Каролин Валь – Ткачи снов (ЛП) (страница 93)
Коленом он развёл ей ноги, не торопясь, и ни в коем случае не агрессивно, в его движениях была спокойная страсть, которая послала пылающие волны через её тело. Потом он расположился прямо над ней, при этом она могла наблюдать за увлекательной игрой мышц на его руках, когда он упёрся руками в кровать слева и справа от её головы и наклонился к ней. Снова он поцеловал её, в этот раз более жадно, чем раньше.
— Скажи его, — прошептал он возле её рта, его тёплое дыхание, коснулось её, словно ласка. И Навия увидела, что его глаза тёмные от желания.
— Фориен, — повторила она тихо, его руки ласково провели по изгибу её шеи вниз, обхватили груди. Она ощутила запах табака и корицы, странным образом ей понравился его запах, и она почувствовала, как жаждет большего. С нежностью, которой она не ожидала от него, он играл с её соском, и девушка тихо застонала, когда её пронзила сладкая боль.
На одно мгновение она даже забыла, почему так боялась его. Она забыла дышать и почувствовала, как реагирует её тело на прикосновения воина, как он пробуждает её к жизни незнакомым ей способом, который в тоже время наполнил её новыми силами.
Его движения стали более грубыми, он начал мять её грудь, оторвался от её губ, и Навия поняла, что речь идёт не о ней. Она только воображение, грёза, что-то, чем капитан хотел владеть. Она заперла своё имя, свою личность за стеной в сердце, позволила случиться всему, пытаясь забыть, кем она является глубоко внутри. Она многое забыла, но только не то, почему она была здесь и почему предприняла этот шаг.
Сквозь туман она внезапно почувствовала сильную боль, её тело напряглось, и она удивлённо распахнула глаза. На грудь опустилась горячая паника, она чувствовала жжение между ног, и ей стало холодно.
— Не бойся, — услышала она голос Фориена, как издалека, и боль утихла, когда он начал медленно в ней двигаться. — Я рад, что они сказали правду. Это делает тебя ещё прекраснее.
Он склонился к ней ниже, избавляя от страха страстным поцелуем… и начальная боль превратилась во что-то другое, мужчина оторвался от её губ и начал покусывать шею. Она впилась ногтями в его плечи, когда его член вышел из неё, потом снова вошёл.
Тихий стон вырвался у неё изо рта. Его вес сильнее вдавил её в подушки, она чувствовала жгучий жар его тела и своё собственное тепло, чувствовала, как повысилась чистота её пульса. В то же время, она поняла, что, возможно, он и заплатил за неё, но в этот момент она была той, кто властвовал над ним.
Ритм Фориена стал быстрее, одной рукой он ещё сильнее раздвинул её колени, другой упирался в каркас кровати, на лбу у него образовались капли пота. Навия подняла на него взгляд, увидела вертикальную складку между бровей, как дрожат его мышцы от напряжения и поняла, что он сдерживается. Для неё. Она начала осторожно двигаться под ним и заметила удивлённое выражение, проскользнувшее на его лице.
Он застонал, потом его толчки стали неистовее, она слышала его затруднительное дыхание и в тоже время почувствовала, как её тело ещё сильнее пробудилось к жизни.
Навия поняла, что не только потеряла свою невинность. Её тело слилось с сознанием, настоящее и прошлое соединились, а она оказалась в самом центре и, задыхаясь от головокружения, отдалась мужчине между её бёдер.
— Обыщите дома!
Повелительный голос Нело А´Дарина разносится над головами мужчин, на которых сказалось напряжение последних дней. На их лицах усталость, и это при том, что они еще не столкнулись с настоящим сопротивлением. Ашкин смотрел на многочисленных солдат, занятых пришвартовыванием кораблей в порту Хелаку. Они были одеты в одежду золотистых тонов, подходящую для жары. Большинство из них занимались разгрузкой тяжелых орудий.
Сгружали катапульты, оружие, которое уложили в сундуки с тяжёлыми железными креплениями, тараны для осады Лакоса тоже были перенесены через дощатые настилы. Порт был достаточно большой, так что все двадцать четыре корабля нашли место. Многие местные жители сбежали на своих лодках, когда на горизонте появился чёрный фронт. Мужчины под руководством А’Дарина закрепляли за собой ареал вокруг вымершего города.
Люди, которые еще до сегодняшнего утра считали ярко разрисованные дома вдоль порта своими, исчезли. Или были мертвы. Повсюду пахло сожженным деревом, а прохладный морской воздух заглушал трупный запах, проникавший во все поры. Там, где огонь потушили, в воздух поднимались клубы дыма. Квартиры выгорели, окна были черными от копоти, а когда-то радужные фасады украшали отверстия от попадания снарядов. Ашкин видел, как некоторые солдаты вытаскивали из домов трупы.
Застывшие тела огонь, очевидно, настиг внезапно, на многих из них ещё были одеты длинные, белые ночные сорочки, ставшие черными от сажи. Возможно, огонь не проник в комнаты, но они все равно мучительно умерли, задохнувшись в дыму. Сам Ашкин следовал указанию Гарьена, наблюдал за разгрузкой катапульт, которые поднимались с палубы в основном за счет магии снов. Многие носители осколков сна мало чем отличались здесь от простых пехотинцев, их выделяло и отличало от остальных скорее то, как они действовали на окружающих и двигались.
— А´Шель.
Ашкин посмотрел на подошедшего к нему солдата.
— В чем дело?
— Командиры собираются обсудить обстановку, Вы должны принять участие в этом обсуждении.
— Где?
Солдат указал на рыбный рынок между домами, где стояла палатка, в которой могло бы поместиться человек сорок. Флаги, украшавшие арленский герб, развивались на штормовом ветру. Ашкин потуже затянул темно-серое пальто из толака, и кивнул солдату, после чего тот удалился.
— А´Канта, — сказал он человеку справа, которого приставили к нему. — Вы перенимаете командование в мое отсутствие!
С этими словами Ашкин развернулся и направился к импозантной палатке, сопровождаемый звуками деловитой суеты. Он чувствовал осколок сна в кармане, но никогда не носил его дольше, чем нужно.
Отодвинув брезентовый навес в сторону, Ашкин ощутил запах свежезаваренного травяного чая, наполнившего своим ароматом каждый угол палатки. Она состояла из центра и трех небольших частей, разделенных на несколько ниш. Посередине, на расстоянии не более двадцати шагов от него, простирался огромный деревянный стол, за которым уместились бы минимум 30 человек.
Ашкин не мог сказать, когда они успели затащить туда такой массивный стол, да это было и не важно. Гарьен славился своим чрезмерным стремлением к совершенству. Однако, оглядев собравшихся, Ашкин не увидел среди них тирана.
— А´Шель! Вот Вы где! — сказал Перель А´Ран, грузный парень, слишком часто заливавший за воротник, и не добившийся ничего во время правления Мерлы.
Свой распутный образ жизни он финансировал за счет темных делишек, и под предводительством Гарьена сумел занять новое место. Он приблизился большими шагами, похлопал Ашкина по плечу и провел его к столу, за которым сидели командиры.
Ашкин с нескрываемым отвращением отпрянул от Переля.
— Не прикасайся ко мне.
— Извините, пожалуйста, А´Шель. — Он, смеясь, поднял вверх руки. — Не знал, что Вы такой чувствительный.
Ашкин ничего не ответил, а направил все свое внимание на происходящее за столом, постепенно приближаясь к нему. Почти никто не заметил его присутствие. Они были слишком заняты картой Летнего царства, лежавшей посередине стола. Ашкин услышал, как кто-то отодвинул навес, посмотрел через плечо и увидел только что зашедшего в палатку Нело А`Дарина. Крупное тело полководца покрывал серебряный нагрудный щит, он носил сапоги с высоким голенищем, издававшие при каждом его движении глухой звук.
— Что я пропустил? — спросил он, встав рядом с Ашкином.
— Еще ничего. Мы как раз хотели начать.
— Прекрасно. — Теперь он смотрел прямо на Ашкина. — А´Шель, мы слышали, Вы много раз ездили в Летнее царство.
Да, он ездил, но это было несколько лет назад и по поручению Мерлы.
— Чем я могу быть полезен?
— Мы обдумываем, каким путем нам лучше всего продвинуться в Лакос. Наши разведчики не заметили каких-либо значительных передвижений трупп, но рано или поздно мы все равно столкнемся с сопротивлением, — сказал один из командиров, которого он часто видел вместе с Гарьеном. Худой, пожилой мужчина, с жидкими волосами и внимательными глазами.
С невозмутимым лицом Ашкин подошел к столу и склонился над картой, занимавшей одну треть стола.
— От прибрежного города ведет небольшая главная улица к большой северной и южной оси, и этот путь окружен небольшими горами. Горная цепь тянется вдоль всего побережья.
Он ткнул пальцем в определенную точку.
— Есть только одна дорога, ведущая через ущелье между горами. Каль Деданар — долина Одиночества, как ее называют. Игольное ушко, через которое должны будут идти мужчины. Со всеми вещами, животными и солдатами это может длиться несколько часов, пока мы пересечем ущелье. В это время мы особенно уязвимы.
— Тогда что Вы предлагаете? — спросил А´Дарин.
— На мой взгляд, мы не должны рисковать. Это слишком опасно. Но я знаю, на что способны осколки снов. И все-таки предлагаю пойти под парусом дальше на запад, чтобы попасть в Лакос с другой стороны. Даже если на это уйдут дни.
— Однако на западе Сувия они будут в лучшем положении, — вставил бородатый мужчина, чьё имя Ашкин никак не мог запомнить, хотя уже часто видел его во время совещаний.