Каролина Шевцова – Из развода с любовью (страница 42)
- Очевидно, что никак, Яна. Всего хорошего, и процветания твоей фирме.
Он задержался всего на секунду, будто давал мне последний шанс сказать важное. И ушел, когда понял, что я так и буду молчать. И конечно не услышал тихое и запоздалое:
- Все взаимно. Господи, разумеется, взаимно…
Глава 16
- Яночка, ну это даже неприлично, восьмое марта, а у тебя елка не убрана, - горестно вздохнула свекровь, пока расставляла на столе креманки с оливками.
Я перевела взгляд на ушатанное, некогда пышное дерево и кивнула. В знак солидарности с Кларой Гавриловной выключила гирлянду, чтобы та не подмигивала, пока мы будем вкушать оливье под фильм Девчата. И хоть настроения моего едва хватало на то, чтобы умыться и вылезти из пижамы, я старалась улыбаться.
- Клара Гавриловна, завтра уберу, я уже коробки достала, а в остальном…мы же одни будем, можем позволить себе любое непотребство, хоть елку, хоть пальму, хоть костюмы телепузиков.
Свекровь нервно поправила накрахмаленный передник и отвернулась в сторону. Ее поведение сегодня было крайне подозрительным. За весь день я не услышала ни единой колкой фразы, не получила малюсенькой шпильки от любимой мамо и даже запереживала, здорова ли она. Румянец на пухлых щечках красноречиво показывал, что все с Гавриловной в порядке, просто уровень природной вредности наконец истончился. Поймав на себе мой взгляд, свекровь кашлянула в кулак, будто чем-то подавилась.
Это кхе-кхе было не к добру.
- Клара Гавриловна, мы же будем одни? Вы никого не звали?
- Что? Не понимаю, Януса, - не успела она договорить, как прозвенел звонок. Я недоуменно посмотрела на свекровь, та пожала плечами и ответила: - Лично я никого не жду, и вообще, занята. Сама открывай.
Пока плелась по коридору, вспомнила о двух правилах незваных гостей. Первое: если гость действительно незваный, то гони его в шею. Второе: все правила отменяются, если вдруг придет Игнатов.
Я почти перестала ждать, что он позвонит или напишет. Не проверяла телефон, не бежала к трубке на каждый звонок и не ждала его в офисе. Я слишком порывиста, он чрезвычайно упрям, и оба мы наговорили лишнего. Но все же…
В сердце еще тлела надежда, пока я открывала дверной замок. Три поворота налево, ручка вниз и прямо передо мной окажется он – супергерой в черном деловом костюме с букетом тюльпанов в руках.
Три поворота налево.
Ручка вниз.
- Мама, с восьмым марта, - радостно завопил Миша и протянул мне кактус в пластиковом стаканчике.
- Хорош цветок, - я через силу улыбнулась, - где нарыл такое сокровище?
- Клим дал, его бабушка рассаживает, нравится?
- Очень, - я присела на корточки и бережно, будто это было величайшим сокровищем мира, взяла из рук сына пластиковый стаканчик.
- Можно я дальше гулять пойду?
- Нельзя, мой руки, скоро будем обедать.
- Опять обедать, я еще от завтрака проголодаться не успел, - бурчал Миша уже из коридора. Остаток фразы я не услышала. На кухне снова случила пищевая катастрофа, из турки сбежало молоко для пюре, вода, в которой варилась картошка выплеснулась и потушила пламя самой большой конфорке, а мясо в духовке сигнализировало о том, что приготовилось минут двадцать назад и теперь нуждается в срочной эвакуации.
Так как парадный фартук нацепила на себя свекровь, пришлось довольствоваться другим: старым и дырявым, который иногда служил мне тряпкой для пыли. Заколов волосы в уродливую дулю и обмотавшись дерюжкой, принялась спасать остатки нашего обеда. Как вдруг в дверь снова позвонили.
Я насторожилась.
- Клара Гавриловна, откроете?
- Занята, Януся, очень занята, - раздалось из зала. Судя по звукам телевизора, свекровь уже включила своих любимых девчат и теперь будет проклят любой, кто нарушит ее уединение с Николаем Рыбниковым.
На этот раз, прежде чем открыть дверь, я спросила:
- Кто?
Память все еще подкидывало первое незыблемое правило незваных гостей.
- Курьер, - раздалось из подъезда.
Я потянулась, чтобы открыть и когда кто-то настойчиво дернул ручку вниз, поняла, что так и не сняла уродский фартук с талии. Впрочем, можно было не стараться. Передо мной стоял…снова не Игнатов.
- Это вам, - все тот же спокойный мужской голос попросил расписаться в графе получения и только потом вручил мне огромный букет экзотических цветов. Дорогой, красивый, смелый. Я зачарованно смотрела на алые и желтые как крылья канарейки бутоны, пока парень из службы доставки что-то отмечал в телефоне.
- А от кого, - только и могла спросить.
- Там записка должна быть, - пробасил парнишка и кинулся вниз, на встречу новыми заказами.
Мои руки дрожали, пока я крутила букет в поисках чертовой записки, которая оказалась приколота к стеблям. Маленькая карточка с золотистой надписью Прекраснейшей. С помпезностью конечно перебор, но Виталию свойственны такие жесты. И только я собралась прочитать, что он написал, как пухленькие пальчики выхватили у меня и букет и послание.
- Вы куда, - простонала я, в надежде отжать обратно свой подарок от Игнатова, но свекровь пробежала взглядом по записке и захихикала как восьмиклассница.
- Януся, а это не тебе, это мне.
- Как вам, - не поняла я, - от кого?
Клара Гавриловна вздернула породистый нос к потолку и ответила, лопаясь от гордости:
- От того, от кого надо, вот от кого. Девчата начались, пойдем за стол.
- Так они ж в записи, поставьте на паузу, - я непонимающе наблюдала, как свекровь кружит над нашей самой роскошной вазой в попыткой пристроить туда неформатный букет.
- Никаких пауз не будет, если началось, то началось. Может жизнь тоже на паузу ставить начнем?
- Лааадно, - я примирительно подняла руки вверх и крикнула в сторону детской: - Мишук, Варя, код красный, это не учебная тревога! У нас Девчата начались, живо обедать.
Свекровь недовольно хмыкнула, но стоило ей посмотреть на клумбу в центре стола, как губы ее расползлись в неконтролируемой улыбке.
Я плюхнула себе в тарелку огромную порцию Мимозы и уж приготовилась следить за жизненными коллизиями Тоси Кислициной, как в дверь снова позвонили.
- Клара Гавриловна? Ваши ухажеры одними цветами не ограничились, лично сватать такую красу пришли?
- Ой, скажешь тоже, - хохотнула она и добавила тоном, не терпящим пререкательств: - Яна, открой, весь день кручусь как пчелка, дайте мне хоть за столом посидеть пять минут.
Ни на что не надеясь, я в третий за сегодня раз крутила замок. Три раза налево. Ручку вниз. Уже стало совсем очевидно, что никакой Виталик не придет, и ни от какого дракона в лице огнедышащей Гавриловны не спасет свою вшивую принцессу. Сама, опять сама.
Вдруг на меня из ниоткуда выплыл букет желтых тюльпанов. Огромный как сноп сена. Прямо за ним, скрытый этим роскошеством стоял мужчина, лица которого было не разглядеть: черный костюм по фигуре, вычищенные до блеска туфли. Сердце предательски сжалось, когда я поняла, что он все-таки пришел, не смотря на обиду и слова, сказанные накануне. Такие слова, за которые не прощают.
- С праздником, Яна, - из-за желтых, как маленькие солнышки цветов, показалась серая туча.
- Ну, здравствуй, Олег.
- Олежек, сынок, ну как удачно зашел, мы как раз сели за стол. Яна, ты же не против? – свекровь торопливо поправила накрахмаленный передник и улыбнулась: - Тем боле Девчата только-только начались.
- Обожаю Девчат, - заговорщицки подмигнул мой благоверный и первым направился в зал. Я плелась в самом конце процессии. В руках огромный как голова циклопа букет, с мокрых, только вытащенных из воды стеблей прямо на паркет капает вода. Равнодушно отмечаю, что нужно принести с кухни тряпку и протереть пол, чтобы не поскользнулась Варя. Она невнимательно, и обязательно не заметит лужу. Еще меня почему-то беспокоит то, что цветы куплены в магазине под домом и стоили целое состояние…зачем? Какие глупые траты. И последнее, о чем я подумала, прежде чем войти в комнату: если бы этот букет принес Игнатов…если бы.
- Папа пришел! – заверещала дочь и кинулась Олегу на шею. Тот подхватил и закружил ее по комнате. От счастливого визга больно сжалось сердце; я давно не слышала, чтобы наша малышка так радовалась чему-то.
- Варюш, с восьмым марта тебя! – прогрохотал Олег и подкинул Варюшу в воздухе. Она залилась, когда сильные руки папы подхватили ее за талию, и мягко пикетировала на диван.
- А что ты мне принес? – спросила Варя, когда Олег уселся за стол.
Он растерянно посмотрел на маму, затем на меня и, не получив от нас никакой помощи, протянул:
- Принцесса, такое дело…
- Цветы, - перебила я благоверного, - милая, он принес тебе цветы.
Я всучила дочери огромный букет, который все это время был у меня в руках. Он как клеймо жег кожу и почему-то хотелось побыстрее избавиться от подарка. В любой другой ситуации я бы вернула его обратно дарителю, или выкинула в урну, но сейчас…было невыносимо горько видеть разочарование в глазах своего ребенка. Варя вспыхнула и недоверчиво посмотрела на Олега:
- Целая клумба. Миха, смотри, что у меня есть?!
Миша, насупленный как маленький ежик, не встал со своего места, только кивнул. По напряженному взгляду сына, я поняла, что он не рад видеть отца. Украдкой погладив светловолосую макушку своего мальчика, я взяла из рук Вари букет и направилась в кухню, чтобы найти емкость для воды. Вазы закончились, за неимением цветов в доме, я не считала практичным покупать и коллекционировать чешский хрусталь. А теперь очень приходилось бы бабушкино наследство. Поразмыслив пару секунд, достала ящика кухонный комбайна и пристроила тюльпаны прямо в высокую чашу. С момента покупки этого чуда инженерной мысли, я так ни разу не делала смузи, и даже думала выкинуть ненужную посуду, а теперь смотри ты – пригодилось.