Кассандра Клэр – Леди Полночь (страница 41)

– Нашла, – ответила Эмма, взглянув на Марка. Он тем временем изучал растения у входа в пещеру. – Мы на точке пересечения.

– Что? Где она? Там опасно?

– Пока нет, – сказала Эмма и увидела, как Марк, пригнувшись, зашел в пещеру. – Марк! – воскликнула она. – Марк, не надо! Марк!

Связь оборвалась. Выругавшись, Эмма сунула телефон обратно в карман и вытащила колдовской огонь. Он осветил ярким светом вход в пещеру, и Эмма пошла туда, ругая Марка на чем свет стоит.

Он стоял прямо у входа и смотрел на траву, островками растущую среди камней.

– Белладонна, – сказал он. – В переводе с итальянского – «прекрасная дама». Очень ядовита.

Эмма поморщилась.

– А она вообще-то растет в этих местах?

– Здесь ее больше обычного.

Марк наклонился, чтобы потрогать зеленый листок, но Эмма поймала его за руку.

– Не надо, – сказала она. – Ты же сказал, что она ядовита.

– Только при употреблении в пищу, – объяснил Марк. – Разве дядюшка Артур не рассказывал вам о смерти Августа?

– Наверное, я сразу попыталась об этом забыть.

Марк выпрямился, и Эмма выпустила его руку, почувствовав.

Он шагнул дальше в пещеру, которая сузилась до размеров тоннеля, и Эмма не смогла не вспомнить Марка таким, каким видела его в последний раз, до того как его похитил Себастьян Моргенштерн. Улыбка, синие глаза, короткие светлые волосы, слегка завивающиеся у острых кончиков ушей. Широкие плечи – во всяком случае, так казалось ей, двенадцатилетней. Он точно был выше Джулиана и крупнее всех них. Он был совсем взрослым.

Но теперь, пробираясь перед ней по пещере, он казался диким ребенком. Его волосы блестели в свете колдовского огня. Он двигался, как облако по небу, как легкий, невесомый дым, готовый в любое мгновение рассеяться на ветру.

Марк скрылся за скалистым уступом, и Эмме стало не по себе. Он принадлежал прошлому, где остались ее родители, а на задании ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы это прошлое тебя поглотило.

А Эмма была Сумеречным охотником. Она всегда была на задании.

– Эмма! – позвал ее Марк, и его голос эхом отразился от сводов пещеры. – Посмотри-ка на это.

Она поспешила на зов. Тоннель привел ее в круглый зал, отделанный металлом. Эмма медленно повернулась на каблуках и осмотрелась. Она не знала точно, чего ожидать, но уж точно не ожидала увидеть помещение, похожее на какой-то оккультный океанский лайнер. Стены были обиты бронзой, покрытой странными символами из разных языков: здесь были и демонические руны, и древние человеческие письмена – Эмма узнала древнегреческий и латынь, несколько цитат из Библии…

В стенах были прорезаны две массивные стеклянные двери, напоминающие огромные иллюминаторы. Обе были закрыты и заклепаны. Между ними по стене тянулся странный металлический узор. Сквозь стекло Эмма видела лишь бесконечную темноту, словно они находились под водой.

В зале не было мебели, но на гладкий каменный пол был мелом нанесен круг из символов. Эмма вытащила телефон и принялась фотографировать. В тусклом свете комнаты вспышка казалась жутковатой.

Марк подошел к кругу.

– Не надо… – Эмма опустила телефон. – Не ходи туда, – выдохнула она.

Он уже стоял в центре круга и с любопытством смотрел по сторонам. Эмме казалось, что вокруг него лишь голый пол.

– Выйди, пожалуйста, – умоляюще сказала Эмма. – Если этот круг зачарован и ты вдруг погибнешь, мне будет очень неловко объяснять это Джулсу.

Марк вышел из круга, и свет слегка мигнул.

– По-моему, «неловко» – это слабо сказано, – спокойно заметил Марк.

– В этом вся соль, – ответила Эмма. – Поэтому и смешно. – Марк, казалось, не понял ее. – А, забудь.

– Однажды я читал, что объяснять шутку – это все равно что вскрывать лягушку, – сказал Марк. – Ты поймешь, как все устроено, но лягушка в процессе погибнет.

– Пожалуй, нам лучше убраться отсюда, пока мы сами не погибли в процессе. Я сделала несколько снимков, так что…

– Я кое-что нашел, – перебил ее Марк и протянул ей какой-то квадратный кожаный предмет. – Он лежал внутри круга вместе с одеждой, а еще… – Он нахмурился. – Еще там валялся сломанный зуб.

Эмма взяла предмет из рук у Марка. Это был бумажник – мужской бумажник, опаленный в огне.

– Я ничего не видела, – сказала Эмма. – Круг показался мне пустым.

– Это чары. Я почувствовал их, когда проходил мимо.

Эмма открыла бумажник, и ее сердце перевернулось в груди. За пластиковым окошком лежали водительские права со знакомой фотографией. Они принадлежали тому самому мужчине, тело которого она нашла в переулке.

В бумажнике были деньги и кредитные карты, но Эмма все смотрела на права и на имя их владельца: Стэнли Альберт Уэллс. Те же длинные седеющие волосы, то же лицо – только здесь оно не было запятнано кровью и искажено в предсмертном ужасе. Адрес прочитать было невозможно, но имя, дата рождения и остальная информация не пострадали в огне.

– Марк. Марк! – Эмма помахала бумажником. – Это улика. Настоящая улика. По-моему, я тебя люблю.

Брови Марка от удивления взлетели вверх.

– В стране фэйри после таких слов нам пришлось бы навеки связать себя узами, после чего ты смогла бы наложить на меня заклятье, и я никогда не ушел бы от тебя под страхом смерти.

Эмма сунула бумажник в карман.

– Знаешь, это просто фигура речи. Вроде как «Ты мне очень нравишься» или даже «Спасибо за заляпанный кровью кошелек».

– Какие вы, люди, забавные.

– Ты тоже человек, Марк Блэкторн.

В зале эхом отозвался какой-то звук. Марк отвел глаза и поднял голову. Эмма представила, как поворачиваются на звук его остроконечные уши, и едва смогла сдержать улыбку.

– Снаружи, – сказал он. – Снаружи что-то есть.

Улыбка Эммы исчезла, не успев толком появиться.

Эмма бросилась в тоннель, на ходу засовывая колдовской огонь в карман, чтобы не выдать себя светом. Марк поспешил следом за ней. Левой рукой Эмма вытащила стило и принялась наносить на кожу нужные руны: для сильного удара, для быстрых ног, для боевого духа, для бесшумности. У самого выхода из пещеры она повернулась к Марку, не убирая стила, но он покачал головой – нет, не надо рун.

Эмма сунула стило обратно за пояс. Они выглянули из пещеры. Здесь было прохладнее. На небе сияли звезды. Трава серебрилась в лунном свете. Площадка перед пещерой казалась абсолютно пустынной. Эмма не видела ничего, кроме травы и кустиков осота, утоптанных до самого края утеса. Раздавалось какое-то мелодичное звучание, похожее на жужжание насекомых.

Вдохнув поглубже, Марк сказал:

– Рамиил.

Его клинок серафимов вспыхнул ярким огнем. Свет словно сбросил все чары, и Эмма вдруг увидела их. Они посвистывали, сидя в высокой траве.

Демоны.

Она выхватила Кортану из ножен так быстро, словно меч сам прыгнул ей в руку. Демонов было много. Они занимали весь утес, от входа в пещеру до обрыва, и походили на насекомых – точнее, на богомолов. Треугольные головы, длинные тела, длинные руки с хитиновыми лезвиями, острыми как бритва. Бледные, молочно-белые, неживые глаза.

Демоны отрезали их с Марком от мотоцикла.

– Демоны-богомолы, – прошептала Эмма. – Мы не сможем их всех перебить. – Она посмотрела на Марка, лицо которого освещалось светом клинка. – Нужно добраться до мотоцикла.

Марк кивнул.

– Иди, – кратко сказал он.

Эмма выпрыгнула из пещеры. Как только ее ботинки коснулись травы, на нее накатила холодная волна уверенности, которая словно замедлила время. Один из богомолов повернулся к ней и зашевелил своими жуткими лапами. Эмма согнула колени и подпрыгнула, одновременно взмахнув Кортаной. Голова богомола отлетела от тела.

Во все стороны брызнула зеленая кровь. Эмма приземлилась, а тело демона растворилось в воздухе и вернулось в его родное измерение. Уголком глаза Эмма заметила какое-то движение. Она повернулась и нанесла новый удар. Кортана вонзилась в грудь еще одному богомолу. Эмма выдернула меч и тут же сделала выпад. Демон зашелся в предсмертных судорогах.

Сердце выпрыгивало у Эммы из груди. Времени на раздумья не было: все долгие тренировки, все уроки, вся ненависть, вся страсть слились в единый миг решимости и отваги. Убить всех демонов. Спасти Марка. Только это и имело значение.

Марка было прекрасно видно – его клинок серафимов освещал траву вокруг него. Взмахнув клинком, он отрубил богомолу передние лапы. Демон заверещал, но не погиб. Марк поморщился от отвращения. Эмма подбежала к груде камней, забралась на нее и спрыгнула вниз, в прыжке разрубив богомола надвое. Он повалился на землю прямо перед Марком и в следующую секунду исчез.

– Этот был мой, – холодно бросил Марк.

– Поверь мне, – ответила Эмма, – здесь их еще много. – Она схватила Марка за футболку и развернула его так, чтобы он увидел пятерых богомолов, которые вылезали из трещин в гранитном холме. – Убей вот этих. Я за мотоциклом.

С боевым кличем Марк бросился вперед. Он орудовал клинком, отсекая богомолам лапы и разрубая туловища пополам. Демоны падали, из их ран хлестала зеленая кровь, вонявшая горелым бензином.