Karter Khan – Gord - экспансия (страница 8)

— Я накрыл. Ты снял крышку, когда искал чистую рубашку.

— В кухонном ящике?

— Она у тебя там была. Возле мешка с бельём. Мы с тобой так собирались в бар, что я думал, ещё день до этого проживу.

Макс повернулся к раковине и открыл вентиль. Воды налил ровно на два стакана, затем снова перекрыл подачу. Подогревать пока не стал: снаружи мастер работал с зарядным разъёмом. Микота забрал свой стакан, отпил и разложил на столе пакеты со снятыми деталями.

— Вчера бы мне в девять с той доставкой вернуться, — сказал он. — Забрал бы еду у выдачи и лёг. Я на ногах с начала смены, а потом ещё бегал за тобой.

— Ты же собирался пойти со мной.

— Собирался. На час. У тебя «на час» кончается, когда со стола начинают убирать мебель.

Макс потёр край лепёшки большим пальцем. Крошки посыпались в блюдце.

— Ты можешь сегодня спать. Я со следователем сам поговорю. Если им нужны твои слова, пусть назначают отдельно.

— Уже назначили. Я ответил, пока ты ногу на одеяло устраивал.

Из браслета пришёл короткий сигнал. Проверка ссылки завершилась; запись о виде подтвердилась. Макс повернул экран к Микоте. Тот дочитал, провёл пальцем по нижнему полю и забрал паспорт.

— Ничего больше не вписали. Хорошо.

Он убрал карточку в футляр, защёлкнул и сунул в карман. Макс смотрел на потёртый угол крышки, пока тот не исчез под тканью.

— Ты её тогда сам склеил? Коробку.

— Сотрудница дала ленту. Ты держал боковину, очень плохо держал. Всё норовил поставить ровно, и дно съезжало. У неё один угол был выше другого, она под стеллаж хорошо входила.

— А потом ко мне её принёс.

Микота потянул к себе пустое блюдце, стряхнул на него крошки с пакетов.

— Ты сам позвал. На рейс с кормом, помнишь? Обещал доплатить за помощь и вернуть остаток. Я пришёл посмотреть, есть ли у тебя вообще корабль. До этого ты мне только звонил с разных станций и рассказывал, что перевод сейчас пройдёт.

— Перевод прошёл.

— Первый. За повторную выдачу. Пакеты я ещё неделю выбирал по чеку, потому что у тебя в заявке всё одним грузом записано было. Я сказал: давай полечу, разгрузимся, рассчитаемся сразу.

Он отодвинул блюдце и поднял глаза.

— Тебе на том рейсе предлагали ещё три контейнера. Наличные на месте. А я просто прочёл наклейки. Ты уже собирался взять.

Макс кивнул. Помнил, как Микота обошёл контейнеры, нажал на верхний клапан одного и сразу позвал работника склада. Внутри шёл нагрев; заказчик требовал перевезти их вместе с сухим кормом, без отдельного контура охлаждения.

— Мы тогда половину аванса вернули, — сказал Макс.

— Зато прилетели. И тебя впервые выслушали, когда я объяснял, почему надо оставить одну ячейку пустой. Потом ты ещё раз позвал.

Макс вытянул под столом здоровую ногу, уступая Микоте место для стоп.

— На второй рейс ты уже со списком пришёл.

— Конечно. У тебя из еды было сладкое, из инструментов всё лежало под креслом, а вода в душе кончалась, когда я успевал намочить одну руку. Я тебе список дал, потому что собирался здесь две ночи прожить.

В проходе зашуршала куртка ремонтника. Он просунул голову в дверь, попросил оставить воду закрытой и присел возле технического шкафа. Макс передвинул одеяло, освобождая ему место.

Микота поднял со стола лепёшку. Отломил кусочек, макнул в воду и пожевал.

— Кай тебе эту кухню поставил? — спросил он.

— Да. Стол и шкафы он делал сам. Под мои вещи места было полно, пока я один летал.

— Поэтому на второй рейс я со своей коробкой приехал. Сказал, убирай из нижней ниши кабели, я там лягу. Ты убрал в другую. У неё до сих пор крышка не закрывается.

Макс оглянулся на ближайшую спальную шторку. Из-под неё торчала застёжка сумки Микоты. За эти два года ниша обзавелась сеткой для мелочей, крючком для одежды и полотенцем, которое нельзя было брать на кухню. Макс всё равно брал, когда рядом ничего другого не оказывалось.

— А дальше? — спросил он.

Микота посмотрел на него, продолжая жевать.

— Что дальше?

— Деньги-то я отдал. Ты остался.

Ремонтник перестал шуршать в шкафу, подвинул под себя свёрнутый чехол. Микота покосился на него.

— Я после разгрузки говорил, что мне нужна следующая работа. Ты предложил. Мы договорились о доле, помнишь? Я тогда три раза спросил, входит ли питание.

— Помню.

— Потом у тебя опять что-то потекло. Пока стояли, я заказывал детали, ты учил меня вести борт на внешнем участке. Мы неделю каждый вечер туда выходили. Я после первого раза собирался тебе кресло вырвать, так у меня руки устали.

Макс чуть улыбнулся.

— Ты слишком долго держал снос.

— Ты это через час сказал. Когда я уже всё, что мог, держал.

Микота сделал глоток. Поставил стакан, поправил хвост. Несколько секунд смотрел в дверной проём на чехол ремонтника.

— Мне понравилось летать, — сказал он. — И с тобой тогда можно было договориться. Когда я просил остановиться, ты останавливался. Когда говорил, что устал, мы возвращались. Вот я и остался. У меня был свой угол, моя доля, я знал, чем завтра займусь.

Из шкафа донёсся щелчок.

— Готово, — сказал мастер. — Только при первом включении стойте у разъёма, посмотрим, как держит.

Микота взял пустой стакан Макса и поставил в раковину. Макс поймал его за край рукава.

— Вчера я тебя плохо слушал.

— Ты вчера много чего плохо делал. Рукав отпусти, я тарелку достану.

Макс отпустил. Микота вынул из шкафа глубокую миску, вернулся к столу и разломил в неё оставшиеся лепёшки. Налил немного воды из своего стакана, оставленной на дне, и протянул миску Максу.

— Подержи. Сейчас нагреватель включат, сделаем хоть что-то тёплое. Ты ящик этот больше не открывай, в нём уже всё перемешано.

Ремонтник вернулся в рукав. Микота прошёл за ним и встал у наружного разъёма. Мастер попросил включить подачу со своего борта.

В кабине загудел накопитель. Макс видел на экране руку Микоты возле нового уплотнения; под ним лежала сухая полоска ткани. Он следил за показанием нагрузки, пока мастер проверял соединение на трёх разных режимах. На самом высоком появилась капля.

Микота придержал ткань ниже разъёма, стараясь не задеть нагретый корпус.

— Снижай, — сказал ремонтник. — Нам здесь поток поменьше нужен. Если захотите быстро зарядиться, опять выдавит.

Макс убавил мощность. Ремонтник повторил проверку, подтянул соединение и показал на новый предел, который записал в карточке борта. Заполнение накопителя теперь занимало дольше. До окончания зарядки оставалось больше двух часов.

Микота принёс влажную полоску на кухню, положил возле раковины. Включил нагреватель на короткий цикл и поставил миску с размокшими лепёшками в разогрев. Сам наклонился проверить вентиль.

Макс потянул к себе экран и снизил яркость. Ему предстоял разговор со следователем. Он попросил мастера оставить линию открытой на время записи, подтвердил своё имя и описал начало стрельбы ещё раз.

Следователь показал кадр, где Макс держал запястье Дарга.

— В этот момент пистолет был у вас под рукой. Вы пытались его забрать?

— Поднять ствол. Дарг повернул его к охраннику. Я схватился снизу и толкнул стол.

На записи было видно, как Микота встаёт, выдёргивая хвост, а ножка стола скользит к проходу. Макс отвёл взгляд от неподвижного кадра.