Karter Khan – Gord - экспансия (страница 5)

— Свет резко ударил. Я на секунду…

— Хорошо, — оборвал Микота. — Если сейчас ещё раз ударит, предупреждай. Я сяду и пристегнусь, чтобы с тобой вместе не полететь в шкаф.

На приборе загорелась зелёная рамка. Макс повернул экран к проходу.

— Запор держит. Можешь отпускать. Сядь пока на второе кресло, аптечку возьмём потом.

Микота осторожно разжал пальцы. Рычаг остался в нижнем положении.

Он пробрался в кабину, упираясь боком в шкаф. На пороге вытащил из кармана ремень сумки и отбросил его назад. Сел, подтянул хвост между креслом и стеной. Застёжка его привязи стукнула о пол.

Макс включил связь дока. На главном экране появился неподвижный снимок разбитого пульта и надпись об утрате местного канала. Он переключился на общий портовый.

— Четырнадцатая стоянка, жилой борт, — сказал он. — Закрылись, герметичность проверена. Запрашиваю аварийный вывод. Снаружи стреляют, местный пульт повреждён.

Ответ пришёл после длинного шороха.

— Борт вижу. В карточке foo fighter, жилая переделка. Переведите поле в стояночный режим. Ваш свет перекрывает обзор доковым камерам.

Макс уменьшил мощность. Белое пятно на экране наружного обзора сжалось, открывая лестницу и решётку. Возле пульта на коленях сидел работник. Полицейский придерживал его за плечо. Другой стоял у решётки, выставив оружие через прутья. Мужчина в портовой куртке лежал лицом к полу с руками за спиной.

Макс приблизил изображение работника. Тот разговаривал. Прозрачная пластина на лице была цела.

— На входе наряд, — сказал Макс. — Один преследователь удержан. Второго на камере нет.

— Выходите через шлюз по направляющей. На рейде займёте временное место. Потребуются показания; связь оставьте включённой. Для прыжка пока разрешения нет.

— Мне нужен прямой вывод через монтажное кольцо. Входной контакт повреждён. К захвату не подключайтесь по его данным, возьмите отдельную метку корпуса.

— Принято. До открытия ворот сорок секунд. Покажите тест давления на общую линию.

Макс отправил запись. На плане дока засветились три точки захвата. Первая погасла сразу, вторая задержалась; возле третьей появились перечёркнутые цифры.

Микота наклонился вперёд.

— Он нас не отпускает?

— Не видит, закрыта ли дверь. Я отключил её автоматику.

Макс нашёл ручной запрос подтверждения. Открылся снимок двери. Красной рамкой были обведены рычаг и контрольная риска на замке.

— Можешь показать им запор? Только я тебя сначала пристегну обратно, когда вернёшься. Нас подхватят, будет толчок.

Микота посмотрел на собственную застёжку, которую так и не поднял с пола. Вздохнул, вылез из кресла и пошёл в общий отсек. Макс следил за ним на внутренней камере.

У двери Микота подвинул коробку с обувью, открывая нижнюю часть запора, и показал на совпавшие риски. Пришлось подсветить их браслетом. На плане дока погасла последняя точка.

— Возвращайся.

Ворота снаружи ещё были закрыты. За ними включилась полоса сигнальных огней. Микота сел, а Макс, перегнувшись, вытащил застёжку из-под его ботинка. Он соединил концы привязи и потянул ремень возле живота.

— Хвост не придавил?

— Смотри на экран, пожалуйста.

Борт подхватило. Стакан, оставшийся на кухонном столе, проехал до края и упал. Микота закрыл глаза. Из-под пола пришёл низкий, прерывистый гул.

Макс поправил угол обзора. Ворота раскрылись; направляющая втягивала корабль в короткую шлюзовую камеру. На её дальней стене стояли два жёлтых вентиляционных короба. Между ними кружился обрывок упаковки, тянулся к решётке. За бортом захлопнулись внутренние створки.

Макс почувствовал чужую ладонь на своём запястье. Микота указывал на прибор давления. Оба значения оставались внутри допуска.

— Держит, — сказал Макс. — Дождёмся наружных ворот.

Микота убрал руку.

В камере погасли лампы. За наружными створками появился тонкий ряд звёзд. Щель разошлась, и обрывок упаковки прилип к вентиляционной решётке. Захват подтолкнул корабль наружу.

Станция поплыла вправо. Ближайшая грузовая ферма перекрыла половину экрана; по ней двигались маленькие жёлтые огни. Отмеченный портом путь проходил между фермой и двумя неподвижными цистернами.

Макс принял управление. Перед креслом появилась дорожка контрольных меток. Он подводил борт к каждой, останавливая снос прежде, чем следующий ориентир уходил за край экрана. Левой ногой старался не шевелить. Рана на кисти болела при каждом сгибании пальцев.

— Впереди буксир, — предупредила диспетчер. — Продолжайте по своему ряду. После третьей метки передам временную стоянку.

Микота открыл глаза. За экраном медленно прошёл буксир, тянущий на сцепке длинную платформу. На её носу сидели четыре цилиндра, связанные тусклой лентой рабочего света.

— Можно просто там постоять? — спросил он. — В стороне от всего. Мне всё равно, долго или нет.

— Пока там и постоим.

Порт назначил место возле служебного маяка, за пределами грузового потока. Макс закрепил маршрут и убрал руку с управления, пока борт проходил свободный участок. В кабине стало тихо, слышалась только вентиляция и редкое поскрипывание ремня Микоты.

На экране связи открылся запрос показаний. Макс включил запись.

Он назвал своё имя, номер стоянки, описал грузовой двор и двух мужчин. Микота уточнил сторону, с которой пришёл второй выстрел. Потом Макс записал, что сам дважды стрелял в фургон, и указал место, где спрятался работник с баллонами. Перед отправкой проверил карту.

— Про Рену скажи, — попросил Микота. — Она осталась наверху в баре. Пусть те, кто туда войдёт, знают, где искать.

Макс добавил лестницу и служебную часть. Переслал отметку счёта из «Буберса», по которой можно было найти запись камер. Порт подтвердил получение и назначил разговор со следователем на следующую смену. Медицинскую помощь предложили после посадки на служебную платформу.

— Давай сядем, — сказал Микота. — У тебя ботинок уже перекосило.

Макс открыл карточку платформы. За время на медицинском причале требовалось отдельное обеспечение; под суммой мигала кнопка выбора счёта.

— Я сначала проверю деньги.

Микота отстегнулся, поймал ремень прежде, чем тот упал на пол, и поднялся.

— Ты проверяй. Аптечку я всё-таки возьму сейчас.

Макс запросил остаток. Пришёл ответ, что операции обновляются. Он отправил запрос ещё раз и оставил окно открытым, вернувшись к карте рейда.

Маяк принял их метку. Борт остановился, удерживая расстояние. Макс выключил внешнее свечение, оставил навигационные огни и откинулся в кресле.

За стеной загремел кухонный ящик. Микота тихо выругался.

— Стакан разбился, — сообщил он. — И пол мокрый. Сейчас подберу, иначе ты ещё и здесь вляпаешься.

Макс посмотрел на своё запястье. В складке рукава торчал осколок пластика с наружной панели. Он вытянул его двумя пальцами и положил на край консоли.

Микота вернулся с аптечкой и свёртком ткани. Сверху лежал пакет охлаждения, ещё плоский и прозрачный. Он согнул его пополам; внутри побежали белые хлопья.

Макс протянул к нему руку, но Микота положил пакет на своё кресло.

— Этот мой. Ты пока ладонь покажи.

Он стянул присохшую салфетку, выслушал несколько слов в свой адрес и приложил к ране мокрую подушечку из аптечки. Макс отвернулся к экрану. Там уже открылось окно счёта.

Ремонтное обеспечение было недоступно.

Он коснулся строки, развернул основание удержания. Увидел собственную подпись, время и код «Буберса».

— Сколько там? — спросил Микота, накладывая повязку.

— Всё, что мы оставили на уплотнение. Шестьсот сорок.

Микота взял конец бинта зубами, придержал, пока приклеивал фиксатор. Потом освободил рот.

— Сняли?