Каролин Валь – Ткачи снов (ЛП) (страница 11)

— Я хочу побыть один, — сказал он спокойно двум слугам, стоящим в углу комнаты, каждый из них готов был в любое время исполнить его желания. Их длинные, цвета сирени, одежды зашуршали, когда они покинули комнату.

Шло время, а Дав не появлялся. Поэтому Канаель прошёл мимо огромного зеркала с серебряными орнаментами и великолепного гардероба из древесины эрбана, который был чуть ли не больше, чем крошечная каморка Песни Небес, и задумчиво уставился на спящих внизу город.

Ему нужно собраться, чтобы снова начать ясно мыслить. Дворец стоял на возвышенности, окружённый песком и пальмами. Башни других флигелей возвышались в небе, как будто хотели поцеловать звёзды. Перед ним лежал Лакос, столица Сувия. Дома прижимались друг к другу, а пустая площадь четырёх богов светилась неизменным, мерцающим огнём: Таль, Кев, Сув и Сыс. Четыре бога, чьими детьми они все являлись.

Таль, праотец Зимнего царства, который сохранил многих от обморожения и оберегает свой народ. Кев, цветущая богиня, под чьей защитой находится Кевейт, источник жизни. Сув, разгневанный воин, бог пустыни, солнца и жары. И потом Сыс, его жена, госпожа увядающих, урожая и субботы. Здесь, в юго-западной части страны Сувий, в отличие от прибрежных районов, можно встретить больше голода и нищеты.

Граждане зависят от импорта из других городов, перед воротами есть несколько рынков, и Лакос живёт за счёт торговли. Зато в шахтах, в двух днях езды от Лакоса, на горе Солнца, добывается руда. Позже её продают в двух больших, портовых городах Сувия, чтобы потом переправить на кораблях в другие страны. Кроме того, несколько школ в Коричневом квартале, на северо-востоке города, обучают технике боя, выпуская опытных и жестоких бойцов, которых можно послать в окружающие города, а за это получить определённую сумму. Многое работает уже веками, благодаря испытанным соглашениям, обмен товарами — это один из них.

В дверь постучали и Канаель обернулся.

— Входите.

— С тобой всё в порядке? — В проёме дверей появилась светлая голова Дава, он быстро вошел и закрыл дверь за собой.

— Мне нужно кое-что с тобой обсудить.

— Ты ужасно выглядишь. Что-то случилось? Где Туманный Мастер? — Вся официальность между ними исчезла.

— В городе. Сегодня его свободный день. Да это и к лучшему. — Голос Канаеля был хриплым.

— Кажется, он тебя чем-то рассердил.

— Даже больше, он предал меня.

Его друг поднял брови вверх, но ничего не сказал.

— Дав, что ты знаешь о Потерянном народе?

— Только то, чему нас учили при дворе Вета… боюсь, это было совсем немного. Истории о Потерянном народе забылись. Страх заставил уничтожить писания и хроники. Насколько мне известно, они прямые потомки богов. На этом все.

— Мы можем узнать о них больше?

Дав покачал головой.

— Канаель, что происходит?

Он медлил. Ему не оставалось выбора. Никого другого, кроме друга, он не мог посвятить в это дело, так как Туманному Мастеру Канаель не доверял.

— Я Поглотитель снов, — сказал он приглушенным голосом.

Дав заморгал.

— Ты не можешь быть Поглотителем снов. Твои родители Де’Ар, а Де’Ар не может быть потомком Потерянного народа. Мы бы это заметили!

Что, если он ошибается? Что если его воспоминание всего лишь ложный вывод? Но тогда почему ему все показалось таким четким и ясным? Почему он может ощущать сны?

— Я Поглотитель снов. Туманный Мастер сказал мне об этом еще несколько лет назад, но я принимал рашаллу, и поэтому…

— Ты употреблял рашаллу и остался жив? — вставил Дав.

В его голосе сквозило что-то такое, чего Канаель еще никогда не слышал. Он нервно провел рукой по густым, длинным волосам.

— Ни один человек не выживет, приняв этот яд…

Он прямо смотрел на него своими ясными, светлыми глазами.

— А почему ты вспомнил об этом именно сегодня?

— Потому что мне спела одна служанка.

Дав наморщил лоб.

— Она… пела? Она что, повлияла на твои мысли? Ты находишься под ее влиянием?

— Нет. Ее пение каким-то образом восстановило мою память.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Прежде чем я поговорю с Туманным Мастером и матерью, я бы хотел узнать, каково это, быть потомком Потерянного народа. Почему никто не говорит о нем…

— Я не знаю, как мы могли бы это устроить.

— Ну, например, с помощью Синей Ноги из Муна.

— Слишком опасно. Нельзя, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Немыслимо, чтобы ты подвергал себя такой опасности. Тебя там сразу узнают.

— Мы могли бы попросить Безымянного…

— … я бы не стал втягивать сюда твоего двойника. Из-за этого может возникнуть слишком много вопросов. У Туманного Мастера везде есть свои глаза и уши, — прервал его Дав.

Над его переносицей появилась вертикальная линия.

Канаель вздохнул и отвернулся.

— Должны же быть какие-то записи.

— У нас при дворе их не было. Все было уничтожено. Но ваша библиотека самая большая во всех четырех царствах. Может быть, там нам удастся что-нибудь найти.

— Была одна хроника, но ее украли!

Канаель удивленно оторвал взгляд от книги и увидел, как Дав метнулся к нему. У него было триумфальное выражение лица, он задыхался, словно после бега. На востоке поднялась розовая пелена тумана, с каждым моментом все больше прогонявшая ночь.

— Ты о чем?

Дав подошел ближе и, понизив голос, сказал:

— В ту ночь, когда ты проник в сон Лариаса Дель’Ре, из библиотечных катакомб была украдена книга. Воров было двое. Один сбежал, другого поймали и убили на месте. Ты помнишь?

Канаель почувствовал колющую боль в груди, однако многолетняя тренировка позволила ему сдержать эмоции.

— Да, это стало причиной, почему я сделал это. Я хотел выяснить, что произошло. Весь город был в смятении, но никто толком не знал, почему.

— Все это строго секретно! — ответил Дав и покачал головой. — Никто не должен узнать, что эта хроника вообще существует…

— Что это за хроника? — спросил Канаель, напрягшись всем телом.

— Хроника Потерянного народа. Самая древняя существующая запись о живых потомках богов. Якобы она очень могущественна, так как наделена древними знаниями.

— Откуда тебе все это известно?

— Один из стражников, дежуривших в ту ночь, несколько лет спустя получил ранение и остался без работы.

Дав пожал плечами.

— Он жалкий пьяница, постоянно обитает в тавернах Красного квартала, в южном конце города, там, где вино и женщины еще дешевле, чем в других местах. Мне удалось найти его. Никто из охраны дворца ни разу не проронил ни слова об этом. Никто не хочет потерять должность из-за какой-то старой книги, и в этом их нельзя упрекнуть.

— Но этот стражник всё рассказал.

Дав ухмыльнулся.

— После того, как я угостил его парой рюмок хорошего весеннего нектара, с недавних пор импортируемого из Веты, он начал щебетать как птичка. Все держится в тайне, никто не знает ничего конкретного об этой хронике, кроме того, что она считается бесценной. И что ее тогда украли.

— Ты выяснил, кто её украл?

— Вор, который сбежал, неизвестен. Один из стражников схватил второго вора, и когда тот попытался сбежать, заколол его.

— Значит, он не мог дать ответа, — заключил Канаель и разочарованно вздохнул.