Каролина Льюис – Моё искупление (страница 11)

— Не думаю, что я мог стать причиной столь кардинальных изменений в ней, — ухмыляется и продолжает смотреть на меня. На несколько минут в машине повисла тишина. — Я думаю, ты с самого начала не знала её, — подводит итог Саид.

— Ты ошибаешься.

— Я никогда не ошибаюсь, — произносит, смотря на дорогу. Не могу поверить, что он настолько самоуверен.

— Лучше меня Амину не знает никто.

— Сегодняшний её поступок показал, что ты всё же дерьмово знаешь свою лучшую подругу, — улыбается гад. Ему доставляет удовольствие причинять мне боль.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Всего лишь то, что девочка ещё ни разу не была в моей постели, а уже от ревности сходит с ума. Но самое главное, лишь бы привлечь моё внимание, она растоптала вашу дружбу.

— У тебя отношения заключаются только в сексе? — смотрю на него в упор. На лице Саида не появляется никаких признаков раскаяния.

— Я тебя ещё не трахал. Иначе сейчас твой острый язычок был бы занят совсем другим, — с уверенностью произносит каждое слово, отчего мои щёки покрываются пунцовым цветом.

Что, чёрт побери, он сейчас сказал?! От его слов противно и в то же время внутри разливается приятная теплота. Сжимаю свои ноги и начинаю ёрзать на сидении. Почему моё тело так резко реагирует на его слова? Между нами ничего не может быть. Эти ощущения появляются всего лишь из-за того, что у меня давно не было секса. Последняя ночь была с тем, кого я сейчас безгранично ненавижу.

— Милый, я не желаю знать, какой ты в постели. Думаю, тебе достаточно твоих шлюх. И Амина не будет одной из них. Я этого не позволю.

— В тебе проснулась грозная сучка, — громко смеётся. — Не забывай, что не тебе решать, когда и как я заполучу твою лучшую подругу. У тебя сейчас другие проблемы, — заворачивает в сторону дома Малика. — К примеру, как сделать так, чтобы видео постельной сцены с твоим женихом не попало в руки твоего отца.

— Я решу это сама. А ты должен держаться подальше от Амины, — стараюсь выглядеть уверенно, но внутри пожирает страх.

Даже боюсь представить, что сделает со мной отец, если узнает, что я лишилась девственности до свадьбы. Я стану позорным пятном для своей семьи. Дома меня ждёт унижение и смерть.

— Малышка, каждый в этой игре будет заниматься своим делом. Не надо стараться выглядеть сильной и уверенной. Твоя роль заключается в том, что не будешь мне мешать. А остальное, моё желание. Захочу, я трахнуть Амину, как последую шлюху. Или же оставлю в покое. Решать только мне, — делает акцент на последних словах.

Невыносимо противно сейчас от самой себя. Я позволила этому мужчине войти в наши жизни. Собственноручно сделала свою подругу себе врагом. Она превратилась в безжалостную фурию, которая готова уничтожить меня во что бы то ни стало. И винить в этом я могу только себя.

***

Когда я добралась до квартиры Малика, была вымотана своими мыслями. Хотелось просто лечь и уснуть. Саид высадил меня и на прощание ещё раз напомнил о том, чтобы я не смела вмешиваться в его дела.

Не знаю, как я смогла добраться до двери, но, зайдя в квартиру, просто скатываюсь вниз и сажусь на пол. Слёзы начинают литься с новой силой. Их поток не остановить. В этот раз начинаю плакать в голос. Не скрываю ту боль, что скопилась внутри меня. Она сдавливает, не даёт вздохнуть. Душит настолько сильно, что все внутренности скручивает в тугой узел. Дышать становится трудно. Ощущение, будто в сердце вонзают нож.

Ненавижу себя за то, что смогла стать такой слабой. Дала возможность ему управлять моей жизнью. Саид получил ключик, который может в любой момент ему пригодиться. Он получит желаемое в любой момент, независимо от того, захочу ли я это делать.

Не знаю, сколько мне ещё придётся терпеть его общество. По его вине Амина отдаляется от меня с каждым днём всё больше. Она превратилась в совершенно чужого человека. Словно мы не были знакомы. Не дружили, не делились заветными желаниями. Словно нас и не было вовсе. Амина вычеркнула меня из своей жизни.

Терять дорогого человека слишком больно. Начинаешь винить и ненавидеть себя. Хочешь просто исчезнуть. Превратиться в птицу и улететь. Никого не впускать больше в свою жизнь. Чтобы больше не испытывать этой гложущей и сдавливающей боли, что накопилась внутри.

Хочется кричать во весь голос, но даже это не поможет выплеснуть всё наружу. Это всего лишь верхушка айсберга.

Пытаюсь встать на ноги, но меня начинает шатать. Голова ватная от боли, в глазах всё начинает плыть. Собрав последние силы, встаю и на ватных ногах направляюсь в гостиную. Бросаю сумку на диван, но она с грохотом падает на пол. Не обращаю на это никакого внимания и иду дальше. Главное, не разбить ничего ценного. А в квартире Малика таких вещей очень много. Одна из них большая статуэтка с миниатюрой женского тела.

Амрани ценит искусство, поняла это ещё давно. Но на этом его ценности заканчиваются. Ему глубоко плевать на людей. Я усвоила это очень хорошо.

Прошло две недели, а для меня время словно застыло и не двигается вперёд. Стою на одном месте. Стараюсь казаться сильной, не сломленной. Но то количество боли, что обрушилось на меня за последние месяцы, не даёт возможности встать на ноги. Взглянуть в глаза всем тем, кто сделал это со мной.

День ото дня я продолжаю думать лишь о моём малыше. О чуде, которое могло скрасить мою жизнь несмотря ни на что. Я бы смогла быть счастливой. Без Малика, но со своим ребёнком. Слёзы начинают литься с новой силой. До крови кусаю нижнюю губу, пытаясь заглушить боль. Не дать ей вырваться наружу. В этой глухой тишине она ещё сильнее на меня давит.

Зайдя в спальню, падаю на кровать и обеими руками хватаю подушку. С её помощью заглушаю свой крик, чтобы никто не слышал меня. Не видел, какая боль сейчас таится внутри моего израненного сердца. Шёлковая ткань касается моего лица и на ней остаются влажные следы. Продолжаю плакать. Каждая слеза, словно яд, выжигает чувства у меня внутри. И это вина только двух людей.

Мужчины, что стал для меня вначале якорем. Пристанищем, где я могла быть счастливой и любимой. Но в конечном итоге он превратился в палача, который днями и ночами превращает мою жизнь в полнейший ад. Не своим присутствием, а тем, что сидит внутри сердца. И нет возможности его оттуда вытащить. Не получается.

Второй человек — это Амина. Та, кто была для меня ценнее даже собственного брата.

Выглядит настолько глупо и смешно, что начинает тошнить от всего этого. Устала быть сильной. Делать вид, что у меня ничего не случилось. Правда в том, что у меня внутри всё разрывается на части. Боль слишком большая и давящая. Сил бороться с ней больше нет. Хочется убежать от всего. От этой лжи и предательства. Спрятаться в такое место, где никто и ничто не сможет меня ранить.

Ненависть внутри меня растёт с каждой секундой, заковывая мои сердце и душу в лёд. Всё самое ценное и хорошее уходит бесследно, оставляя только плохое. Я знаю, что не смогу сейчас простить тех, кто сделал это со мной. С моим малышом.

Возможно, спустя время это изменится. Но в данный момент мне хочется убить и уничтожить всех и вся. В особенности Амрани. Заставить его почувствовать всё, что сейчас творится у меня на душе. Чтобы он так же задыхался. Не мог существовать, зная эту невыносимую боль, что сжирает каждую минуту. Ломает все кости. Скручивает в узел, а затем бросает в бездну неизбежности.

Боль так и бьёт тебя о скалы. Сердце разрывается и болит. Настолько сильно, что грудная клетка словно вот-вот сломается, и сердце выпрыгнет наружу.

Я уничтожу всё то, во что ты так веришь, Малик Амрани.

Последние силы покидают меня, после чего я погружаюсь в сон.

***

Настойчивый звонок телефона заставляет меня проснуться и открыть глаза. Сегодняшняя ночь была такой же ужасной, как и все предыдущие. Я просыпалась от криков, а затем просто лежала в кромешной тьме и плакала о своём ребёнке. О маленьком человеке, который не смог появиться на свет. И всем сердцем проклинала Малика. Каждая чёртова ночь заставляет меня возвращаться в тот день. В те минуты страха и очередной боли.

Мой телефон не прекращает звонить. Поднявшись с постели, на ватных ногах иду в гостиную, чтобы достать этот проклятый гаджет. Голова идёт кругом. Добравшись до сумки, начинаю искать телефон. Конечно, звонит декан.

Сердце начинает быстро стучать. Щёки наливаются пунцовым цветом от волнения. Я знаю, что этот разговор будет не из приятных для нас обоих. Глубоко вздохнув, отвечаю на звонок. Тишина давит на меня. От страха мои конечности словно парализовало. Руки дрожат.

Спустя секунду на другом конце трубки раздаётся спокойный женский тембр.

— Здравствуйте, мисс Эль Бекри.

— Миссис, Кассандра, — с выходом произношу. В этот момент становится намного легче. Мне звонит секретарь, а не сам декан. Но факт нашей с ним предстоящей встречи грозовой тучей нависает надо мной.

— Я звоню сообщить о том, что сегодня после обеда вас в своём кабинете будет ждать Джорджиос Зоиди.

Провожу рукой по своим волосам. Некоторое время молчу, лишь потом отвечаю женщине:

— Хорошо.

Выключаю телефон, продолжая стоять посреди комнаты. Думаю о том, что сегодня меня ожидает. Однозначно это будет отчисление. Больше ничего другого не стоит ждать. Глупо думать, что случится какое-то чудо и об этом никто не узнает. О том, что меня ждёт дома, даже думать сейчас не хочу. Собрав последнюю волю в кулак, начинаю собираться.