Кассандра Клэр – Город небесного огня (страница 39)
Рафаэль скосил на него темные глаза, обрамленные длинными ресницами; ухмылка тоже вышла кривой.
– Вампиру не к лицу суетиться по поводу смертных тварей.
– Клянусь их богом, – помолчав, сказал Саймон, – ежели ты сию секунду не перестанешь кривляться, я не знаю… я тебя…
– Хорошо, хорошо. Я же говорю: не надо так нервничать. Пойдем-ка лучше… – Рафаэль направился к площади, и Саймон поспешил за ним. По дороге ему на глаза попалась пара девичьих голов – одна светлая, другая темная: Алина и Хелен, – и он подумал про Алека с Джейсом.
– На случай, если ты прикидываешь, не глотнуть ли Джейсовой крови, имей в виду: сейчас это стопроцентный яд, – сообщил Рафаэль. – Небесный огонь противопоказан вампирам. Даже таким, как ты, светолюб.
– Ничего такого я не думал, – нахмурился Саймон. – Просто размышлял, что случилось во время битвы.
– Ну как что… Себастьян атаковал Цитадель, – ответил Рафаэль, предусмотрительно давая крюк вокруг плотно сбитой группы Охотников. – Там же куют оружие для Сумеречных. Оплот Железных сестер, так сказать… В общем, каким-то образом ему удалось обвести вокруг пальца Конклав, внушить им, что у него с собой лишь пара десятков бойцов, а на деле их было куда больше. Дело шло к тому, что он бы всех их перебил и захватил Цитадель, кабы не твой Джейс…
– Что значит «мой»? Он сам по себе.
– …и эта твоя Клэри, – продолжал Рафаэль, будто не услышал. – Хотя подробности мне пока что неизвестны. Так только, живу слухами, к тому же нефилимы и сами толком не разобрались, что там к чему.
– Да, но каким образом Себастьян исхитрился так их обмануть?
Рафаэль неопределенно повел худеньким плечом:
– Сумеречные порой забывают, что далеко не вся магия на свете принадлежит им одним. Скажем, Цитадель возведена на стыке энергетических линий. А еще есть древняя магия, необузданная и первозданная, та самая, что существовала до Джонатана-охотника и которая еще покажет себя…
Он запнулся, и Саймон проследил за его взглядом. На долю секунды он видел лишь завесу синего огня. Затем пламя исчезло, и на грунте оказалась распростертая Клэри. В ушах юноши гулко бухнуло, словно резко прыгнуло кровяное давление. Белая как полотно Клэри лежала совершенно неподвижно, ее губы и кончики пальцев отливали лиловым оттенком. Униформа вся в крови, местами порвана, возле руки валяется меч – судя по звездам на клинке, моргенштерновский.
Над девушкой уже склонялся Магнус, приложив ладонь к ее щеке; подушечки его пальцев горели ярко-голубым пламенем. Напротив колдуна стояли коленопреклоненные Джослин и Люк. Женщина вскинула глаза и увидела Саймона. Губы назвали его имя: беззвучно, коль скоро он ничего не мог слышать из-за шума в голове. Неужели Клэри погибла? Выглядит как мертвая…
Он дернулся было вперед, но его опередил Люк: он схватил юношу за руку, оттаскивая подальше от Клэри.
Превратившись в нежить, Саймон обрел недюжинную силу, которой, правда, пока что не знал, как пользоваться, но и Люк был изрядно силен. Пальцы мужчины стальными крючьями впились Саймону в предплечье.
– Что случилось? – спросил юноша, поднимая голос. – Рафаэль?.. – Он обернулся, взглядом отыскивая молодого вампира, но тот как сквозь землю провалился. Вернее, растаял в тенях. – Послушайте, – умоляюще обратился он к Люку, лихорадочно переводя взгляд на Клэри и обратно. – Я прошу вас, дайте мне…
– Нет, Саймон! Нет! – рявкнул Магнус. Колдун выписывал какие-то узоры у девушки на лице, оставляя за собой след из голубых искр-пылинок. Клэри не подавала признаков жизни. – Она и так-то еле держится, запасы ее энергии катастрофически малы…
– Так давайте ее скорей в Басильяс! – предложил юноша, с надеждой глядя в сторону госпитального комплекса.
Оттуда по-прежнему изливался свет, и, к собственному изумлению, Саймон увидел Алека на ступенях перед входом. Тот не сводил взгляда с Магнуса, но не успел Саймон его окликнуть или хотя бы жестом привлечь внимание, как Алек исчез внутри.
– Магнус… – нерешительно позвал Саймон.
– Слушай, заткнись, а?! – выдавил тот сквозь зубной скрежет.
Саймон рывком высвободился из цепких пальцев Люка, едва не свалившись наземь, когда по инерции споткнулся о каменный бордюр.
– Да, но Клэри… – начал он.
Его оборвал Люк; мужчина выглядел измотанным, однако лицо было полно решимости:
– Клэри потеряла силы, работая с исцеляющей руной. Она не ранена, никак не пострадала, а Магнус может помочь ей куда лучше, чем Безмолвные братья. Ты, главное, не лезь, не мешай.
– А Джейс? – не унимался Саймон. – Алек говорил, мол, что-то случилось с их парабатайской связью. Что-то насчет Небесного огня. А еще Рафаэль упомянул про энергетические линии и что…
– Послушай-ка, битва оказалась намного тяжелее, чем ожидали нефилимы. Себастьян ранил Джейса, и Небесный огонь каким-то образом ударил в ответ. Джейс при этом едва сам не погиб. Клэри его спасла, но Безмолвным братьям все равно осталось поле для работы, для исцеления. – Люк не сводил с Саймона усталых голубых глаз. – Но что ты сам делал в компании Изабель и Алека? Я думал, ты остался в Нью-Йорке. Что, решил сюда перебраться из-за Джордана?
Юноша оторопел:
–
Наступила очередь удивиться Люку:
– Как, ты разве не в курсе?
– Вы о чем вообще говорите?
Мужчина помедлил. Затем сообщил:
– У меня кое-что есть для тебя. Магнус захватил из Нью-Йорка.
Он сунул руку в карман и извлек оттуда медальон на цепочке. Простенький золотой медальон со штампованной волчьей лапой и латинской надписью
Понимание пришло к Саймону мгновенно. Это медальон Джордана, символ принадлежности к «Претору Люпусу». Вещица была изрядна помята, имела глубокие царапины, кое-где остались следы крови. Темно-красные пятна, совсем как ржавчина. Но уж кого-кого, а вампира не обманешь…
– Секунду. Что-то я в толк не возьму, – нахмурился Саймон. В голове опять этот проклятый шум. – Откуда это у вас? И почему вы мне его даете?
– Потому что именно так хотел бы Джордан.
– «Хотел бы»? – Саймон повысил голос. – Что это все значит?!
Люк сделал глубокий вдох:
– Это значит, что Джордан мертв.
9. Твоим оружьем хрупким[9]
Клэри очнулась, когда светящийся след руны еще таял за ее закрытыми веками: два крыла, соединенные перекладиной. Все тело ломило, и где-то с минуту она лежала неподвижно, опасаясь двинуть хоть пальцем. Медленно всплыли картинки-воспоминания: обледенелое вулканическое плато с Цитаделью посредине, хохочущая Аматис, Джейс пробивается сквозь волну Помраченных, а вот он лежит окровавленный, истекая пламенем из раны, брат Захария отшатывается живым факелом…
Она разом распахнула веки. Девушка ожидала увидеть нечто совершенно непривычное, чужеземное, однако обнаружила себя лежащей на небольшой деревянной кровати в гостевой комнате дома Аматис. Сквозь тюлевые занавески просачивался бледный свет, рисуя узоры на потолке.
Клэри поерзала, желая сесть. Рядом кто-то негромко напевал – ее мать. Джослин тут же умолкла и вскочила на ноги, склоняясь над дочерью. Она выглядела так, словно всю ночь не сомкнула глаз; одета в старые джинсы с рубашкой, волосы убраны в пучок и заколоты карандашом. Картина была настолько привычной, что девушку окатила волна успокоения, мгновенно сменившаяся приступом паники.
– Мам?… – сказала она наклонившейся матери, которая тыльной стороной ладони касалась ее лба, словно проверяла температуру. – Джейс…
– Да в порядке он, в порядке, – сообщила та, отнимая руку. Заметив подозрительный взгляд Клэри, помотала головой: – Честное слово! Сейчас он в Басильясе, вместе с братом Захарией. Говорят, идет на поправку.
Девушка сверлила мать взглядом.
– Клэри, я знаю, что сама дала тебе повод сомневаться в моей искренности, но ты уж поверь: Джейсу действительно ничто не угрожает. Я ведь понимаю, что ты никогда не простишь мне обман на его счет.
– А когда я смогу его увидеть?
– Завтра. – Джослин вернулась на свой стул в изголовье кровати, и тут оказалось, что за ее спиной все это время стоял Люк, плечом навалившись на стену. Он улыбнулся – печальной, любящей, защитной улыбкой.
– Люк! – воскликнула девушка, чувствуя, как отлегло от сердца. – Ну хоть ты ей скажи, что я уже в порядке! Вот сейчас встану и сбегаю в Басильяс…
Мужчина покачал головой:
– Извини, Клэри, но к Джейсу пока что никого не пускают. А потом, сегодня у тебя все равно постельный режим. Уж мы-то знаем, что ты устроила возле Цитадели с той
– Во всяком случае, со слов тех, кто это видел собственными глазами. Даже не уверена, сумею ли это понять когда-нибудь… – У Джослин резче обозначились складки в уголках рта. – Ты едва саму себя не погубила, исцеляя Джейса. Клэри, надо все-таки поаккуратнее, слышишь? Запасы твоей энергии небезграничны и…
– Он умирал, – оборвала дочь. – Истекал огнем. Я должна была его спасти!
– Так в том-то и дело, что до этого вообще не должно было дойти. – Джослин нетерпеливо смахнула с глаз сбившийся на лоб рыжий локон. – Чего ради надо было лезть в эту битву?!
– Потому что они слишком мало послали нефилимов, – ответила Клэри, понизив тон. – Причем все только и говорили, мол, едва там окажемся, начнем спасать Помраченных, приведем их обратно, подыщем метод лечения… но я-то была в Беррене! Как и ты. Ты сама знаешь, что для тех, кого прибрал к рукам Себастьян, назад пути нет.