, — нарочито жизнерадостно произнесла Джессамина. Нож Ната все еще блестел в ее руке. — Кто-нибудь вернется, чтобы спасти нас. Уилл или Шарлотта…

— Вернутся и найдут в Академии десятки механических чудовищ, — возразила Тесс. — И Мортмэйн… — При воспоминании о Магистре она вздрогнула. — Не уверена, что все будет так просто, как тебе кажется.

Джессамина посмотрела на Тесс холодными темными глазами.

— Да, ты права. Вот только, знаешь, мы бы не оказались здесь, если бы не ты.

Софи вышла вперед и, загородив собой Тесс, встала между двумя массивными колоннами, на фоне которых казалась совсем крошечной. Впервые за этот вечер голос ее, эхом отлетевший от каменных стен, звучал решительно:

— Говорить так не очень любезно с вашей стороны, мисс.

Джессамина уселась на бортик фонтана и поджала ноги. Нахмурившись, она попыталась отряхнуть изрядно испачканный подол платья, но успеха в этом деле не добилась.

— Возможно, и не очень любезно, зато правдиво, — раздраженно ответила она. — Единственная причина, по которой Магистр явился сюда, — это Тесс.

— Я пыталась объяснить Шарлотте, что мои проблемы — это мои проблемы, — спокойно возразила Тесс. — Я просила ее отослать меня. Она этого не сделала.

Джессамина вскинула голову:

— У Шарлотты доброе сердце, и у Генри тоже. И Уилл… Он думает, будто превратился в Галахада. Хочет спасти всех и вся. И Джем такой же. Оба они не от мира сего.

— Полагаю, если бы ты решала, как поступить… — начала было Тесс.

— Ты очутилась бы за дверью и даже название улицы забыла бы, — закончила за нее Джессамина, презрительно фыркнув. А так как Софи все еще смотрела на нее с осуждением, добавила: — О, хватит, Софи, ради бога, не будь ты такой дурехой! Агата и Томас были бы живы, если бы решения в Академии принимала я.

Софи побледнела, ее шрам ярко пылал на щеке, будто горел изнутри.

— Томас мертв?

И тут Джессамина, очевидно, поняла, что допустила ошибку. Нельзя было этого говорить. Во всяком случае, не сейчас.

— Я вовсе не это имела в виду…

Тесс внимательно посмотрела на нее:

— Что там случилось, Джессамина? Мы видели, как ты упала…

— И любой из вас сделал бы то же самое, — сказала Джессамина и уселась поудобнее, в кои-то веки ее не интересовало состояние ее платья. — Я потеряла сознание… Когда пришла в себя, увидела, что все ушли, кроме Томаса. Мортмэйн тоже исчез, но те ужасные существа остались. Один из них направился ко мне. Я хотела было найти свой зонтик, но увидела, что его разорвало в клочья. Механические люди уже окружили Томаса. Я было попыталась ему помочь, но он велел мне бежать… И я ушла. — Она вызывающе посмотрела на девушек.

Глаза Софи вспыхнули.

— Вы бросили его там? Одного?

Джессамина с яростью ударила ножом по бортику фонтана.

— Я леди, Софи. Считается, что это мужчина должен пожертвовать жизнью ради спасения леди, а не наоборот.

— Какой вздор! — Софи инстинктивно сжала кулаки. — Вы прежде всего сумеречный охотник! А Томас всего лишь обычный мирянин! Вы могли помочь ему. Только вы не сделали этого, потому что вы самая настоящая эгоистка! И… И вы ужасны!

Джессамина изумленно посмотрела на Софи, широко открыв рот:

— Как смеешь ты говорить со мной подобным…

И тут ее прервал громкий стук. Кто-то со всей силы колотил в дверь огромным молотком, который висел с той стороны, в коридоре. Девушки замерли от ужаса и… услышали знакомый голос:

— Тесс! Софи! Открывайте! Это Уилл.

— О господи, спасибо тебе! — На самом деле Джессамина обрадовалась не столько появлению Уилла, сколько возможности прекратить спор с Софи, которая, и это было очевидно всем, была права. — Уилл! Это Джессамина. Я тоже здесь! — крикнула она, поспешив к двери.

— У вас все в порядке? — Голос Уилла звучал взволнованно, но Тесс вдруг почувствовала какое-то странное волнение. — Что случилось? Мы мчались сюда от самого Хайгейта. Я увидел, что дверь Академии открыта. Как, во имя Ангела, Мортмэйн вошел сюда?

— Я и сама не знаю, как ему это удалось, — с горечью ответила Джессамина, потянувшись к ручке двери. — Просто понятия не имею.

— Едва ли это имеет значение теперь. Он мертв. Механические люди разрушены.

Голос Уилла звучал уверенно, только почему-то Тесс не верила ему. Она обернулась и бросила испуганный взгляд на Софи, которая неотрывно смотрела на дверь. Горничная хмурилась — резкая вертикальная морщинка протянулась между ее бровями, ее губы едва заметно шевелились, словно она шептала что-то. «Софи умеет Видеть!» — вспомнила вдруг Тесс. И теперь, глядя на горничную, Тесс окончательно убедилась в том, что происходит что-то нехорошее.

— Джессамина, — позвала она. — Джессамина, не открывай…