Каролин Терри – Короли алмазов (страница 5)

— При всем моем желании, я не могу представить тебя в сутане.

— Я тоже.

— Тогда армия?

— Никаких перспектив.

— Парламент? Вот где широкие возможности! Там ты нашел бы выход для своей энергии.

— Наш дражайший Фредди уже выбран для того, чтобы нести наше семейное знамя в парламент, — усмехнулся Мэтью, — хотя к счастью для Англии, он не торопится занять там свое место. Появление Фредди в Вестминстере, вероятно, будет означать конец демократии.

Николас улыбнулся.

— Ты что-нибудь придумаешь, — успокоил он друга, — трудности только пойдут тебе на пользу. Ты так чертовски упрям, что какая бы преграда ни встретилась на твоем пути, ты только упорнее будешь стремиться к своей цели. Правда, в твоих отношениях с прекрасным полом для тебя никогда не было преград. Я не знаю никого, кто бы был таким неотразимым для женщин.

И Николас с завистью покачал головой. Всякие мысли о физической близости с Мэтью, которые когда-то посещали Николаса, постепенно исчезли. Однако, по мере того, как по прошествии лет их дружба становилась все крепче, Николас все больше убеждался, что никого не сможет любить так сильно, как этого загадочного и часто несносного молодого человека.

— Кстати, — спросил Николас, — что ты собираешься делать на Рождество?

— Наверное, поеду домой.

— Поедем в Десборо. Может быть, там тебе встретится молодая леди, которую будет нелегко очаровать, и ты сможешь дать выход своей энергии, добиваясь ее расположения.

Мэтью прибыл в Десборо днем в канун Рождества. Освежившись у себя в комнате, он пошел искать Николаса, который, как он понял, был в курительной комнате. Он медленно шел по пустынному холлу, стараясь вспомнить, какая дверь ведет в курительную. Он распахнул одну из дверей, но оказалось, что там находилась голубая гостиная, и хотел было уйти, но его внимание привлекло движение за окном: Мэтью пересек комнату и через окно увидел на террасе четырех сестер Десборо, которые, очевидно, только что вернулись с послеобеденной прогулки. Какое-то мгновение они стояли неподвижно — даже собачка у их ног прекратила свою игру — и эта маленькая группа была такой естественной и в то же время такой совершенной по своей композиции, как будто позировала для портрета. Но видение было мимолетным, и вот уже девушки заторопились в дом, а Изабель на ходу принялась развязывать ленты шляпки. Без головного убора ее сходство с Николасом стало просто поразительным, и Мэтью почувствовал, как у него на щеке задергался мускул.

Девушки уже входили в дом — самая младшая, Энн, шла с собакой позади всех. Мэтью отошел от окна и продолжил поиски Николаса. Наконец он нашел курительную комнату, но она была пуста; только поднос с напитками и стаканами говорил о недавнем присутствии здесь Николаса, и Мэтью вдруг страстно захотелось выпить. Обстановка этого дома напоминала ему о прежних переживаниях, к тому же его неожиданно потрясло появление Изабель. Мэтью налил себе большую порцию виски и с удовольствием сделал глоток; тут он услышал шорох за спиной, и острая боль пронзила его лодыжку.

— Что за черт!..

Маленькая собачка вцепилась ему в ногу. К счастью она тут же отпустила ногу, но продолжала настойчиво теребить его брюки.

— Скраф! Иди сюда, скверная собачонка!

Вбежавшая в комнату Энн быстро взяла собачку на руки и взглянула на Мэтью.

— Мне очень жаль. Он тяпнул вас за ногу? — Взгляд ее смеющихся глаз остановился на стакане, который был у него в руке. — Я вижу, вы тоже уже тяпнули!

Брови Мэтью удивленно поползли вверх, когда он услышал в устах ребенка это новомодное и чисто мужское выражение.

— Ты еще слишком молода для таких высказываний, — сухо заметил он, смущенный тем, что его самовольное обращение с напитками было обнаружено.

Энн была разочарована такой сдержанной оценкой своего остроумия.

— Мне скоро исполнится десять, но Николас говорит, я развита не по годам, — откровенно призналась она. — Он говорит, это потому, что я самая младшая и набираюсь разных выражений у старших и лучших. Но я не понимаю, почему они лучше, когда они всего лишь старше меня?

Мэтью осушил стакан и отвернулся, чтобы поставить его на поднос, не дав Энн возможности увидеть веселые искорки, мелькнувшие в его глазах.

— Я тоже не понимаю, — серьезно согласился он, — хотя я уверен, что Николас — лучший из братьев.

— Конечно! — Девочка опять улыбнулась. — Когда я вырасту, я выйду замуж за кого-нибудь похожего на Николаса. Или еще лучше, я не буду выходить замуж, а он — жениться, и мы сможем всегда жить вместе.

— Ты очень похожа на Николаса, — сказал Мэтью. — И, — задумчиво добавил он, — на Изабель.

При этих словах на лице Энн появилось настороженно-недоверчивое выражение, но Мэтью этого не заметил.

— Расскажи мне об Изабель, — попросил он.

Но у Энн были свои любимые темы для разговора.

— Вы, должно быть, Мэтью, — неожиданно сказала она. — Теперь, когда вы здесь, у Николаса уже не будет времени для меня.

И продолжая держать на руках собачку, она выбежала из комнаты.

Дом был полон гостей, и в течение вечера они все прибывали. По случаю Рождества двум старшим сестрам Десборо было разрешено ненадолго спуститься в зал, а Элизабет и Энн сидели наверху и с завистью смотрели на празднество через перила лестницы. В зале было много хорошеньких девушек, но для Мэтью они перестали существовать, как только появилась Изабель.

Она была изящная и хрупкая, как дрезденская статуэтка, точная копия Николаса в женском варианте. На ее точеном личике выделялись огромные васильковые глаза, а розовые губки были слегка надуты. Волосы были такими светлыми, что в свете ламп отливали серебром. Скромное голубое платье, подходящее по цвету к глазам, лишь намеком обрисовывало ее еще несформировавшуюся фигуру.

— Сколько лет твоей старшей сестре? — спросил Мэтью своего друга.

— Шестнадцать, — неуверенно ответил Николас, — или может быть семнадцать.

Это дитя сохраняло чистоту и невинность, как бабочка, только что появившаяся из личинки и неуверенно расправляющая крылышки на солнце, но еще не готовая к полету. Так и Изабель стояла на пороге расцвета своей женской прелести, еще полностью не утратив связи с детством. И Мэтью вдруг почувствовал, как в нем нарастает желание, какого он не испытывал уже много лет. С тех пор как в этом самом доме он встретил графиню, он не ощущал такого почти осязаемого влечения.

— Может быть, — предложил он, — мы поболтаем с ней?

— Говорить с Изабель? — Николас удивленно уставился на друга. — Не смеши меня, Мэтью. О чем мы будем с ней говорить?

Конечно, он был прав. Мэтью знал, что у него с Изабель нет ничего общего, что ее жизненный опыт весьма ограничен, что ей еще не было семнадцати лет, и она еще не выезжала в свет. Его реакция на ее появление была просто странной, уверял он себя, вероятно ее вызвали воспоминания о графине, которые повсюду преследовали его в этом доме. Мэтью нарочито повернулся к девушке спиной и последовал за Николасом к карточному столу.

Но воздействие ее свежей юной красоты было слишком велико, и Мэтью отступил лишь ненадолго. После Рождества дни стали морозными, и у Мэтью появилось множество новых впечатлений — Изабель в красном пальто и капоре катается на коньках на замерзшем озере и робко опирается на его руку, когда они вместе начинают кружиться на льду; Изабель рядом с ним на прогулке в парке, снег падает на ее шляпку с меховой опушкой и тает на розовых лепестках ее губ; Изабель за фортепьяно в гостиной поет чистым приятным голосом, а в огромном камине жарко горят дрова.

Его предпочтение не осталось незамеченным, особенно после того, как у него вошло в привычку играть с сестрами в снежки, в то время как его друзья собирались в курительной комнате, или когда в Десборо с утренним визитом приезжали местные молодые леди.

Однажды морозным утром, когда они были в гостиной одни, смущенный Николас заговорил с Мэтью об этом. Он долго откашливался, прежде чем начать.

— Очень мило с твоей стороны, что ты так много времени проводишь с моими сестрами, — чувствуя себя несколько неловко, сказал он, — но, пожалуйста, не считай себя обязанным это делать.

— У тебя очаровательные сестры. Мне нравится их общество.

— Они тебя не раздражают?

— Конечно нет.

— Но я совершенно не понимаю, — искренне признался Николас, — почему ты столько времени проводишь с Изабель. У этой глупой девчонки нет других мыслей кроме как о нарядах да о ее предстоящем выезде в свет. Как ты можешь это терпеть!

Это чистая правда, подумал Мэтью, что Изабель не способна к интеллектуальным беседам, да и беседам вообще, но ее васильковые глаза и молодая упругая грудь вполне компенсировали этот недостаток.

— Я нахожу ее общество чрезвычайно волнующим, — честно ответил он.

— Ну если тебя интересуют детские развлечения, то тебе бы лучше выбрать Джейн. Ей всего четырнадцать, но она много читает, много знает и весьма остроумна. Конечно, она не так хороша, как Изабель. Знаешь, мама считает, что самой красивой в семье будет Энн — малышка очень похожа на Изабель, когда та была в том же возрасте.

— Мне нравится Изабель, — упрямо заявил Мэтью, глядя в окно на заснеженные деревья в саду. Оборот, который принимал их разговор, вызывал в нем дурные предчувствия.

Николас долго молчал, прежде чем продолжить.