Каролайн Пекхам – Воинственные фейри (страница 155)

Я люблю тебя, мой маленький ангел. И мне очень, очень жаль. Жаль, что я не смог освободить тебя, как обещал. Хотелось бы мне не подвести тебя.

Свет в небесах над головой начал тускнеть, и боль в моем теле тоже исчезла. А возможно, это я исчез. Возможно, это я прощался с собой. Я просто желал, чтобы мне не пришлось этого делать. Ведь все, чего я когда-либо хотел, это жить настоящей жизнью с реальным выбором и проводить дни под солнцем с сестрой рядом без лишних забот.

Но теперь этого больше не было. Все ушло, и я тоже, и оставалось только надеяться, что она каким-то образом найдет способ получить это для себя без меня. Потому что хуже всего было умирать, зная, что я оставляю ее одну…

Я вынырнула из этого воспоминания, агония разрывала мои конечности, горе сжимало мое сердце в тиски, когда я наконец получила ответы, за которыми так долго охотилась, и они разорвали меня на части сильнее, чем все, что я когда-либо знала.

Сила, бушующая в моем теле, была ничем по сравнению с этой болью. Потеря, которую я ощущала, была настолько сильной, что пронизывала меня до костей.

Я опустила взгляд на кровь, которая покрывала кристалл. Кристалл, для открытия которого нужна была кровь Гарета — но у нас с ним была общая кровь, как и все остальное. Он действительно оставил мне эти ответы, и они всегда были при мне.

Боль от того, что я только что узнала, пронзила меня до глубины души, но когда я опустила голову, мой взгляд переместился с кристалла на человека подо мной, и ужас охватил меня, когда я увидела, что моя Гарпия лежит там, истекая кровью и исчезая от меня, угрожая разорвать последние осколки моего сердца в клочья, если я не сделаю что-нибудь, чтобы спасти его.

Я прижала его к себе, вливая целительную магию из своего тела в его, мои слезы потоком обрушились на его щеки.

— Вернись ко мне, — потребовала я, когда моя магия пустила корни и начала исцелять его со всем отчаянием того, чем я являлась. И когда над головой заискрились звезды, я подумала, не слушают ли они меня.

56. Габриэль

— Проснись, сын судьбы, — прошептал бесплотный голос в моем сознании, и я открыл глаза, но меня встретила лишь темнота. — Твоя судьба висит на волоске.

Я попытался дотянуться до того места, где клыки Элис вонзились мне в горло, но я совершенно не чувствовал своего тела. Я висел в подвешенном состоянии в просторе вечности, и медленно, словно завеса, передо мной начала клубиться тьма.

— Габриэль? — позвала меня женщина, и я отчаянно попытался разглядеть ее, пока тьма продолжала колыхаться под дуновением ветерка, которого я не чувствовал. Там был свет, из его глубин доносился шум бегущей воды и смех.

— Эй? — позвал я, боль в моей душе влекла меня к этому голосу.

— Мир падет без тебя, ты нужен тем, кто в твоем будущем, — говорили мне звезды, их сила звенела в глубинах моей души.

— Тогда отправьте меня обратно, — потребовал я, в моей груди разгоралась паника. — Я хочу быть с Элис.

— У дочери крови много партнеров.

— И я — ее четвертый, — яростно прорычал я.

Звезды начали шептать на непонятном мне языке, и мое сердце бешено заколотилось.

— Габриэль! — снова позвала женщина из-за завесы, и что-то глубоко внутри меня потянуло меня к ней. Я изо всех сил сопротивлялся, не желая ни на дюйм продвигаться к тому вечному месту, где не существовало Элис. — Ты должен вернуться! — крикнула она, и у меня в горле встал комок.

— Кто ты? — позвал я, но прежде чем она успела ответить, голоса звезд снова заполнили мою голову.

— Великое бремя ожидает тебя на твоем пути. Через четыре года кости судьбы будут брошены еще раз. Достаточно ли ты силен, чтобы выдержать испытания, выпавшие на твою долю? Достаточно ли ты силен, чтобы спасти свою семью?

Мое сердце бешено забилось. — Я готов на все ради своей семьи.

— Тогда остерегайся повелителя теней и ищи пламя близнецов.

— Что это значит? — взмолился я к звездам, но меня вдруг потянуло прочь из темноты, и боль пронзила мою шею. Я открыл глаза и увидел, что Элис исцеляет меня, прижимая к себе, слезы заливали ее щеки, и она умоляла меня вернуться к ней.

— Я здесь, — прохрипел я, в горле пересохло, а в голове крутились мысли от всего услышанного. Она переместилась назад, чтобы посмотреть на мое лицо, ее взгляд был неистовым, когда она рассматривала меня и убеждалась, что я действительно здесь, с ней.

— Ты в порядке, — задохнулась она, затем наклонилась и прижалась своими губами к моим. Я почувствовал вкус ее слез, ее боли, ее любви. Все это сплелось в этом неистовом поцелуе, который заставил мою душу подняться к краям моей плоти в отчаянной попытке соединиться с ее.

Когда она откинулась назад, в ее глазах вспыхнула невообразимая сила, и я увидел, как она борется с этим зовом, чтобы остаться здесь, со мной. Мне нужно было заставить ее отпустить.

— Отпусти это, ангел, — умолял я ее, но она покачала головой.

— Еще нет, — сказала она, ее глаза метнулись вверх, чтобы посмотреть на дорогу, по которой мы продвигались.

Я отстранил ее от себя, сел и проследил за ее взглядом до того места, где две фары пронзали темноту вдалеке. Я мог различить их только с помощью своего Гарпийского зрения, но у меня было ощущение, что они направляются сюда, к нам. — Что такое? — спросил я, держа ее за руку, боясь, что она может убежать в любой момент. Если я снова потеряю ее, то, боюсь, никогда не смогу ее вернуть.

В моей голове промелькнуло видение, которое ответило на заданный мною вопрос: в той машине находились Небесные Советники. Мелинда Альтаир, Тиберий Ригель, Антония Капелла и Лайонел Акрукс. Они наконец-то прибыли, чтобы разобраться с Королем, но было уже чертовски поздно, не так ли?

Я видел, как они болтали между собой, непринужденно, словно все наше королевство не было под угрозой.

— Нам действительно нужно было брать машину для данного отрезка пути, Лайонел? — Мелинда острила.

— Мне нравится любоваться пейзажами, — он пожал плечами. — Большую часть пути мы путешествовали по звездной пыли. Не понимаю, почему ты так торопишься.

— Обивка здесь довольно приятная, — прокомментировал Тиберий, слегка подпрыгивая на своем сиденье. — Не так ли, Антония?

Антония ярко улыбнулась и кивнула, прижавшись к Тиберию. — Я уже много лет не ездила на машине, это довольно необычно, не так ли?

— Если эти фейри захватили целый город, возможно, они представляют более серьезную проблему, чем мы ожидаем, — нахмурившись, сказала Мелинда.

— Я очень сомневаюсь в этом. Ты говоришь об Алестрии, Мел, это скорее помои, чем город, — сказал Лайонел, и они все рассмеялись как раз перед тем, как я вынырнул из видения. Чертовы политики.

— Я могу прикончить Повелителя Драконов, — выдохнула она, поднимаясь на ноги и увлекая меня за собой.

Мое сердце бешено забилось при этих словах, страх сковал мое сердце. — Это слишком опасно.

Она повернулась ко мне с уже принятым решением в глазах. — Я достаточно сильна, Габриэль. Я могла бы справиться с ними со всеми сегодня ночью и не вспотеть.

— Элис, — начал протестовать я, но тут в моих глазах промелькнуло видение этой судьбы. Лайонел Акрукс умрет, если Элис нанесет ему удар сейчас, и бесчисленных злодеяний удастся избежать. Тысяча ужасных путей закрылась перед моими глазами, и вместо них передо мной раскинулось видение мира.

Волнение охватило меня, когда звезды освободили меня от этого образа, и я подтолкнул Элис вперед. Она могла сделать это прежде, чем ей понадобится высвободить эту силу, она могла изменить самую темную из судеб, если бы только смогла продержаться еще немного, тогда я притянул бы ее обратно к себе, и она смогла бы наконец освободить бурю внутри себя.

— Иди, ангел. Одной смертью ты спасешь все королевство, — тяжело произнес я.

Я не мог понять, что именно сделает Лайонел, если переживет эту ночь, но будущее было подобно огромной стене черноты, когда я пытался сосредоточиться на нем. Я слышал крики, чувствовал ужасный страх по всей земле. И я знал, что все это из-за него.

Элис рванула от меня по дороге, устремляясь к машине, и улыбка расплылась по моим щекам, когда она создала вокруг себя огромный магический шторм. Торнадо пронесся по дороге, растянувшись так, что мы оказались в самом центре его вместе с приближающейся машиной. Ее сила была огромной, это было ревущее пламя, которое никогда не могло погаснуть. Но как только она покончит с Лайонелом, я должен был быть готов схватить ее, помочь ей высвободить эту силу. А до этого мне нужно было сделать так, чтобы Советники не увидели, кто нанес удар, чтобы ее невозможно было наказать за это. Мы заставим их поверить, что это был Титан, и все наши беды умрут сегодня ночью как одна.

Я расправил крылья и взлетел в клубящийся воздух, преследуя ее и выбрасывая ладонь, чтобы накрыть ее тенью, одновременно пытаясь скрыть собственное тело. Она приблизилась к машине, когда та остановилась, и Лайонел Акрукс вышел из нее с пламенем в ладонях, его глаза сузились в замешательстве при виде теневого пятна, движущегося к нему.

Мое сердце билось в груди как военный барабан, я боялся за свою девочку, но я верил в нее, и звезды показали мне ее силу, как легко она может уничтожить его прямо сейчас.

Покалывание вдоль позвоночника заставило меня вскинуть голову и посмотреть на небо далеко над туннелем бушующего торнадо, и мой взгляд упал на звезды. Мое сердце словно замедлилось, и я растерянно моргнул, потеряв ход мыслей, весь ход времени.