Кассандра Клэр – Механическая принцесса (страница 51)

– Не паникуйте, – усмехнулся Мортмейн. – Через эту невидимую стену ни вы не можете ко мне прикоснуться, ни я к вам. Разве что разрушить заклятие, а для этого потребуется время. – Он помолчал и добавил: – Мне просто хотелось, чтобы вы чувствовали себя в безопасности.

– Если бы вы хотели, чтобы я чувствовала себя в безопасности, то не похищали бы меня из Института, – заметила Тесса.

Мортмейн оставил ее реплику без ответа, лишь вскинул голову и внимательно посмотрел на девушку:

– Примите мои соболезнования по поводу смерти вашего брата. Я не хотел этого.

Тесса почувствовала, как рот ее скривился в ужасной гримасе. С того момента, когда у нее на руках умер Нат, прошло два месяца, но она ничего не забыла и тем более не простила.

– Я не нуждаюсь в вашей жалости. Он стал инструментом в ваших руках и умер. Это ваша вина. Если бы вы застрелили его на улице, никакой разницы не было бы.

– Полагаю, бесполезно напоминать вам, что он сам меня нашел.

– Нат был еще мальчишкой, – сказала Тесса. – Ей хотелось броситься на колени и изо всех сил замолотить кулаками по невидимой стене, но она стояла прямо, всем своим видом демонстрируя ледяную холодность. – Ему не было и двадцати.

Мортмейн засунул руки в карманы.

– А хотите, я расскажу вам, каково было мальчишкой мне? – спокойным тоном сказал он, будто поддерживал светскую беседу за обеденным столом.

Тессе вспомнились образы, которые она когда-то разглядела в закоулках сознания Алоизиуса Старкуэзера.

Высокий, широкоплечий мужчина с зеленой, как у ящерицы, кожей. Черные волосы. Ребенок, которого он держал за руку, наоборот, выглядел совершенно обычно – маленький, пухлый, розовощекий.

Старкуэзер знал имя мужчины, поэтому его знала и Тесса.

Джон Шейд.

Он усадил ребенка на плечи – в комнату ввалилось несколько безликих железных созданий, внешне похожих на кукол, но ростом с человека. Как это ни странно, на них была человеческая одежда – на одних рабочие рубахи йоркширских фермеров, на других простенькие муслиновые платья… Железные куклы взялись за руки и стали раскачиваться из стороны в сторону, будто танцевали какой-то народный танец. Ребенок засмеялся и захлопал в ладоши.

– Смотри внимательно, сынок, – сказал зеленокожий, – однажды я встану во главе королевства этих механических созданий, а ты будешь их принцем.

– Я знаю, ваши приемные родители были колдунами, – произнесла Тесса, – знаю, что они заботились о вас и что ваш отец изобрел механизмы, в которые вы так влюблены.

– В таком случае вы знаете и то, что случилось потом.

…развороченная комната, повсюду в черной, похожей на кровь жидкости валяются шестеренки, болты и рваные листы железа; и посреди этой разрухи – тела зеленокожего мужчины и синевласой женщины.

Тесса опустила глаза.

– Давайте-ка я расскажу вам о своем детстве, – продолжил Мортмейн. – Приемные родители, как вы их называете, были мне как родные. Они растили меня в такой же заботе и ласке, какой были окружены и вы.

Магистр показал рукой на стену, и Тесса обнаружила, что на висевших там портретах изображены ее собственные родители – светловолосая мать и кареглазый отец со сбившимся набок галстуком.

– А потом их убили Сумеречные охотники. Отец работал над автоматами, или, пользуясь вашим выражением, механическими созданиями. Он мечтал, что они защитят обитателей Нижнего мира от Сумеречных охотников, которые походя убивали и грабили. Вы видели трофеи в Институте Старкуэзера? Там есть останки моих родителей. Они до сих пор хранят в банке кровь моей матери.

Последние слова он выкрикнул, брызгая слюной.

Останки колдунов. Мумифицированные, когтистые, как у миссис Блэк, руки. Голый, начисто лишенный плоти череп, выглядевший в точности как человеческий, с той лишь разницей, что вместо зубов у него были клыки. Бутылочки с кровью, больше похожей на болотную грязь.

Тесса судорожно сглотнула. Они до сих пор хранят в банке кровь его матери. Она не стала бы утверждать, что не понимает ярости Мортмейна. Но вдруг подумала о Джеме, о родителях, умерших у него на глазах, о его собственной загубленной жизни… Джем не стремился отомстить.

– Согласна, – ответила Тесса, – но это отнюдь не оправдывает того, что вы натворили.

В глубине глаз Магистра что-то мрачно сверкнуло: злоба, которую он тут же подавил.

– Позвольте мне рассказать вам о моих достижениях. Я сотворил армию. Армию, которая, я не сомневаюсь, будет непобедимой. Остался последний фрагмент.

– А последний фрагмент…

– Это вы, – довел свою мысль до конца Мортмейн.

– Вы это постоянно твердите, но упорно не желаете ничего объяснять. Хотите, чтобы я с вами сотрудничала, однако ничего не говорите. Вы заперли меня здесь, но вам не под силу заставить меня что-либо сделать против воли…

– Вы – наполовину Сумеречный охотник, наполовину демон, – вдруг сказал Мортмейн. – Это первое, что вам следует знать.

Тесса пораженно замерла:

– Это невозможно! Дети Сумеречных охотников и демонов появляются на свет мертворожденными.

– Да, так оно и есть – руны на теле Сумеречных охотников убивают плод еще в материнской утробе. Но на вашей матери меток не было.

– Моя мать не была Сумеречной охотницей! – Тесса бросила взгляд на портрет Элизабет Грей. – Может, вы еще скажете, что она всю жизнь лгала не только отцу, но и всем остальным?

– Она ничего не знала. Как и Сумеречные охотники. Ей просто некому было обо всем рассказать. Если хотите знать, вашего Механического ангела сконструировал мой отец. Хотел подарить его матери. Он содержит в себе немного ангельского духа, уникальной субстанции, которую Джон Шейд хранил давно, еще со времен Крестовых походов. Механизм предполагалось настроить на жизнь матери, чтобы каждый раз, когда ей что-то угрожало, ангел вмешивался и защищал ее. Но довести дело до конца отец не смог. Его убили.

Мортмейн заложил руки за спину и стал мерить шагами комнату.

– Конечно, смерть моих родителей не была чем-то особенным. Старкуэзер и ему подобные убивают обитателей Нижнего мира с удовольствием, даже с восторгом. За счет «трофеев» можно здорово обогатиться, и они используют малейший предлог для нападения. Этим и объясняется ненависть к Старкуэзеру со стороны колдовского сословия. Когда родителей убили, мне помогли бежать колдуны, жившие в сельской местности. Они прятали меня до тех пор, пока Сумеречным охотникам не надоело меня искать. Когда же несколько лет спустя возник план мести, я не остался в стороне. Институты защищены от вторжения обитателей Нижнего мира, но к мирянам, или примитивным, а тем более к механическим существам это не относится. – Он улыбнулся жуткой улыбкой. – Один из созданных отцом автоматов пробрался в Институт Йорка и подменил Адель, внучку Старкуэзера, ребенком мирян.

– Адель, – прошептала Тесса, – я видела ее портрет.

Маленькая девочка с длинными белокурыми волосами, в старомодном платьице и с большим бантом на маленькой головке. С тонкой, бледной кожей, но ярким, пронзительным взором.

– Она умерла во время церемонии нанесения первой метки, – сказал Мортмейн, явно наслаждаясь своими словами. – А перед смертью мучилась так же, как колдуны и феи, безжалостно убиваемые Сумеречными охотниками. Но теперь обитатели Нижнего мира убили ту, которую нефилимы успели полюбить. Достойная кара.

Тесса смотрела на него в ужасе. Как можно называть достойным наказанием мучительную смерть невинного ребенка? Она вновь подумала о Джеме, о его нежных руках, играющих на скрипке.

– Ваша мать, Элизабет, выросла, ничего не ведая о своей принадлежности к Сумеречным охотникам. Разумеется, я внимательно следил за ней и, когда она вышла замуж на Ричарда Грея, для верности взял его к себе на работу. Я полагал, что в отсутствие рун на теле она может зачать ребенка от демона. И чтобы проверить эту теорию, подослал к ней вместо вашего отца Эйдолона. О подмене она так и не узнала.

К горлу Тессы подкатила тошнота.

– Что вы сделали с моей матерью? Подослали демона? Значит, я наполовину демон?

– Если это вас утешит, он был Высшим демоном, из тех, что когда-то были ангелами, причем в своем естественном обличье очень даже симпатичным. – Мортмейн самодовольно ухмыльнулся. – Я потратил несколько лет и успел закончить Механического ангела до того, как ваша мать стала носить вас под сердцем. А затем настроил его на вашу жизнь. Механический ангел стал моим величайшим изобретением.

– Но почему мама решила его надеть на себя?

– Чтобы не потерять вас, – ответил Мортмейн. – Она сразу поняла, что с вами что-то не так. Вынашивать ребенка от демона – совсем не то же самое, что от человека. Я пришел к ней, подарил Механического ангела и сказал, что он спасет ее ребенку жизнь. Это было правдой, и она мне поверила. Вы, мисс, бессмертны, но при этом уязвимы. Вас можно убить. Ангел создан специально, чтобы спасать вас, когда вашей жизни угрожает опасность. Он сотню раз приходил на выручку, когда вы еще не родились, и продолжает защищать вас сейчас. Вспомните случаи, когда вы были на краю гибели.

Перед мысленным взором Тессы пронеслись картины: ангел не дает механическому чудовищу задушить ее, отбивает атаки монстра неподалеку от поместья Рэйвенскар, не дает разбиться о камни ущелья…

– Но он не уберег меня ни от пыток, ни от оскорблений.

– Да, потому что пытки и оскорбления – часть человеческой жизни.