Каролина Льюис – Моё искупление (страница 8)

— Чёртов сукин сын! — откидываю папку в другой конец комнаты.

Он устроил целый спектакль, а всё для того, чтоб вновь меня унизить. Будто мне нужна эта квартира. Он отнял у меня всё. Мою душу и сердце. Мою жизнь. Теперь я целиком и полностью принадлежу ему. И этот подарок очередное тому подтверждение.

Он настоящий дьявол, но я по-прежнему продолжаю его любить. Похоже, он не только искалечил мою душу, но и повредил мой ум. Иначе я не могу объяснить свои нездоровые чувства. Мне остаётся только научиться с ними жить. Другого выбора нет.

Глава 3

Малик

Поздравьте меня, друзья. Я полностью облажался. Сколько раз я слышал о том, что месть не приносит облегчения. Но убедился в этом только тогда, когда мне удалось достичь своей цели. Хотя на самом деле представлял я себе всё не так.

Страдать должен был Керем. А на самом деле страдает только Кара. Ну и я вместе с ней. Наблюдать изо дня в день, как она медленно сгорает не доставляет мне удовольствие. Я знаю, что она чувствует. Проходил это миллион раз и сейчас прохожу. И зачем тогда всё это было нужно?

Ещё одним моим провалом стало присоединение к Асаду. Сейчас мне отчётливо вспоминаются слова Рамиля: «Добром это не закончится, друг». Он, как всегда, оказался прав. Но разве теперь имеет смысл о чём-то сожалеть. Лучше я сосредоточусь на своей задаче. Через пару недель я должен прибыть в Саудовскую Аравию. А пока у меня есть время, я должен закончить пару дел.

Когда я три дня назад поставил своеобразную точку в наших с Карой непростых взаимоотношениях, то действительно собирался на время оставить её в покое. И дело вовсе не в моих чувствах к этой девушке. Хотя частично я делал это из-за своих чувств. Но также я понял одну вещь: чтобы вся эта история закончилась для меня так, как я запланировал, мне нужно придерживаться этого плана. А на ближайшие несколько лет кара Эль Бекри не входит в мои планы. Я должен на время забыть обо всём, что с ней связано, и сосредоточится на Асаде. Если бы это было так просто.

Когда я закрываю глаза, то сразу вижу её. Она выглядит такой подавленной. Со слезами на глазах. Но это не мешает мне хотеть её. Так сильно, что сводит все мышцы. Хочу вновь ощутить её обнажённое тело под собой. Я спал со многими женщинами. Но секс с Карой нельзя сравнить ни с одной из них. Что бы я ни делал, как бы ни старался, эта чертовка просто въелась мне под кожу. Хочу прогнать её из своих мыслей, но не могу.

Я следил за ней каждый грёбанный день. Чем ещё мне заниматься в этом городишке. Я видел, как Каре хреново, но в остальном она была для меня неприступной крепостью. Я даже не до конца понял, почему она постоянно приходит в мою квартиру. А делала это Эль Бекри каждый день.

Сначала я хотел зайти туда и наорать на неё, но что-то меня останавливало. Поэтому в те дни, когда я был Салониках, останавливался в отеле. Да, я не всё время находился в Греции. Моя компания требовала внимания и моей вовлечённости. Но когда меня не было, за ней следили другие. В любом случае я знал о Каре всё.

Хотя, кого я обманываю. Ни черта я не знал об этой девушке. Но выясниться это намного позже. Сейчас же я оставался в счастливом неведении. Если бы я только знал всё сразу, убил бы тварь и мы не мучились так долго. Но сейчас не об этом.

Хотите знать, какого дьявола я подарил ей свою квартиру? Ну, кроме того факта, что она мне не нужна, есть ещё и другая веская причина. Даже две. Я не хотел, чтобы во время моего отсутствия Кара жила под одной крышей с Саидом. А он уже практически поселился в постели её так называемой лучшей подруги. И вторая причина самая банальная. Мне нужен контроль над этой девушкой. А если она будет жить у меня, то я смогу следить за ней всё время. Считайте меня помешанным на всю голову, но я оставил несколько скрытых камер в квартире. И да, я солгал, когда сказал, что собираюсь оставить её в покое. Её жизнь теперь принадлежит мне, и я имею право распоряжаться ней, как захочу.

Как я и говорил, у меня осталось всего две недели перед отъездом. И в это время мне предстоит сделать ещё два важных дела. Я собираюсь продать свою художественную школу. Сначала у меня была мысль закрыть её вообще. Но один из моих учеников захотел купить студию и занять моё место. Что ж я не против. Искусство всегда занимало в моей душе особое место. И я рад, что моё хоть и вымышленное поначалу дело будет продолжать развиваться. Возможно, в другой жизни я бы стал хорошим учителем и наставником. В моей реальности искусство настоящая роскошь. У меня полно других забот, которые отнимают много времени и сил.

Как только сделка будет завершена, я со спокойной душой смогу отправиться в Марокко.

Рамиль будет не в восторге, узнав о моём скором отъезде. Но он давно привык ко всяким моим выходкам. Этот парень всегда и во всём меня поддерживает. Мы с ним словно родные братья. Даже не знаю, смогу ли когда-то отплатить ему за всю помощь, которую от него получал. Рам всегда ставил нашу дружбу на первое место, даже если приходилось жертвовать чем-то важным. Я же не могу похвастаться подобной самоотдачей. Иногда (в большинстве случаев) меня можно назвать ужасным другом. Или у Рама слишком идеальная жизнь, поэтому ему практически не нужна моя помощь. В любом случае чтобы он не думал о моей сумасбродной затее, мешать точно не станет.

***

Рабат встретил меня знойным солнцем. В нашей стране редко бывают пасмурные дни. Но мне это даже нравится. Я привык к такому климату. Поэтому каждый раз, когда я приезжаю в Европу, мне трудно адаптироваться первые несколько дней. Хотя к людям я привык очень быстро. Европейцы более открыты и готовы к принятию смелых решений. Это помогает в бизнесе. Поэтому-то мы и вышли на европейский рынок.

В Марокко любое новшество, которое предлагает наша компания, всегда воспринимается скептически. Я никогда не был консерватором и в строительном бизнесе данная черта скорее минус, чем плюс.

Я убедился в этом потому как за то время пока я стоял во главе наша компания расширила свои границы во много раз.

У нас есть несколько филиалов в Англии, Швейцарии и Турции. А также дочерняя компания в США. Благодаря связям с аль Асадом скоро откроется ещё один филиал в Саудовской Аравии. Ещё я подумываю о Греции. Всё-таки эта страна оставила на мне свой отпечаток. Мне нравится то, как греки относятся к своей культуре, к искусству, к архитектуре. Там есть хорошие перспективы.

Дома меня ждала сплошная работа. Встречи, конференции, переговоры и согласование новых проектов. Как только я переступал порог своего дома, тут же вырубался в гостиной даже не доходя до спальни. Кажется, за то время, что я жил в Салониках, то растерял свои навыки лидера.

Также мы с нашими аналитиками и юристами разрабатывали план, который я должен везти с собой в Саудовскую Аравию. Для всех я ехал туда, чтобы открыть новый филиал. И только мы с Рамом знала, что на самом деле кроется за этой поездкой. Не будет никакого филиала, если я не сыграю свою роль.

За прошедшие дни у меня даже не было возможности узнать, чем занимается Кара в моё отсутствие. Практически не думал и не вспоминал о ней. Возможно, моё помешательство на этой девушке всего лишь иллюзия. Я желал её, только когда она была рядом. Стоило мне только убрать Эль Бекри из своей жизни, я тут же перестал о ней думать. Эта бестия, словно серена, заманивала в свои сети. Пленила своей красотой и невинностью. Стоило ей исчезнуть из моего радара, наваждение спало, и я стал самим собой. Теперь мой разум ясен, а чувства под замком. Я буду чертовски счастлив, если это окажется так. Это будет значить, что мой план до сих пор в действии. Я могу довести начатое до конца, без особого ущерба для себя. Могу уничтожить своих врагов и обрести душевный покой.

— Ты уже знаешь, сколько проведёшь в Медине? — мы с Рамом закончили очередное совещание и обедаем в небольшом ресторанчике напротив нашей компании.

— Хотел бы я знать, — с грустью отвечаю ему. — Я даже неуверен, по какой причине Асир вызвал меня. То есть я знаю, он хочет меня проверить. Но мне кажется, есть и другие причины.

— Я волнуюсь о тебе, Малик, — мой друг серьёзен, как никогда. — Ты не понимаешь, во что ввязываешься. Разве это стоит того?

— Ты знаешь, что да. Если бы у меня был выбор…

— У тебя есть выбор, — перебивает меня Рам. — Ты просто должен отпустить своё прошлое и начать жить дальше нормальной жизнью.

— Ты ведь знаешь, что я не могу забыть прошлое. Сколько раз мы будем это обсуждать?

— Я не говорю, чтобы ты забывал. Такое нельзя забыть. Но ты не можешь посвятить всю свою жизнь ненависти и мести. Дениз бы хотела для тебя не этого.

— Жаль я не могу спросить, чего бы она хотела. Она мертва!

— Малик, послушай…

— Нет, Рам. Хватит. Сколько раз ты затевал этот разговор? Мы всегда приходим к одному и тому же. Я не отступлю, не забуду и не прощу, — не хочу ссориться с ним, но эмоции сильнее разума. — Ты можешь либо смириться, либо проваливать к шайтану. Хватит нравоучений, друг.

— Ты знаешь, я хочу для тебя только лучшего, — примирительно отвечает Рамиль.

— Знаю. Но я сам выбираю, что для меня лучше.

Могу ли я винить своего друга в том, что он пытается меня вразумить? Конечно, у Рамиля есть все на то основания. Но моё мнение никто и ничто не изменит. Даже если в конце пути я не получу желаемого удовлетворения и меня ждёт полный провал, с пути не сверну. Я всегда был таким. Именно поэтому я стал тем, кем являюсь.