Каролина Лирийская – Смех красной лисицы (страница 97)
— Перестань, — шикнул Кайто. — Ты ни в чем не виноват. А нас заждались на «Тиамат» — скоро будем в безопасности.
— Ты правда веришь этой Ико? — спросила Элси. — Она такая же, как Химико. Что ей стоит ударить в спину? Подорвать «Тиамат», когда мы все будем на линкоре?
— И Акира тоже — такая же. Поэтому я Ико и верю.
Шагнув в ускоритель вслед за командой, замыкающим, Кайто почти не верил, что окажется дома, на «Тиамат». Несмотря на веру Акиры в Ико, сомнения оставались. Однако он и правда стоял напротив Криврина, растерянно глядя в сверкающий ящериный глаз… пока Гадюка не сгребла и его, и Акиру, и даже каким-то чудом Арчи в крепкие объятия. Избежал ее только Блеск, которого подхватили другие пираты на мостике, появилась Силь с аптечкой, рявкнула всем разойтись. Все слишком завертелось, и Кайто потерялся. Он только и мог, что улыбаться, пока снова не встретился взглядом с Криврином, который стоял поодаль и наблюдал за их объятиями, криками и ликующими танцами, которые устроила абордажная команда.
— Вы… очень удачно решили отвлечь имперские войска внезапным наступлением, чтобы мы успели со всем разобраться внизу, — сказал Кайто, откашлявшись — ему вдруг стало сложно говорить, хотя он не знал, почему. — Спасибо. Это же, наверное, стоило жесть как дорого…
— О да, — закивала Гадюка, — Удача нам все уши проела, что мы выжгли кучу ультрамарина, сказала, что выставит счет! Жадная сука! Придется продавать Кривринов хвост в частную коллекцию! А Дак… Ну, он предложил ебнуть ядеркой. Хорошо, что не успели!
— Мы не отвлекали. Мы просто решили стереть это место, — сказал Криврин, такой же тихий. Капитан был молчалив, и из-за этого как будто стал занимать меньше места.
— То есть?..
— То есть, — мягко сказал Криврин, наконец-то поймав Гадюку за талию, чтобы та перестала метаться, — я думал, что они вас убили. Что вы погибли при высадке. Удивительно, как быстро мои принципы закончились, когда речь зашла о мести.
— Это была весьма своевременная месть, капитан. И…
— Эй, у меня в глазах двоится? — уточнила Гадюка. — Я ж вроде не пила.
Кайто только сейчас обратил внимание на Ико, которая стояла рядом с креслом пилотов. До этого на нее будто бы никто не смотрел, она не была частью общей кутерьмы, и Кайто решил, что умение сливаться с обстановкой — одно из тех, которому учили клонов наследницы. Когда на ней скрестились взгляды, Ико смутилась, смотрела в пол. Акире тоже сложно быывало оказываться у всех на виду.
— Я здесь для переговоров, — сказала она, — имперские офицеры об этом осведомлены. Вы капитан Криврин? Генерал серпентов?
— Он самый. В отставке, стало быть, — напряженным голосом проворчал Криврин. — Я не могу один представлять Семерку. Если подождете, пока подключатся другие…
Ему уже приходилось проводить переговоры с империей Аматерасу, вспомнил Кайто, в конце недавней войны с серпентами. Вскоре после уничтожения Иншалы. Кайто, как бы пытаясь удержаться на ногах от вновь навалившейся слабости, стиснул руку на плече у Криврина. Тот тихо фыркнул, поддержал Кайто хвостом.
— Все хорошо, — просто сказал Криврин. — Пошлите запрос на Варшаву.
— Хотелось бы услышать все условия, — кивнула Ико. Роль была прямо по ней. Для нее Ико и сделали.
Кайто посмотрел на экраны, на которых дымились развалины Лотосового дворца. На единственный дом, который у Ико когда-либо был.
— Полагаю, помилование обсуждать бессмысленно? — спросил он.
Эпилог
— Адмирал?.. Эй, Кайто?
Не дождавшись ответа, Блеск тряхнул его за плечо. Кайто вздохнул, кивнул по рассеянности, но быстро исправился:
— Извини, задумался. Так что они хотят от нас?
— Сопровождение во время дипломатической миссии. Я сказал, что это будет дорого стоить, но авесы рассчитывают на гарантию безопасности. Им и так есть что предъявить империи, а они оказались весьма злопамятными. Не хотят снова попасть под удар. Ралаат в их глазах теперь герой, убитый имперцами.
Акира постаралась рассказать о судьбе учителя, чтобы и его убийство не осталось неотплаченным. Неудивительно, что авесы теперь не слишком жаловали имперцев, которые нанесли удар в спину в системе Птичьего Пера.
— И ты рассчитываешь стрясти с них побольше за охрану?
— Мы пираты, а не благодетели. Я, считай, продешевил. Работаем в убыток.
— Ужасно.
Блеск всегда торговался так умело, что с ним никто не хотел связываться. Сказывалось прошлое контрабандиста: раньше от умений Блеска сговориться о цене зависели жизни фэйтов из общины, хватит ли им безопасной еды. Теперь же — исключительно величина сбережений союза Семерых, но и им Блеск служил преданно и весьма эффективно. Кайто во время подобных переговоров предпочитал отступить в сторонку и позволить ему разойтись, потому что боялся что-нибудь испортить своей наивностью. Первое, что он уяснил, когда унаследовал «Тиамат»: капитану нужно уметь делегировать обязанности.
— Что с тобой творится? Ты редко пропускаешь доклады, — заметил Блеск, наугад щелкнув Кайто по уху. — Что-то случилось?
Он не мог видеть усталое выражение лица Кайто, но чуткий слух позволял Блеску улавливать все тяжелые вздохи и обреченные, злые удары по клавиатуре, когда Кайто отправлял сообщения. Кайто поймал его за руку, усадил в кресло за стол. Вообще-то в помощи Блеск не нуждался большую часть времени. Во-первых, он выучил линкор наизусть и мог ориентироваться в обитаемых отсеках, а еще неплохо научился стрелять на слух, во-вторых, это Блеск был первым помощником, а значит, это он должен был адмиралу помогать, что несколько сбивало Кайто, привыкшего жить по четкому уставу.
— Угадай, — проворчал Кайто. — Криврин с Гадюкой, которые отправились со снабжением к маре. Там сейчас гражданская война, и я уверен, что они в центре всего пиздеца, радостно рискуют своими жизнями, — раздраженно бросил он. Голографическая карта мигала извилистой линией фронта.
— А ты думал, они просто отдадут бедным деревенским жителям винтовки и гранаты и даже не научат их ими пользоваться? — рассмеялся Блеск. — Очевидно, они хотят помочь. Из благородных побуждений, как это часто бывает с вашей семейкой. Даже я считаю, что давно надо было немножко перераспределить богатства у маре.
— Они могут пострадать.
— Мы все можем пострадать, — отрезал Блеск. — Но мы все еще здесь: ведем дела, сражаемся, торгуемся. Живем. Если волнуешься, просто свяжись с ними и уточни, не нужен ли им линкор в поддержку, — отмахнулся Блеск.
— Мы не можем вмешиваться в дела чужого государства. Да, да. Я слишком тревожусь, — послушно, как мантру, повторил Кайто то же, что ему говорили и Акира, и Арчи, и вот теперь Блеск. Терпения Блеска обычно хватало дольше всего. — Ты-то должен меня понять!
Он все еще думал о том, что мог бы вытащить фэйта из-под корабля. Мог спасти, мог как-то предотвратить. Но спокойствие Блеска, принявшего свою судьбу, выводило Кайто из себя, как и то, что Блеск никого не винил. Он говорил, что снова пошел бы на штурм, будь у него возможность изменить прошлое. Но все же… это значило много для фэйта, который привык полагаться на предопределенность судьбы. Он больше не знал, когда погибнет, какое мгновение станет последним. И потому — более ценным.
Блеск не захотел возвращаться на родную планету, хотя знал, что община его примет: у фэйтов было так заведено, что все заботились о тех, кто сам о себе не может. Не бросали тех, кто нуждается. Но Блеск отказывался просто сидеть дома и заниматься хозяйством. Он больше не мог увидеть сотни и тысячи иных миров, которые посещали пираты, полюбоваться красотами, рассмотреть другие народы, но Блеск все еще мог многое почувствовать, испытать, ощутить. Все еще хотел выбирать свой путь.
— Все с ними будет хорошо, — сказал Блеск, смягчившись. — Мы же знали, что они не смогут навсегда отойти от дел, даже оставив тебе должность адмирала Семерых… и лучшее, что ты можешь сделать — отпустить и позволить им совершать безумства.
Заметив, что Блеск придвинулся к клавиатуре, Кайто подключил голосовой помощник, а сам отправился на мостик.
Арчи, сидевшая в кресле пилота, рассматривала экран, повернулась к Кайто, который облокотился на скрипнувшую спинку, обитую кожей. Потянулся, перехватил кружку Арчи, отпил большой глоток крепкого кофе, пока Арчи корчила ему рожу. После всего пережитого Арчи заявила, что предпочтет оставаться на корабле, она больше не хотела рисковать собой, а теперь желала заняться тем, что у нее лучше всего получалось: пилотированием и инженерным делом. Ее помощь оказалась неоценимой в проектировании ускорителей на Варшаве, в затею вкладывались все, но без инженеров ничего не вышло бы. Арчи признавалась, что себе самой кажется трусихой, что прячется за их спинами, но Кайто никогда ее не винил. Не все предназначены для боя, не все выйдут целыми из мясорубки — головой, тело-то можно было подлатать.
— Очередь в порту, досмотр, — буркнула Арчи, указав на голограмму. — Ищут в трюмах имперских шпионов, что ли? Никогда бы не подумала, что это сработает.
— Не стоит недооценивать человеческую глупость, — поучительно произнес Кайто. Мика, проходившая мимо, теперь возглавляющая абордажную команду, шутливо отсалютовала ему.
— Может, шмальнем? Просто чтобы намекнуть: пора поторапливаться.