Каролина Лирийская – Смех красной лисицы (страница 9)

Арчи вздохнула. Она, кажется, почти не удивилась, этого и ожидала. А Кайто едва подавил крик, с возмущением посмотрел на Акиру, которая протянула тонкую ручку Криврину. В его когтистой лапище она, казалось, вот-вот сломается.

***

— Что ты творишь? — возмутился Кайто, когда они вернулись в каюту. — Разве ты не говорила всегда, что хочешь свободы? Что ты хочешь быть капитаном, а не подчиняться кому-то?

Несколько раз они с Арчи предлагали присоединиться к большим и сильным командам, к гильдиям, когда у «Смеха» случались неудачные месяцы без заказов. Но даже тогда, доедая последние запасы, Акира с уверенностью говорила о том, что хочет независимости и свободы. Хочет быть собой.

— Он просто нанял нас, — сказала Акира. — Мы уже работали на капитана Криврина прежде, разве не так? Кроме того… — она помедлила. — Мне самой очень интересно, что это за ящик. Там точно есть что-то важное, но я не понимаю, что именно… Кайто, ты же сам говорил, что будешь на моей стороне! — обидевшись, нахмурилась она.

— Да, но… — он в отчаянии выругался. — Прости, просто этот ящер вызывает… неприятные воспоминания, и я боюсь, что он использует и убьет нас. Но ладно. Ладно… Выбора у нас все равно нет.

— Если нам что-то не понравится, мы просто улетим! — пообещала Акира. — А пока мне тоже любопытно посмотреть на этих Видящих. Никогда о них не слышала!

— Я тоже, — кивнула Арчи. — А вдруг они правда умеют предсказывать будущее?

— Получше, чем Кайто. У него вечно получаются мрачные предзнаменования.

— Я просто реалист!

Акира и Арчи переглянулись и захихикали. Кайто тоже не смог сдержать улыбку: ладно, после всего пережитого было приятно понять, что они все еще вместе. Вместе выберутся из этого дерьма… Значит, Акиру вели любопытство и желание ввязаться в приключение. Как и всегда. Кайто подавил вздох, но мысленно признался, что не ожидал другого от своего дорогого капитана.

4. Выпотрошенная сказка

Распорядок дня на «Тиамат» был строгий, похожий на военный. Подъем ранним утром, зазвонивший из динамиков гонг, как в буддийских храмах. Гостей не трогали, хотя Кайто не удивился бы, попытайся Гадюка припахать их к работе, чтоб не прохлаждались в каюте. Все равно топот и шумные голоса пиратов разбудили их, и заснуть они уже не смогли. Сразу после пробуждения — душ, в котором нужно было забыть о смущении. Арчи шепотом сказала, Акира едва не грохнулась в обморок, хотя чего она там не видела в женском-то душе… Потом следовал завтрак. Кайто с подозрением осматривал сухой брикет лапши, прежде чем кинуть его в воду, но пришел к выводу, что травить их нарочно никто не собирается. Если только обречь на мучения из-за мерзкого привкуса пластмассы. Но, когда тебе нужно прокормить такую большую команду, заботиться будешь не о вкусе, а о количестве еды. Без сладкого десерта Акира явно разочаровалась в жизни, но жаловаться в столовой не стала.

Пираты вели себя… как обычные наемники. Были тут и мужчины, и женщины, и расы, пол и гендер которых Кайто не взялся бы оценивать — например, манус со множеством рук, на которых мигали глаза. Руки росли не только по бокам от тела, но и из груди, а вместо лица переплеталось множество пальцев. Были и более привычные взгляду авесы, полуптицы, и мары, водный народ с блестящей рыбьей чешуей, все гуманоиды. У многих были протезы, но Кайто навскидку не мог понять, это боевые импланты или результат несчастного случая, который мог случиться как в бою, так и во время механической работы с кораблем.

Местные шумели, шутили, обсуждали что-то, что было понятно только им. Наверное, если бы незнакомец послушал шуточки Кайто с сослуживцами, то тоже ничего не понял. Неприятно было признавать, но тут он чувствовал себя лишним, подозрительным гостем среди обыденной жизни. Но он хотя бы мог быть необычным вместе с Арчи и Акирой.

Бездельничать не хотелось. После завтрака Кайто нашел Гадюку, которая разговаривала с какой-то девчонкой, нахмурившись. Что-то нехорошее они обсуждали, но замолкли, когда Кайто приблизился. Кивнув, девушка исчезла в одном из многочисленных коридоров, как будто ее поглотила тьма. Он успел только заметить, что у нее механический хвост, сверкнувший заточенными лезвиями на кончике. Странный имплант, но, похоже, грозный в бою. Цепкий взгляд Гадюки встретил Кайто. Одним глазом она могла смотреть пронзительнее, чем кто-то другой — двумя.

— Доброе утро, старший помощник! Я хотел спросить, у вас есть механик? — уточнил Кайто, невольно вытянувшись по струнке, как перед офицером в армии. Старая привычка. — Мои импланты давно стоило бы осмотреть…

— Разве Арабелла — не ваш механик? — удивилась Гадюка.

— Она работает с кораблями, не с телами.

Он не хотел быть обязанным, но… пока его руки неисправны, Кайто не может защищать капитана как следует, а теперь они на чужой территории, на огромном корабле, словно проглоченные огромным китом рыбешки поменьше. Или, скорее, драконом. Акира сказала, Тиамат — это имя ящера из древних времен.

Кайто вздохнул, уже готовясь к отказу, ведь они не обязаны были ему помогать, но Гадюка неожиданно кивнула, похлопала его по плечу с пониманием. Она сама повела Кайто вниз, на нижнюю палубу, возможно, боясь, что он заплутает и потеряется во внутренностях «Тиамат» навсегда. Проходя по палубе, где гудело множество двигателей, очистительных машин, систем для жизнеобеспечения, Кайто подумал, что грозный рев, который издает линкор изнутри, поистине достоин дракона. Будто древняя фабрика, целые цеха огромных механизмов. Рык, стон металла, гудение воздуха. Здесь Гадюка и не пыталась говорить, лишь жестами показала, где можно скорее спуститься, чтобы добраться до малоприметной каморки механика. Постучавшись, Гадюка прислушалась к шелесту по ту сторону и кивнула.

Механиком оказалось то существо с множеством рук. Когда-то Кайто видел в учебниках изображения индийских божеств; он не помнил их сложных имен из сутр, да и истории про перерождения теперь казались не более чем сказками для детей. Но этот народ, который люди называли манусами, всегда напоминал ему о легендах. В каюте механика было чисто, не пахло маслом, совсем не как в берлоге Арчи, которую Кайто так и не приучил убираться. Длинный стол был устелен чертежами, они же покрывали стены, как обои. Наслаивающиеся друг на друга рисунки всего на свете, начиная двигателем огромного линкора, заканчивая имплантом глаза в разрезе. Кайто сел на мягкую кушетку, чувствуя себя героем из мифов, который пришел просить милостыню у богов. Имя у мануса, представленного Гадюкой, было соответствующее: Ахи-Ди-Ал.

— Давно не меняли? — быстро спросил манус, наклонившись к руке. Взялся за сталь сразу с нескольких сторон, пальцы трепетали, ощупывая, взвешивая, изучая.

— Лет семь… — протянул Кайто.

Он знал: импланты могут изнашиваться, но отчего-то надеялся, что это не случится так скоро. Теперь Кайто с горечью осознавал, что империя Аматерасу не ставила им качественное оружие, потому что верхушка догадывалась: долго солдаты не проживут. Так незачем на них и тратиться. Найти армейские импланты он сейчас никак не мог, слишком тщательно технологии охраняли, а покупать отодранные от мертвецов руки в пиратских портах Кайто побрезговал… Но теперь не отказался бы от любого ремонта. Времена нынче опасные.

— Семь лет, — эхом сказал Ахи-Ди-Ал. Прорезь рта двигалась под пальцами, ощупывающими воздух, как усики насекомых. — Когда война закончилась.

Он говорил быстро, словно произносил скороговорку. Кайто лишь кивнул. Возможно, механик «Тиамат» просто не любил тратить время попусту, вот и торопился. Он помотал головой, пальцы двинулись, как распустившийся цветок. Кайто догадался, что так манусы кивают в ответ, поэтому остался сидеть спокойно.

— Как ты познакомился с Акирой? — спросила Гадюка. Возможно, хотела отвлечь Кайто от мрачных мыслей. Она хозяйски прохаживалась по каюте.

С удивлением Кайто посмотрел на нее: не самая очевидная вещь, которую захочешь узнать у дезертира. Кайто часто пытались расспросить об армии, хотя его история была заурядна: сирота, за которого все решила империя. Но теперь он связал свою жизнь с Акирой и со «Смехом», и, наверное, это было правильно, что вопросы задавали другие.

— Я решил бежать… Тогда мне было двадцать. Совсем юнец, как многие решат, но в армии я считался уже ветераном, продержался целых два года, — хмыкнул Кайто. Воспоминания скрипели, как и детали, которые перебирал Ахи-Ди-Ал. — Мы остановились в торговом порту, чтобы пополнить запасы, у меня было мало времени, и я надеялся найти кого-то, кто меня вывезет. Понимал, что вряд ли многие согласятся, готовился пробираться с грузом. Но мне повезло: Акира и Арчи как раз искали третьего в команду. У них был подельник до меня, но он их обманул и скрылся с наградой за заказ, и им срочно нужен был еще кто-то.

Кайто умолчал об этом, но только наивность Акиры и спасла его. Будь она более опытной, наверняка поняла бы, как невыгодно ссориться с военными из-за какого-то парня. Но Акира… Акира тогда была еще более странной и непоследовательной в своих решениях. Позже Акира призналась: она даже не догадалась, что Кайто бежит из армии, приняла его за одного из наемников, что перемещаются из порта в порт в надежде найти удачную работу. А вот Арчи сразу его раскусила, она сама некоторое время ползала по военным кораблям и чинила их. Она не дезертировала, а просто уволилась, отправившись в вольное плавание, но клейма на имплантах она бы точно узнала. Возможно, подумала, что обученный солдат им очень выгоден: в драке Акира и Арчи обе были не очень умелы.