Кассандра Клэр – Механическая принцесса (страница 47)
Затуманившимся от боли взором Уилл увидел обступивших его волков. Их было пятеро, включая того, кто сгреб его за окровавленную рубашку и теперь прижимал к стене конюшни. Все – без головных уборов, длинноволосые, по моде оборотней, и одинаково одетые: в черные сюртуки, блестевшие под дождем, как клеенка.
– Убери руки, – сказал Уилл. – Соглашение запрещает прикасаться к нефилиму, если он ничем тебя не оскорбил…
– Не оскорбил? – Оборотень рванул Уилла на себя и вновь впечатал в стену.
В обычных обстоятельствах из глаз посыпались бы искры, но на этот раз все было иначе. Руна
– Я бы сказал, ты не просто нанес нам оскорбление. Если бы не ты, нефилим, Магистр никогда бы не заявился к нам.
Неужели они в самом деле думают, что могут причинить ему боль? Пять лет
– Скажи-ка, а это правда, что волки-оборотни никогда не моются, а вместо этого раз в год облизывают себя? Или вы друг друга облизываете? Я что-то такое слышал, – с усмешкой произнес Уилл.
– Тебе, Сумеречный охотник, надо бы относиться к нам поуважительнее. – Волк еще сильнее вдавил его в стену.
– Неужели?
– Мы наслышаны о тебе, Уилл Эрондейл, – подал голос другой оборотень. – Каждый раз, когда тебе нужна помощь, ты приползаешь к обитателям Нижнего мира. Ну-ка, покажи нам, как ты умеешь ползать.
– В таком случае вам придется отрезать мне ноги до колен.
– Можем и отрезать.
Уилл изловчился и боднул головой стоявшего перед ним оборотня. Раздался хруст ломающегося носа. Оборотень упал на колени и пополз по земле, прижимая руки к лицу в тщетных попытках остановить кровь.
Кто-то схватил Уилла за плечо, и через мокрую рубашку в плоть вонзились когти. Обернувшись, Уилл увидел, что в другой руке оборотень зажимает нож. Сквозь пелену дождя угрожающе сверкали желто-зеленые глаза.
«Они увязались за мной не для того, чтобы поглумиться или поколотить, – вдруг понял Уилл, – они увязались, чтобы
В какой-то момент его охватил соблазн не препятствовать им. Мысль несла облегчение – никакой боли, никакой ответственности, лишь смерть и забвение. Увидев стремительно приближавшийся нож, он не двинулся с места.
Но вдруг перед глазами возник образ из сна: Тесса бежит к нему по зеленой тропинке. Он мгновенно перехватил запястье оборотня и поднырнул под его руку. Затем резко дернул и сломал ее. Раздался отчаянный вопль, и Уилла охватило мрачное злорадство. Он сделал подсечку и нанес оборотню удар локтем в висок. Нож упал, и оборотень бесформенной массой рухнул в грязь.
Схватив нож, Уилл выпрямился. Теперь их осталось всего трое, и уверенности в них значительно поубавилось.
– Ну, давайте убейте меня, если сможете, – крикнул Уилл и пнул лежавшего без сознания оборотня. – Но вам придется постараться, если не хотите разделить судьбу своих дружков.
Зарычав, волки бросились на него. Уилл упал на землю и сильно ударился головой о камень. В плечо вновь вонзились острые когти. Уворачиваясь от ударов, он выбросил руку с ножом. Раздался пронзительный крик боли, перешедший в вой, и навалившееся на него тело обмякло. Он откатился в сторону и вскочил на ноги.
В луже крови лежал убитый им оборотень. Двое оставшихся с трудом стояли на ногах. Пропоротое когтями плечо невыносимо болело. Увидев, как дождь смывает с ножа кровь, он расхохотался:
– Ну что же вы,
Один из оборотней повернулся и дал деру. Уилл вновь захохотал. Последний из оборотней стоял выпустив когти. Резкий выпад, взмах, как учил Джем, – и нож вонзится врагу прямо в сердце…
–
По двору, ссутулившись под дождем, шагал Булей Скотт.
– Прекратите немедленно, слышите!
Оборотень тут же втянул когти и покорно склонил голову.
Но Уилла накрыла дикая волна ярости. Он с силой дернул оборотня на себя, схватил его за шею и приставил к горлу нож. Булей остановился, глаза его метали молнии.
– Ну, что же ты? – прошипел Уилл. – Еще шаг, и я перережу твоему волчонку горло.
– Хватит, я сказал, – на удивление спокойно произнес Булей.
На нем был мокрый от дождя редингот. Светлые волосы прилипли ко лбу.
– Прекратите! Оба!
– Но
Он окинул взглядом поверженных волков – один был мертв, двое лежали без сознания.
– Твоя стая набросилась на меня без малейшей на то причины. Они нарушили соглашение. Я защищался. Они преступили
– Ага, целым морем, – сказал Булей. – И что ты будешь с ним делать? Тебе этот парень ни к чему. Отпусти его.
– Нет.
– Тогда хотя бы дай ему возможность сразиться с тобой в честном бою.
Уилл мгновение поколебался, затем ослабил хватку и отпустил оборотня. Тот испуганно посмотрел на вожака.
– Уходи, Конрад, – приказал Булей, – да поживее.
Не заставляя просить себя дважды, оборотень побежал и скрылся за конюшней.
Уилл посмотрел на Булей.
– Значит, вся твоя стая – трусы, – насмешливо сказал он. – Пятеро против одного, да?
– Я не велел им нападать на тебя. Они молодые, горячие и глупые. К тому же половину их стаи уничтожил Мортмейн, и в этом они винят вас, Сумеречных охотников. – Булей подошел ближе и окинул Уилла холодным, как лед, взглядом. – Полагаю, твой
Уилл был не готов услышать это. В бою он на какое-то время забыл о боли, а теперь она грозила в любой момент вернуться – всепоглощающая и страшная. Он стал судорожно хватать ртом воздух, будто Булей ударил его в грудь.
– Твой
Уилл откинул со лба мокрые волосы и с ненавистью взглянул на Булей:
– Тебе-то что?
– И ты вот так решил почтить его память?
– Какая теперь разница? Его больше нет, и, что бы я сейчас ни сделал, он никогда об этом не узнает.
– Я потерял брата, – сказал Булей совсем другим тоном, – и до сих пор стремлюсь, чтобы его пожелания воплотились в жизнь, чтобы он жил в памяти стаи. Ты думаешь, я оказался здесь просто так? Думаешь, я просто так ем помои, пью кислятину и спокойно наблюдаю за тем, как какой-то Сумеречный охотник истребляет стаю, и так уже изрядно поредевшую? Но если бы мной двигала только скорбь, меня бы здесь и в помине не было. Нет, я руководствуюсь куда более высокими мотивами. Как и ты.
Кинжал выпал из руки Уилла и упал в грязь.
– Как же мне теперь жить? – прошептал он.
Ответить на этот вопрос на всем белом свете не смогла бы ни одна живая душа. Уилл никогда не чувствовал себя таким одиноким, даже когда верил в проклятие демона.
– Делай то, что на твоем месте делал бы он, – хладнокровно ответил Булей, повернулся и зашагал обратно к постоялому двору.
Глава 13
He озаряй, высокий пламень звездный
В комнате холодно. Огонь в камине давно погас, снаружи завывает ветер, настолько сильный, что дребезжат оконные стекла. Лампа на ночном столике едва рассеивает мрак, и она, Тесса, сидя в кресле у изголовья, дрожит от холода, несмотря на плотную шаль, накинутую на плечи.
–